КРЕСТОНОСЦЫ, часть 1.4
 
 

 
 
Было бы совершенно напрасным отсчитывать время именно в том порядке, что когда-то было принято и исчислено самими людьми отчасти простыми, а изредка и баснословно богатыми, учитывающими во времени сам смысл своего благоторжества. 
Рассматривая именно это и обсуждая уже сейчас с различных позиций современности, нельзя сказать с достаточно точной уверенностью,что когда-либо произошедшее что-то действительно состоялось тогда-то.Тоесть, нет и не может быть уверенности в абсолютной точности указанного, если за время бытности существования самого человека то же самое время и его исчисление изменялось по нескольку раз.
И все это говорит нам только об одном.Что дату настоящего прихода Иисуса Христа на Землю не знает в достоверности никто в силу уже указанных причин, равно как в точности никто не смог бы определить дату его вновь сниисхода с небес .
Как бы ни бились современные историки в том самом вопросе и каковыми бы ни были их во многом прагмоидущие достижения, все же и они бессильны именно в этом и составляют очередную жертву  всей истории человечества.
Во всех этих моментах есть только одно самое , что ни на есть , достоверное. Это , так называемое, время оглашения самого Христа, описанное в ряде исторически сохранившихся документов. Оно явно указывает на место приложения события и одновременно затрагивает сам период времени земной жизни.
Именно этот период и проходит под покровительством прохода одного из небесных тел, именуемого в простонародии кометой , вторгающейся порой в пределы достижения самой Земли. И уже относительно это можно считать в какой-то степени определением времени самого явления Христа, действительно явившемуся в свет на обозрение всему народу. Но это не дата рождения его, а реальный приход и приток его силы, вследствие чего все те чудеса описуемые и могли сотворяться на той же Земле.
Таким образом, вполне целесообразно и так же целенаправленно можно определить соотносительно то же, созданное уже в наше время пролетом одной  из давно известных космических величин. Это небесное тело вскоре достигнет пределов нашей планеты и практически осеменит степенью новой силы прибывающих космических единиц, что неизменно выразятся в нашей среде и будут иметь свое отображение в действительности.
Этим самым будет положено начало возведения позиции Христа и выражение в последующем всей ему полагающейся величины.
И пусть, празднующий усматривает в том самом свою победу, а самый вдаль отстоящий пока исповедует сам себя. В этом есть смысл всепризнанного вековечья и  за ним же скрываются все истинно людские черты.
Пока же продвиньтесь далее и ознакомьтесь со всем остальным, что так больно легло в историю и что так заблаговременно уберегло весь мир...
 
 
ПРОДОЛЖЕНИЕ…
 
 
 За сие содеянное божья благодать ниспадет на ваши головы и украсит их венками золотыми. Поручаю вам, Кирилл и Мефодий ,как самым старшим по древу роста своего, возглавить нар­од наш и вести его правильно в пути.Остальные же их всяко под­держите и не опуститесь до греха общего. Честь и хвала вам,яко люди в грядущем создадут устами вашими новые молебны и чтения разные.Псалмы пойте и успокаивайте люд.Множество лет вам,учени­ки мои.Говорю это в смысле своем здравом и в праве своем от име­ни Отца моего.Сохрани вас господь и помилуй во благо дел земных и праведных.
   На том совет их был закончен,и все вскоре разошлись.Никто не подслушивал этого,и никто не знал,что будет уже завтра. Но мысли те и их речи донеслись до этих времен,ибо ученики его сделали то,что он им наказывал и не уронили достоинства сво­его и чести своей.
   На сиим глава наша о чудесах и заканчивается,ибо далее пойдут .дела,совсем не похожие на предыдущие.
   Иисус отдал себя сам своему усмотрению и принял решение самостоятельно.И только тогда,после содеянного им,глас божий произнес:
   - Верю тебе,сын мой.Не уронил слова своего и достоинства.Не уро­нил и веры своей во благое и меня,как Отца твоего,также.Будь ве­рен и далее,ибо предстоят вскоре дела быстротечные и горько-со­леные от правды своей испытуемой. Жди часа своего и надейся на благо великое,от дел твоих исходящее,и не моли меня больше о по­мощи, хоть как тяжело бы не было тебе в боли твоей безрассудной, людской неблагодарностью овеянной.Ниспошлю я тебе вскоре силу большую,нежели до этого посылал.Овладей ею к часу тому,и ты со­прикоснешься напрямую со мной и истиною своею. Удачи тебе,сын мой,и благополучия в делах твоих.Час твой еще не наступил,но до него уже близко.Ровно год проведешь в покаянии и мольбе,а затем приведешь учеников своих к вере в себя же и распрощаешься со своей матерью,ибо грозит и ей опасность.
   Потому,памятуй это и за три дня до великого твого часа,отпусти ее по дороге той,откуда вы с нею пришли.Век доживать она там будет и мощи ее до самого твоего возвращения в лик человеческий будут хранимы во веки веков в том самом месте.Об этом укажет печать моя господня и твоя воля человеческая.Но не скоро все это станется.Пока же готовь себя к благу великому и исповедуй дела свои,как подобает сыну божьему,агнецу великому,ниспослан­ному нами для блага земли людской.
