Какофония современного ума

 

Стратегия поведения современного общества, в общем-то, не нова в истории разноголосых отношений между власть имущими и самим народом.
Везде и отовсюду слышатся призывы то к одному, то к другому.  И нет по-настоящему того, что общепризнанно можно было назвать путем к развитию.
Казалось бы, в сообществе все есть. Какой-то сосредоточенный в отдельных местах ум, какие-то условия для его созидания, какая-то поддержка со стороны и живая потребность в том, что называется неотложно необходимым. Но всего этого мало.
Вернее, мало того, чем по сути можно довольствоваться тому самому уму, что содержится в среде  каких-то там условий. Это одна из причин, так называемой, отсталости времени во времени.
Вторая причина – это сам ум. Если и есть его содержание, то оно насколько мизерно, настолько видны все его продвигающиеся стороны в самом сообществе.
То, что мы наблюдаем, не является умом. Пока это оглашено безумием. Дикое стремление к абсурду во всех категориях практикующих себя величин созидания и бытности.
Фактически, общество довело себя до истребления. В первую очередь, своих мозгов. Хотя в отдельной категории все они несколько присутствуют, а иначе как объяснить всю ту существующую суету вокруг чего-то нового и, как многим кажется, более совершенного.
Уважаемые, граждане и не таковые! Все это блеф или как то говорится в простонародии – бред сивой кобылы. Никакого прогресса нет, и сообщество в целом деградирует как по умственному сложению, так и по практическому применению того, что якобы добыто временем настоящим.
Эти ошибочные заблуждения принадлежат многим. Они все еще думают, что поросли неожиданно свалившейся, так называемой, информационно-технологической индустрии являются достоянием нашего времени.
Нет, дорогие мои собратья, вы ошибаетесь. Сегодня мы пользуемся тем, что было заделом еще в прошлом веке и во многом просто лежало на полках, забытое, как всегда, кем-то и самим временем.
Вовремя подобранное оно стало настоящей опорой тем, кто, как и прежде, во времени всегда исповедовал абсолютизм в достижении только одной цели – всеобщего блага материализма. И они своего добились.
Насквозь пропитанное брызгами тех самых новшеств или нововнедрений, как многим кажется, каких-то технологий настояще существующее сообщество просто охватила лихорадка жадности и остервенения в добыче того или иного элемента все более и более современного продукта материализма. Но это не основная беда, так называемого, времени бреда.
Трудности заключаются в том, что по-настоящему в этой общей беготне нет ни капли прибыли ума, так как он теряется во благе продуктивности технологий и вовсю заменяется тем, что называется искусственным интеллектом.
Это дорога в никуда, дорогие сограждане и не таковые, ибо она остужает ум, предоставляя право действовать более низким величинам исполнения самого тела.
Но его практическое разбазаривание – еще не есть самое основное. Главное – это сторона видимости во времени. Ее практическое отсутствие и есть достижение состояния безумия и бессмысленного продвижения сообщества вперед к своему собственному прошлому.
Нельзя полагаться на достижения техники. Она может быть использована лишь в каких-то обременительных для простого ума расчетах, но никак не применена в своей аналитической повседневной деятельности.
Это большая ошибка и заблуждение на сегодня всех тех, кто празднует по-настоящему искусственный интеллект и прокладывает ему дорогу в будущее.
Нет, война машин, как это показано во многих фантастических сюжетах, в этом случае не грозит. А грозит настоящая война за право обладания теми самыми машинами как в экономическом смысле их воспроизведения, так и в последующем акте принадлежности только кому-то одному.
Это апокалипсис времени, и он близится к своему окончательному выражению, предоставляя право на труд только какой-то выделенной категории человеческих существ.
Пока проблема всесторонней компьютеризации не стоит так остро и тревожно как высказано предыдущее. Но общество все более уверенно продвигается по тому пути и развивает все стороны направлений именно на это. Пока технологии действительно слабы и не могут достичь того значительного во многом перевеса. Но нужно действительно остановиться и определить, наконец, что для всех главное. Выражение ума, как естества природного характера или создание умственно отсталого, но искусственно преувеличенного в своих возможностях потенциального робота ума.