   И помни еще об одном.В день последний исполню только один твой помол.Подумай,прежде чем спросишь об этом.В остальном же,пола­гай на _ себя.Честь и хвала тебе в вечности праздной,если устоишь до конца в сердце и молитвах своих духовных.Прощай,сын мой,и памятуй обо всем.Год еще даю тебе на воспитание силы тво­ей и даю новую степень дознания. Примкни к ней душою своею и те­лом.И ты возвысишься сам без яко другого претворения со стороны моей и иной людской.Помни о матери своей и сохрани в памяти завет сей вековой.
   Голос исчез,а Иисус продолжал стоять возле хижины,вслуши­ваясь и дальше в сердце свое и мысль идущую снаружи.Наконец,он освободился от этого и зашел внутрь дома.
  -- Завтра,с восходом солнца,мн уходим отсюда,мама,-произнес он,
обращаясь к своей матери.
  -- Я знаю,сынок,-согласилась она сразу.
  -- Откуда?~удивился Иисус.
  -- Люди подтолкнули меня к этой мысли,-ответила она просто,-ког-­
да я увидела их собравшимися на площади.
  -- Их нельзя винить,мама,-ответил Христос,-они хотят жить.И им
надо жить,чтобы племя не погибло вовсе.Я же понесу свое наказа-­
ние за грехи все последующие и настоящие.
   - Ох,сынок,сынок,-всплакнула Мария,пряча свое лицо в уголках
небольшого платка,-жаль мне тебя отдавать делу этому.Все же мать
   я тебе родная.
  -- Знаю,мама,-успокаивал ее Иисус,-но дело это великого стоит.
Оно даст веру людям и облагородит сердца их вечно.И это уже мно-­
гое.Труды наши не сочтутся напрасными и успокоятся в быту людс-­
ком, отражаясь псалмами и молитвами в дни празднику преподносящимся
и таковым просто.
  -- Ну,что ж,-согласилась, так же плача Мария,-буду готова к этому
и воспою свою молитву за сына свого и бога-творца нашего общего.
   - Спасибо,мама,-ответил Иисус и поцеловал ее в щеку,-я знал,что
ты поймешь меня и Отца нашего также в делах,им творимых.А,теперь,
давай отдохнем немного.Завтра в путь,да и собрать кое-что нужно.И они принялись собираться в дорогу.
   Наутро же,проснувшись,они молча устремились в путь,неся в своих котомках лишь часть недоеденного ими вчера хлеба,немного воды и верхней одежды, повидавшей немало за свое время в их домашнем быту и походах.
   Отойдя дальше от селения,на склоне горы,Иисус обернулся и,пере­крестив его трижды, сказал:
   - Спаси и сохрани вас Отец мой великий,ибо вы заслуживаете
большего,нежели быть просто изгнанными и уничтоженными.Прощайте,
люди,и,да,хранит вас господь,-и Христос трижды поклонился домам
тем и,повернувшись,пошел дальше.
   То же сделала и Мария,добавив всего к этому несколько простых слов,гласящих о заботе людской и их чистосердечии.
   К вечеру они добрались до нужного им места и расположились на ночлег,оборудовав узкую пещеру под жилье и снабдив ее своим духом величия.
  -- Снова,как в детстве,-сказал Иисус,ложась отдыхать рядом с ма-­
терью на свежеприготовленную постель и укрываясь тем самым по-­
крывалом .
  -- Да,сынок,-тяжело вздохнула мать,-только вот остались мы вдво-
еы без животного,нас тогда кормящего.
  -- Ничего,потерпим,-успокоил ее Иисус и закрыл глаза для отдыха
своего грядущего.
  -- Потерпим,-согласилась и Мария и так же опустила веки.
   Через минуту они уже спали,и только ночь,да стены этой пещеры, укрывали их . от остального мира.И снились им сны праведные и исполнимые во дни людском, и проливала мать слезу,уже находясь во сне.
   Иисус также видел сон,но усматривал в нем уже нечто большее,чем просто картину,и иногда,приоткрывая глаза во сне,он тихо произ­носил :
   - Знаю, знаю все это.Наружно не взыщешь сейчас и
думой не одолеешь...
   Говорил он и другие слова,но суть все одно оставалась той же. Так провели они первую свою ночь в недалеко расположенной от их селения пещере.
   И никто не мешал им,ибо не было здесь больше никого,окромя приро­ды самой да камней ветхих.
   Нет.Не было в этом очередного их изгнания или какого-то большего, утаенного временем бытия смысла.Это было добровольно положенное начало своему личному духовному восторжествованию и сила их была в единстве мысли своей,а противоречия напрочь забыты.
   Окупалась она силой духа ихнего,из них же исходящего и окружав­шего, теперь, со всех сторон.И была вовсе не такой огромной,чтобы не овладеть ею же другому простому человеку,но то было время только всходящего семени умственного роста,а потому,она укла­дывалась только в немногих.
   "Освящен путь их безликий в лицах оных и ниспослан самою судьбою бед своих"- так гласит настоящая библия того дня. И уже сейчас можно сказать так же,но в понимании духа проходя­щего времени и с общим усилием роста ума,что: путь их безликий и воскрешенный годами,оказался слишкои тернист для других и грехом общим оскверненный,но не подчинились они этому сами и спустя века определились вновь,ибо путь тот ука­зывает и на это,в лете людском растущем.
   Утро наступило как и всегда.Взошло солнце,но ушед-
   шие еще долго не поднимались .Им надо было обдумать по своему свои сны и соприкоснуться друг с другом мысленно,как в годы дав­него ставничества юного Иисуса.И это у них получилось.
   Поднявшись и посмотрев друг на друга,ни мать,ни сын не сказали ни слова о своих снах,тревогах и убеждениях.Все их мысли давно образовали единое пространство и с одиночной ясностью укла­дывались в головах.
   Только пожелав друг другу доброго утра,мать и сын разошлись по своим делам.
   Иисус занялся приготовлением дров и всего прочего, что подобает мужскому делу,а мать - своим исконно текущим:приго­товлением пищи и заботой о домашнем уюте.
   Так начался их первый совмесный рабочий день после столь большого походного перерыва.Но наряду со своими настоящими бедами,они и не желали ничего лучшего окромя того,что уже у них есть. Их тепло - это они сами.Их радость - это радость того,что их окружает.Их еда - то,что дает им природа.И их быт - то,что дает окружение.Они слились в единое с окружающим их пространством и стали как одно целое,невзирая на повсеместные неудобства.
   Их совмесной заботой стало одно - это заготовка себе того скудного количества пищи на зиму и обработка той части земли,которая их окружала.В остальном же,мать и сын разделялись.
   Иисус пытался понять смысл сказанных его Отцом слов и хотел испы­тать в себе новую силу,обещанную им же.И время уходило на размышления, раздумья, утопающие в повседневной заботе о самом себе.
   Мать же,сопоставляя свое дело с его, пыталась разъяснить себе и донести внутрь смысл уже пройденного ими обоими и ожидаемого впереди.
   Так и шло время,переходя из одного в другое и повествуя о их жизни на их же лицах.Иисус немного ослаб,но все же держался крепко на ногах.Мать также,но силы ее были все же меньше,и она часто ложилась или садилась отдыхать,подолгу всматриваясь в не­беса.
   К ним каждую неделю приходили ученики,тратя на путь свой время, но оно с лихвой окупалось,ибо вместе со знаниями,вложенными Иисусом,они получали и хорошую поддержку своим внутренним силам, видя своего учителя живым и невредимым,хотя немного и утративше­го в весе,ему по возрасту причитающегося. Все время их общения заключалось в обоюдосторонних беседах,и лишь изредка Иисус поучал их,как прежде.
   За год этих встреч они все прибавили в своем развитии,и их вера простиралась куда даль­ше и глубже,нежели в поверхностном чтении молитв,пении псалмов и тому подобного,идущего изнутри каждого.
   И вера их постепенно обретала свой вес.Приходя сюда и поднимая что-то,они явно ощущали добавок в силах своего единомыслия,и их духовная кладь становилась гораздо большей.
   Однажды,обратившись к своим ученикам,Иисус сказал: - Я знаю,вы верите всему тому,что я говорю и преподношу вам. Но вера -это не только умение воспротивить себя какому-то оказа­нному давлению со стороны,а это еще и внутренняя укладь самого себя.Как вы сами ее в душе своей воспринимавте.Подчиняться в ве­ре не надобно,ибо это губительно для нее и осоружно.Надо верить и знать кому подчинить себя,и только тогда отдать свой глас за него,если увидите в нем свое собственное отображение.Это и будет вера в вас самих внутри в исполнении другого такого же,вам либо вы ему подчиняющемуся,либо вовсе не такового. Вот чему хочу обучить вас и хочу научиться сам.Уповать на саму веру надобно,но не силком,а внутренне,делом своим и подвигом ее же подтверждая.Насильно обращенный в веру,истинно верить никогда не будет,ибо его вера остается в другом,в его исполненном и сок­ровенно желаемом.Очистить веру надобно от подобного ложного ее толкования.Люди приняли ее с благодатью божьей и это понятно. Но расстанутся так же легко с ней,если она не подтвердится делом каким содеянным.Чудеса,мною сотворимые,еще не сама вера,хотя они ее в людях и заключают.Вера же,исполнима и чтима в другом - в людском уповании на ближнего своего,рядом идущего,либо вовсе не та­кового, но в ногу и бок о бок стоящего.Если сможет люд превозмочь себя в каком-то общем благом намерении -то это и будет вера,
   творимая в их самих просто собою.
   Но то не та вера,которая способна победить былое,настоящее и бу­дущее .То вера единопробная в силах своих состоящих. Настоящая же вера - это ублажь людская,от человека к другому тянущаяся,боль в себе превозмогающая и никому ничего в блажь какую совершенную не дающая.
   Но есть и слепая вера.Ее мы отвергаем,ибо это просто изуверие в вере единоличной.
   Потому,говорю вам,ученики,дети мои,не позабудьте об том и дожи­дайтесь всегда веры всходящей, всколыхнувшей сердца в намерениях каких,и не действуйте,токмо,осоружно и насильственно,ибо то уже слепоидущая вера.Помните об этом и донесите всем до ушей их и вложите зто же в уста ихние,дабы навек не случилось подоб­ное.