Таким вопросом на сегодня задаются совсем немногие и тем же многим более понятным или даже будничным стоял бы вопрос, прежде всего, о какой-то личной  выживаемости и о чем-то подобном. Да, это верно. Но в то же время, не совсем.
Не совсем потому, что причина той самой выживаемости как раз и лежит в неком облагораживании души, а не в компьютеризации головы -  как лучшего природного наследия, доставшегося от предков.
Все это говорит о том, что многие попросту перестали думать и рассуждать, во всю полагаясь на те самые машины и, так называемых, ученых, что их непосредственно и создают.
Вся эта машинная возня создала свои авторитеты в том мире, где мы все живем, и зачастую от их мнения в ту же жизнь проводятся решения, которые для нее являются в последующем практически лишениями или чем-то еще более острым. Иначе говоря, они не оправдывают себя в жизни, а, так поименованные, новейшие технологии создают не совсем то, что действительно нам же и необходимо.
Во всем этом общем процессе выработки наблюдается целесообразная бессмысленность. Начиная от выработки какого-то продукта-изделия и заканчивая проблемой разбазаривания природно состоящих ресурсов и целостного разрушения состава среды от их  разработки.
Пока еще никто серьезно не посчитал, сколько осталось человечеству до той поры, когда наступит время « Ч » и придется всем покидать Землю. А на это как раз и потребуются все те ресурсы, что разносятся по сторонам уже сейчас в массе ненужной бытовой и другой техники.
Технологичность нужна, конечно же, но не в столь широко применяемых масштабах и не со зверским отношением ко всему природно состоящему.
Если есть, так называемые, космические технологии, то к чему применять нечто подобное на Земле, создавая из тех же простых автомобилей почти искусственные спутники Земли, только шагающие по земным дорогам.
То же касаемо и многих иных аспектов деятельности человека, что так беззаботно тешится на Земле себе же не в пользу, а только во вред.
Причина всему тому, естественно, одна. Это, так называемый, корень зла личного обогащения. И как бы ни привязывали одно к другому, и прикрывались  наукой и прогрессом, все же основное – это то, что уже сказано.
Таким образом, полагаясь лишь на кого-то, огромная масса людей остается в своем прошлом и напрочь лишена смысла существовать созидательно во благо себе и кому-то еще, просто находящему рядом или по соседству.
Понять все эти претензии к уже современно обустроенному обществу можно и по-своему не сложно.
Лишь только ум не дает того сделать уже очень многим, порабощенных узелковым уровнем современного прогресса.
Таким образом, мы все по-настоящему сейчас наблюдаем какофонию ума. Его безрезультатное сложение в общем итоге времени, так важного для нас сейчас в обиходе того, что только наступает, как преддверие всеземного апокалипсиса.
Возможно, он не наступит так быстро и скоро, как то можно вообще предположить. Но мы все должны быть готовы к этому, и заставлять все наши умственные клетки работать в нужном направлении и, в первую очередь созидать, а не разбазаривать уже кем-то созданное природное преимущество.
Лишь немногие понимают это и знают истинную причину подобного рода обращений к человеческой совести.
Эта небольшая статься также призыв к тому же и своеобразно обязывающая нас всех повернуться ко всему лицом и не оставаться в стороне от того, что происходит вокруг. Каждый должен вносить свою лепту труда в этот непрерывный процесс борьбы ума и безумия, и каждый должен при этом понимать, зачем он это делает и почему. Только в таком случае, можно добиться наиболее желаемых результатов во всех жизненных сферах, в том числе и, так обозначенных, политических.
Мысль о своем собственном благе сейчас тревожит каждого и везде. И где бы привселюдно что не звучало о таковой безучастности в ком-то – все это попросту ложь. Ложь, отображенная правдой. Так будет правильнее сказать и даже сформировать соответствующий тезис для сегодняшнего.