   Помните также,вера не уподобает себе всякого,кто хочет с ней со­прикоснуться, ибо вера не уподобна.а всходяща изнутри каждого. Помните об этом вдвойне и действуйте осторожно словами своими. Уповайте на людей благих и благонесущих.Их веру проверять и ис­пытывать не надо.Но только не покривите душой и присмотритесь лучше:не способен ли тот на ложь какую,его потом наверх возводя­щую. Посмотрите также,чтоб вера не исполнялась поверхностно,ибо то та же ложь,только идущая уже изнутри. Особно помните об этом,ученики и дети мои.Отпускаю вас на свет божий и отпускаю все грехи ваши тайно,ибо на людях нельзя того свершать.Так же обучите и других поступать с благоверными. Грех,сочтенный другими за не таковой,это уже не грех.Подумайте об этом и не окажитесь возле той же ложной и слепой веры, восхо­дящей уже в вас самих.Нельзя допускать такого во времени,идущем быстрее нас самих,да и самой веры по ее уложении внутри каждого. Бойтесь присовокупить грех свой,тоесть божественно идущий,к греху мирскому в его уподобании.
   Помните. Вера - не преследует никого.В ней нет различий от просто­ты или богатства какого,от греха тяжкого либо мелкого,от возвели­чиваний до опущения вниз.Помните,грех земной -то грех его сотворящий вами же,ибо вы несете в люди слово божье,и вы являетесь пастырями душ ихних.Доймите и примите как закон. Грех тяжкий -то не отступление от веры,то есть предательство ее внутри себя и карается только совестью своею,построенной божьей силой-соприкосновения.Сохраните в себе это и донесите остальным людям.
   Запомните и еще одно.Не грех осудить кого-то за его веропредательство,но если оно совершено воочию,а не по науськиванию или еще
   чему подобному.
   Вера наша искрення и вся наружу исподволь выходящая.Потому,убе­дившись воочию,исполняйте свой собственный долг,сопоставляющий силу вашу мирскую в образе духовного лица с силой божьего об­щего повиновения.
   Напомню вам и немного былое о греховодных делах наших и о бес­пристрастии к пагубному зелью какому.
   Помните,что во благо утех вступить в соединение с полом другим невозможно.Есть на то божья воля такая.В брак же законный и тор­жествующий вступить можно.То есть участь такая земная - родить детей и свое потомство воспитывать.
   Но бойтесь другого.Ошибиться в своих намерениях,а затем оступи­ться во времени,Это запрещено и осуждаемо всеми, За зелье скажу вам так.Зелье потреблять надобно,но в мере предостижимой,ибо оно силу возлагает великую и дает ублажь людского зла.Потом,помните об этом и не допускайте подобного. Скажу вам и за стать вашу,тоесть мужскую.Остерегайтесь зла во­сходящего от немочей своих и других тоже,потому убирайте мыслью своею силу подходящую и ею же освобождайтесь от этого. Помните,мысль,исходящая изнутри,гораздо сильнее всего сооруженного и внешне к вам соприкасающегося.
   И последнее,дети мои и ученики.Хочу сказать вам доброе слово за послушание ваше и за исповедь и чистосердечие ваше людское. Хочу верить вам всем на слово и хочу видеть в своих учениках дело и продолжение его вечное.
   Восхвалим господа за это и унесем свои мысли к небу,ибо оно од­но стоит над нашими головами и ниспосылает одно для всех до еди­ного. Помолимся же,братья и соученики мои,и возблагодарим Отца нашего за науку,им посылаемую,и к порядку,доброте приводящую, И скажем в мыслях спасибо ему за это.
   Так говорил Иисус накануне своего последнего дня.И слушали его ученики,и молились вместе с ним обоюдно. Мать же стояла в стороне и смотрела на них,про себя шепотом произнося ту же молитву,возвышающую господа их и от нее также.
   Помолившись и возблагодарив Иисуса за его науку,все удали­лись, оставив после себя лишь дух брошенного ими селения. Мария подошла к сыну и сказала:
  -- Сын мой, слышу голос твой,изнутри исходящий,где ты просишь и
молишь меня уйти из этого храма господня,-и она повела ру-­
кой по стенам пещеры.
  -- Да,мама,-сказал ей Иисус,-так надо.Об этом говорил мне Отец
тоже.И надо исполнить его волю,ибо неподчинение грехотворно и
взаимообратимо к себе же,
  -- Тогда,послушай меня,сын мой,-ответила Мария, тесно прижимаясь
   к его груди,-хочу сказать тебе свою молитву,сочиненную мною за все это время твоего благоверного труда.
   - Скажи,мама,- отвечал ей Иисус,понимая,что час разлуки их
настал.
   И Мария произнесла молитву,обращенную одновременно к богу и
   Христу,сыну своему.
   Иисус же,выслушав,поцеловал мать и сказал:
   - Знаю,мама,что тебе тяжело сейчас и вдвойне тяжелее оста-
вить меня одного на жажду утоления мести какой-то превосходящей
силе.Но выслушай и ты меня до конца.Когда-то Отец наш говорил,
что наступит такое время,в котором мы с тобой соединимся
снова в едином роду и возблагодарим его же за доброту,сыречь,
господнюю к нам. Я верю в это , мама.  Потому, не прощаюсь с тобой
навечно,а остаюсь в мыслях своих всегда рядом. Доброта твоя
внутреняя и благодать,наружу исходящая,способны довести тебя
саму до лика святой и пречистой.иди же к своему дому по тому
изведанному нами ранее пути и доживи век свой там в тепле и
уюте,вдали от простых либо других людей.Так говорил мне Отец
мой и твой также,и мы исполним обоюдно сей завет его вместе.
Хочу также,чтобы ты простила меня за доставленные мною горести
и хлопоты,и хочу провести тебя до тех больших камней,где сидели
мы пред днем своего возвращения сюда.И хочу еще предостеречь
тебя,мама. Не ходи и не обращайся к люду, ибо они еще долго бу­-
дут оскорблять достоинство свое и другое,так как вера только
располагается в них самих и наружно еще не взошла.
   Так решив,Иисус провел мать до намеченного места,и они, посидев там опять немного,распрощались.
   И не было в том прощании никакого упрека друг другу или не до­говоренного слова.Мария понимала сына,а он ее.Их мысли объеди­нились и вели теперь по разным дорогам, но сила их не позволяла разлучаться даже черев века.
    Мария покинула сию землю и ушла в край изведанный своею сто­пою, лишь, иногда, присаживаясь на пути своем и горько плача о слу­чившемся.
   Но,что могла поделать она, мать людская, если на то было указано свыше и оговорено с нею самою об том раньше. Мария понимала это и шла дальше,только часто посматривая на небо,ибо знала точно, что оно подскажет ей время казни своего сына.
   Иисус же,проводив мать,воротился обратно и принялся молиться за ее благополучное возвращение на земли исходящие.И вновь ото­звался голос Отца его.
   - Знаю, сын мой, тяжело тебе и матери твоей также.Но осталось немного и дожить до него надобно с честью, достоинством и .
   без какой слабости внутри.Испытай силу своего возвеличия,котор­ую тебе дал я совсем недавно.
  -- Что зa сила такая,Отец мой?-спросил Иисус.
  -- Сила та огромна и в людском познаньи обогащаема,-ответил
ему голос,-обладать ею способен лишь истинно чудотворец божий
или сильный духом сего и обогащенный кровью своею.
  -- Как это?-не понял его Христос.
  -- Понимай,как тебе это ближе,-ответил Отец его,-а испытать
·
себя можешь сейчас в мыслях своих,поддавшись силе ума своего
   и бренности твоего тела.
  -- Хорошо,Отец мой,я исполню это.
  -- Тогда,прощай,сын мой и не забудь того,что я тебе говорил ра-­
нее .Есть у тебя одна просьба,которую я выполню,но не более того,
  -- Я знаю,Отец,и об этом не забуду.Разреши мне только одно.
  -- Что же?
  -- Разреши поговорить с тобой,если мне будет надобно это.
  -- Хорошо,разрешаю,-ответил Отец,и голос его исчез.
Иисус снова остался сам с собою наедине.
   Тяжелые мысли одолели его,когда он вспомнил о матери,где-то идущей по запыленной и давно заброшенной дороге.
  -- Как она там?-подумалосъ ему,и в ту же секудцу прозвучал от­
вет.
  -- Иду я себе потихоньку вперед,-говорил голос матери его,- и
смотрю в небо,ожидая смертной участи твоей и соприкасаясь мыс-­
ленно с тобою.
  
  -- Не беспокойся обо мне,мама.Береги себя.Это для меня сейчас
очень важно.
  -- Хорошо,сынок.Буду беречь,ради твоего внутреннего успокоения.
  -- До свиданья,мама.И пусть,удача немного сопутствует тебе в
пути.Пусть,подвернется кто-либо из .животных каких, дабы безропот-­
но провести тебя в те далекие края.
  -- Спасибо,сынок,-отвечал голос матери,-не волнуйся,думай о де-­
лах своих и заботах.До свиданья.
   И голос Марии так же исчез,как и голос Отца его.
   "Вот оно что,-подумал Иисус,обращаясь уже к самому себе,-вот о какой силе говорил мне Отец.Слышать голос не только его,а еще и кого захочу мгновенно."
   Тогда захотел он услышать гласа учеников своих и поочередно их услышал.И еще захотел он поговорить с деревом каким либо живот­ным, и это ему удалось.
   "Отец мой,-хотел было вскричать Иисус,поднимая руки к небу,-какая же сила мне дана,чтобы уметь вот так осязать все кругом, достигая умом своим и видеть внутренним взором."
  --
   И закрыв глаза на минуту,Иисус увидел мать свою,идущую по до­роге, а затем учеников своих,и дерево,и всякую живую тварь.
   "Да,это сила огромная,-снова подумал он,-но зачем она мне сей­час, коль осталось так немного до дня и часа моего?-и тут же сам себе отвечал,-сила эта дана не мне,а уже другому,воцарив­шемуся во дне своем в будущем.Я же испытаю ее гораздо позже. Вот о чем говорили мне сны и ведал Отец мой."