Каждый думает тем, чем, по сути, и живет, и каковым сам по себе природно является.
Это закономерность, и она очень ярко представлена в настоящее время, чему есть многочисленные подтверждения и практические показы.
Не навязывая своего собственного мнения никому другому, все же хочу пояснить некоторые общие заблуждения и привести примеры всеобщего равнодушия к происходящему, как  в стране, так и за рубежом.
Возможно, покажется странным, но, так называемой, политической жизни просто не существует. Есть лишь состояние такого понятия и аналогичного восприятия. Сама среда зачастую спекулирует этим и выдвигает свои решения в виде каких-то неординарных в своем роде поступков. Зачастую, лишь просто бытует мнение. Мнение одного, мнение другого и так далее.
Но где-то на очередном этапе пересчета оно все же заканчивается. Нет, мнение не исчезает. Оно есть, но далеко внутри, где-то там, откуда не достать, да и не хочется в соответствии со своими прижизненными обязанностями или попросту работой. Из-за этого бытует другое мнение, что, так называемое, общественное мнение отсутствует. И это, естественно, заблуждение. Ибо оно все же есть, хотя и не выражено, или представлено так ярко. Потому, среда сама по себе готовит общее такое решение по суммарному итогу всех внутренних мнений и выдает результат, как говорят, на гора, тоесть в среду того сообщества, где все и происходит или бытуется само мнение многих. Так возникают стихийные взрывы и тому подобные выражения не состоявшихся явно мнений.
Во многом такие явления провоцируются самой властью, что, так или иначе, но призвана защищать свое мнение, которое во многом имеет значение и отстает фактически только в одном. Это недооценке тех внутренних, заколоченных мнений, что остаются позади всех, так обозначенных, крикунов времени. И в этом настоящая слабость власти, ибо ее призвание все же служить всеобщему мнению, а не гильдии призванных на службу, практически единородных мнений, как по существу, так и просто по природному раскладу.
Этим объясняется настоящее время в нашей стране и также за рубежом, что не благоволит какой-то стабильностью, а наоборот, дышит революционно.
Ничего хорошего в том самом последнем как раз не наблюдается, ибо оно – это излишняя жестокость и своеобразное проявление зверства, тоесть самых низменных чувств и состояний.
Но ситуация почему-то всегда складывается так, что по сути нет другого решения и проявления воли к, так называемому, мнению большинства. Это перегибы власти и ее неспособность понять, что время изменений пришло, и пора просто отступить в сторону, дав возможность пролиться на свет новому, более благополучному всходу человеческой мысли.
Но, к сожалению, наяву так не происходит и зачастую решается иным путем.
К тому же сожалению, как всегда сразу не находится и сам элемент той самой здравой и новой  мысли, а посему на этапах продвижения всегда присутствует нечто иное, хотя чем-то и схожее, но всего лишь в одном – в самом продвижении вперед.
Далее, понятия расходятся, как говорят, по сторонам, и уже каждая из них идет своей дорогой. Пропорции этих дорог или первичных заблуждений могут быть разными. От однодневного до практически пожизненного.
Какая линия победит всю ту жизненную усталость среди прочих, то так оно и будет. По крайней мере, некоторое время. Версия же изначально чистого будет несколько упущена, и будет способна выразиться где-то еще, кто ее сможет поймать на лету, как саму мысль нового целеустремления.
Так движется в целом сообщество к своему общему итоговому мнению и в конечном итоге достигнет его, правда, неизвестно в каком составе и в составе именно ли его, так как во времени оно может быть несколько трансформировано. Все это, так называемая, боль времени, ибо оно затрагивает судьбы людские, а зачастую и сами жизни.
В современно наступившей какофонии ума, где отовсюду льются, так называемые, дифирамбы властной совести, нет по-настоящему течения продвижения мысли. Есть лишь желание ее озвучивания, и нет сути ее толкования. Тоесть, есть какая-то причинность движения и отдельные его проблески, и нет созвучия силы мысли  беспричинно страдающего большинства.