   С этими мыслями Иисус преспокойно отошел ко сну,ибо дело уже было к вечеру,а еще дальше к ночи.
   И увидел он себя взлетающим и возмывающимся на небо,и увидел снова толпу людскую внизу,а себя под собою на каком-то кресте большом, в землю вкопанном и сооруженном наспех,отчего крылья его покривились и ознаменовались по другому. А дальше увидел он тело свое,лежащее на камнях и чью-то голову, склоненную над ним.Голова поднялась и он узнал черты лица Отца и учителя своего Иосифа,облаченного в те же одежды и окрыленно­го чем-то.
   И в ту же минуту тело его взмыло вверх и исчезло с большого камня.А он остался далее летать в небе безграничном,пока его самого не застало утро дня следующего,и он сам проснулся.
   То было утро пятницы,когда к его колыбели уже приближался от­ряд всадников,посланный одним из высокопоставленных особ для сопровождения его к месту допроса всякого.
   Проснувшись,Иисус умылся и окропил себя и жилище той же водою, ибо понимал,что конец его уже близок,и час наступил.
   Отряд, приблизившись, остановился, и из него выделился один из всадников-воинов.Христос узнал в нем Сертитаха.
  -- Здравствуй,агнец божий,-поздоровался тот с ним,-я приехал
с вестью плохою для тебя самого и учеников твоих.
  -- А где они сами?-спросил,в свою очередь,Иисус.
  -- Они ушли,оставив селение поутру,-ответил воин,скорбно потуп-­
ляя взгляд свой в землю.
  -- А что люди?
  -- Их собрали в одно место,дабы посмотрели на казнь твою,-отве-­
чал тот.
  -- А что,суд уже свершился?-удивился Иисус.
  -- Да,-скорбно признал это Сертитах,-и они,-он показал на воинов
посланы за тобою.
  -- Так много?-улыбнулся Иисус,-было бы достаточно и одного,что­
бы привел меня к этому месту.
  -- Так приказал один из чинов,присланных из Рима для разбору
действий твоих.
  -- Он,что,боится меня?-снова улыбнулся Иисус.
  -- Не знаю.Но знаю другое.Указ,им привезенный,был подписан ра­
нее самого суда.
  -- Даже так?-удивился Христос.
   ~ Так,-отвечал скорбно Сертитах,но тут же быстро добавил,-еще не поздно и можно избежать этого.Я исполню свой долг пред вер­ой своею,полученной от тебя самолично.
  -- Не надо,-ответил Иисус,-я не боюсь смерти,и уже давно готов
принять ее.как и подобает мне по существу моему,уподобанному
·
самим богом нашим.Потому,скажи воинам,пусть не волнуются. Я
только помолюсь дважды,ибо один раз я уже помолился до этого.
  -- Хорошо,-ответил Сертитах и,обратившись к другим,громко про-­
изнес слова,сказанные Иисусом.
   Те молча приняли сказанное и принялись ждать исполнения. Христос обошел пещеру несколько раз,а затем,зайдя внутрь ее, воспроизвел молитву.
   После,сделал еще раз то же,а потом,отойдя от нее подальше,пере­крестил и сказал:
   - Прощай,место обетованное лично мною.Ты многое исполнило во
мне лично,за что и благодарю тебя очень,-и Христос поклонился,-
до свиданья скорого,ибо путь мой будущий будет пролегать
   мимо тебя.
   - Нy что ж ,я готов,- сказал Иисус воину и,поклонившись вторично
месту,пошел впереди всадников,отказавшись от предложенного ему
коня.
   Так они и шли дальше.Иисус впереди,а воины,посланные за ним сзади,и было совсем непонятно кто же кого ведет.
   То ли Иисус их к вере в бога единого,то ли они его - к месту обретения той же веры.
   Солнце склонилось уже к полудню, когда колонна достигла места назначенного.
   Повсюду стоял люд и орошал землю слезами. При виде Христа, гордо шагающего впереди, людской гомон стих, а плач прекратился.
   У невысокой горы,куда подвели его всадники,стоял человек, пос­ланный Римом, и внимательно изучал обреченного на смерть,
  -- Кто ты?-спросил он ,когда Иисус подошел поближе.
  -- Я Иисус Христос, агнец божий, ниспосланный на землю за грехи
ваши тяжкие. Призван я обрести веру в людях и с этим борюсь спра­-
ведливо, не отвлекая их от работы и забот всяких.
  
  -- Но ты ввел благословенные молитвы и велел петь псалмы,-сурово
и жестоко ответил человек,-а они отбирают время у людей и не
дают поспевать в труде.
  -- Молитвы читаются рано и довольно поздно,-отвечал ему Иисус, -
потому,по времени они не убыточны, а,наоборот ,отвергая хулу вся-
   кую, дают уют и опасение.
  -- Ты мне веру не исповедуй, - рассердился человек, державший в
руках какой-то пергамент, свернутый в рулон,-отвечай только на
вопросы. Скажи,кто обучил тебя всему этому?
  -- Бог,Отец мой небесный,-спокойно отвечал Иисус,глядя открыто
ему в глаза.
  -- Не верю этому, -. жестоко сузил глаза римский исполнитель, -
спрашиваю повторно: кто обучил этому?
   Иисус опять повторил то же.
   Тогда,рассвирепев,человек приказал воинам связать ему руки и
   побить палками,
   Те нехотя согласились с таким решением, но все же исполнили.
   - Бейте сильнее,- говорил исполнитель,- пусть,сознается во лжи
своей разной.
   Спустя десять минут он продолжил допрос.
   - Так кто обучил тебя этому?
  -- Никто,-скупо отозвался Иисус и поднял глаза к небу,- я сам
обучился, благодаря силе Отца моего небесного.
  -- Ты заплатишь за это дорого,- ответил исполнитель, потрясая пе­
ред его лицом рукой с пергаментом.
  -- Знаю это и готов к этому,- спокойно ответил Христос,посмотрев
тому прямо в глаза.
  -- Что ты знаешь? - не понял вначале его человек, - 0 чем?
  -- О том,что смерть меня ждет и о том, что участь моя вами уже
давно решена. Как видишь, я обо всем знаю, - улыбнулся немного
   Христос.
  -- Кто сказал тебе об этом?-опять начинал свирепеть исполнитель.
  -- Отец мой сказал,еще вначале,в момент моего юного возраста,-
так же глядя в лицо своему мучителю,отвечал Иисус,-а также,гла-­
за твои, вперед не усмотрящие.
  -- Что ты хочешь этим сказать?-испугался немного человек.
  -- Я хочу лишь сказать,что время рассудит твое сегодняшнее ре­-
шение, а также и обяжет к другому.
  -- К чему же?-сузив глаза,спросил исполнитель,
  -- Оно приведет к вере,-спокойно ответил Иисус,-и заставит вас
самих поступить,как и все,и воспринять ее также.
  -- Ты опять за свое,-начинал свирепеть человек,нервно перебирая
пальцами по трубчатосложенному пергаменту,-никак не хочешь во
всем признаться.
  -- А в чем,-спросил Христос,-мне признаваться? Подскажи?
   Тут сказано,-исполнитель постучал пальцем другой руки по пер-­
гаменту, - что ты преступник и злодей невиданный,решивший искусить
людей добротой,якобы с неба идущей и дающей людям что-то взамен.
   Так не бывает,- умозаключил сам говоривший,- а значит,ты все лжешь и придумал нарочно,чтоб овладеть сердцами людей и напра­вить их волю против императорской.
   - Не знаю подобного,-спокойно отвечал Иисус,- и в том,что опи-­
сано, никогда не сознаюсь.Есть добро и есть люди,- продолжал он
   говорить,-и только это способно сохранить жизнь на земле нашей. Есть бог единый и всемирный,Отец мой родной,и есть его добра воля,ниспосланная нам для торжества доброты.Есть вы, падучие к славе и золоту всякому, а есть и люди простые или проще,убогие, ибо нет в них больше ничего, окромя самих себя. Есть слава небес­ная после смерти разной,а есть и проклятие по оной. Это все есть, а вот остального - нет.
  -- Ты оскорбил императора нашего,- сказал было ему в ответ испол­-
нитель .
  -- Чем же?- удивился нарочно Иисус.
  -- Ты упомянул о богатстве, а значит, имел ввиду и его самого.
  -- Да, я сказал это.Но богатство не всем по душе и во благо. Я
это имел ввиду.
  -- Ты говоришь загадками,- снова посуровел человек,-. И мне это
   не нравится.Эй,воины,привяжите его к столбу и поднимите к верху. Посмотрим,что он там нам скажет.
   - Скажу то же,-спокойно ответил Христос,протягивая свои ноги,
дабы воины обвязали их вокруг столба крепче.
   Люди начали подходить ближе. Круг их еще плотнее сжался вокруг места допроса.
   Воины,привязав Христа к деревянному, заранее приготовленному столпу, хотели уже было поднять его и укопать в землю, как, вдруг, исполнитель ,подняв руку вверх, остановил их.
  -- Стойте,- сказал он и подошел вплотную к Христу,- ты говоришь
сын божий, агнец небесный? Так ведь?- обратился он к нему, хитро
прикрывая один глаз.
  -- Да. Так говорю,-согласился Иисус,открыто и честно глядя ему
в глаза.
  -- А,сейчас, мы посмотрим, как отец твой тебе поможет в этом,- и
исполнитель отошел от него в сторону,- воины,а ну,добейте еще
одну рею к этому столпу,- распорядился он,- я хочу посмотреть ,как
его вера действует и, действительно, ли он тот, о ком говорит. Заод-­
но, проверим его лживость наружную .Рею прибейте к его ногам, а
еще одну к плечам. Хочу распять его, как злого разбойника чтоб
   не ушел никуда даже после смерти своей. Пусть,птицы выклюют ему глаза,а волки распотрошат тело после казни. Никому не позволяю хоронить его ,если,конечно, не сознается в вине своей пред зако­ном и императором нашим.