Таким образом, все обычные текущие на сегодня заблуждения сводятся лишь к тому, что в процессе выражения какого-то общего внутреннего мнения нет по-настоящему исходной или той отправной точки-позиции, присущей тому, кто способен ее осуществить и провести, как говорят, в жизнь.
Но сама жизнь на этом, естественно, не заканчивается, и сообщество и далее  будет черпать все свои ресурсы для скорейшего выражения того самого единомнения, что представлено по большинству где-то в закромах совести каждого.
Что ж, ожидаемая усталь власти, как говорится, на подходе и остается только ждать проявления очередной ветви ее слабости в каком-то из вопросов нашего насущного бытия.
Слагающаяся на сегодня история продвижения человеческой мысли не нова. Она результат заимствования того ума, что оказался сейчас позади просто потому, что был выражен  жизненно гораздо ранее. Фактически – это зов предков, ибо даже тому уму, уже поглощенному временем, небезболезненно смотреть на то, что, где и как происходит.
Потому, состояние творческого ума исходит именно из этого и по-своему декларирует то, что ему кажется на сегодня наиболее важным. Это, правда, не касается тех, кто, как говорится, зарабатывает этим себе на жизнь. То дело уже другого ума. Или продажного в прямом смысле его применения. Дело же другого ума понять правильно и отразить своим мнением. Это уже и есть борьба, что совсем не требует кровопролития или чего-то подобного в нашем мало узаконенном мире.
Мы все свиты своей собственной совестью, и именно она способна призвать любого другого к какому-то подобному исполнению. Если этого нет – значит, совесть давно утеряна, что определяет потерю части души, как общепринятого понятия человеческого благоразумия и присутствия на самой Земле.
Каковы эти потери на сегодня, думаю, объявлять не стоит. Это и так ясно, хотя бы из того, что творится вокруг, да около. Но время не стоит на месте. Оно вовсю меняет нас самих и вносит свои перемены, хотя мы их слабо и замечаем. Это станет более заметным лишь в том случае, когда на землю придет беда. И в этом случае, я имею в виду нашу землю, тоесть русского народа в целом и в его составляющем числе.
Эти глобальные взносы среды уже совсем близки. И нет сомнения в том, что где-то готовится очень серьезное. Сомнительная тишина или застывшая на время – явление более страшное, нежели какое-то грозное присутствие чего-то.
Неожиданность – есть враг номер один изо всего того, что можно обозначить стихийным бедствием. И как раз к этому мы не готовы.
Можно отдать предпочтение чему-то и даже сделать что-то в угоду, так обозначенной, социальной справедливости, но нельзя оставить все, как есть и довести среду до ее полного испытания на самих себе.
Здесь присутствуют все составляющие нарушений экологичности среды, и нет смысла повторять то в какой-то там раз или озвучивать то, что уже сказано другими.
Повторюсь только лишь в одном. Выживаемость – еще не причина для внутренних страданий. Их станет гораздо больше, если они отразятся на нас же сами в общем присутствии величины стихии.
Потому, отлагаемость внутренних противоречий, и добыча всенародно хоть какого-то успеха  -  является главным для нас сейчас в достижении величины несокрушимости среды, которая может стать нашим главным врагом в не столь уж далеком будущем.
Это не пустые слова, брошенные просто так, как говорится, для связки. Это реалии дня настоящего в его полной атрибутике современного приложения.
Сейчас не главное, как пройти вперед и возвыситься над самим собой. Главное -  стать ближе к своей собственной совести и определить  ее вес. От этого будет зависеть природное сложение, и из этого будет черпать свои силы сама стихия Земли в каждом месте своего буквального приложения.
До свидания, уважаемые соотечественники, и постарайтесь не испытывать в очередной раз судьбу, ставя во главе решений то, что было обозначено в самом начале. Это не призыв к бедности, а обращение к уму, как к величине созидания, а не простого стяжательства.