   Воины приступили к исполнению. Наспех прибили еще одну рею со стороны спины Иисуса и еще одну в его ногах.
   - Теперь,привяжите так его,чтобы тело его было распростерто
на том,что соорудили,-сказал исполнитель,и воины подчинились
его приказу.
   Руки Христа привязали к рее на уровне плеч его,а ноги,разведя в стороны,к низу.
   - Вот так-то лучше,-сказал исполнитель и приказал поднять
столп и укопать его в землю.
   Пока воины исполняли это, к человеку из Рима подошел другой рим­лянин.
  -- Слушай,Эрмюнталь,- обратился он к исполнителю,-в твоем приве-­
зенном указе этого не было.Так что не самочинствуй.
  -- Не вмешивайся,-строго сказал тот,-это не твое дело.Ты лучше
позаботься о себе и своей безопасности.Императору не очень нра-­
вится, что его представители на землях оных так исполняют дело
оброка.
  -- Делаю,что могу,-отвечал Пилат,немного краснея и отступая в
сторону.
  -- Вот и делай себе,-обозлился исполнитель,-а ко мне не лезь.
Я действую по личному распоряжению императора.
  -- В твои полномочия это не входит,-огрызнулся Пилат и указал
рукой на привязанного к столпу Христа.
  -- Не мешай,-строго сказал Эрмюнталь,-или я приведу сюда войско
Ты этого хочешь?
   Пилат смолчал и отошел в сторону,а исполнитель,подойдя ближе к вкопанному столпу,продолжил свой допрос.
  -- Ну,что,теперь,скажешь?-слегка кривя рот и улыбаясь,прогово-­
рил он,обращаясь к Христу.
  -- Скажу то,что и говорил прежде,-ответил ему Иисус,сплевывая
немного в сторону кровь,тоненькой струйкой набегавшей у него
изо рта,ибо гвоздь один вошел ему в спину,повредив тело.
  -- Вижу,не сладко тебе,-говорил человек,так же кривя губами, -
хочешь,я отменю казнь эту и отпущу тебя на свободу? У меня есть
такое право.Только скажи о том,что ты лгал все это время и на­
род за собой вел в искушение супротив воли императора.
  -- Вижу,глуп ты и жесток очень,-торопливо ответил ему Иисус,
боясь,что силы у него не хватит,и он не успеет сказать слово
собравшимся людям,-но не боюсь я тебя и тем более не сознаюсь
в чем-то.Я говорю правду, ибо она есть святая.
  -- Где же бог,Отец твой,-кривил дальше губами человек,-где же
сила твоя неумерная? А? Иль порастерял ее во лжи своей безмер­-
ной? А ну-ка,воин,-обратился он к одному из самых близстоящих,-
   дай-ка ему под ребро копьем.Только осторожно,чтоб не убить во­все. Хочу добиться я его признания.
   Воин тут же исполнил сказанное,ибо видел, как Пилат, их ближний руководитель,отступил пред этим человеком в сторону. Копье больно укололо Христа, и он даже немного вскрикнул.
   - Что-о, больно,- протянул исполнитель,- а ты думал, я играть буду
с тобою. А ну,признавайся, кто послал тебя сюда и по чьему прика­-
зу действуешь? - и он уже сам, выхватив у воина копье,тыкнул им
   в то же место,оставив после на теле кровоточащую рану,
   На это раз Иисус,собравшись с силами, смолчал и только тихо за­стонал, плотно сжав свои губы.
   - Молчишь, лжец поганый,- начинал заводиться и свирепеть все
больше Эрмюнталь, - сейчас я досажу тебе больше. Воины,опустите
крест и вбейте в его ноги по одному гвоздю.Может, ему станет от
этого легче, - и он хрипло рассмеялся.
   Люди недовольно зашумели вокруг, и исполнитель повернулся к ним.
   - Что? Не нравится? А слушать его речи вам нравилось? Где уче-­
ники его, как мне говорили? Где?..Я вас спрашиваю..,- и человек
немного шагнул вперед.
   Люди отступили назад, пряча глаза в землю, и молчаливо продолжали смотреть на содеянное.
   Тем временем воины уже опустили столп и приготовились к испол­нению сказанного ранее.
   - Чего стоите? - обратился к ним Эрмюнталь,-забивайте по гвоздю
в ноги, а не заговорит - то и в руки тоже,- и, подбежав ближе, он
сам взял у одного воина инструмент и вколотил гвоздь в ногу
Христа.
   Иисус сжал зубы, покрепче,и только стон вырвался из его груди.
   - Молчишь,- продолжал свирепеть исполнитель и тут же распорядил­
ся, - вбейте по гвоздю в руки, а затем поднимайте столп и веревки
немного ослабьте. Пусть, побольнее будет.
   Воины так и сделали. Слезы катились из глаз Христа, но он твердо молчал и только глухо стонал. И только, когда столп поднимали и тело немного опустилось вниз,провисая на гвоздях,из его груди донесся небольшой вскрик.
  -- А-а-а,заговорил,- обрадовался исполнитель, глаза которого к это-­
му уже налились кровью и стали розовато-белыми, будто он не спал
всю ночь и думал о чем-то,- так кто послал тебя сюда и кто велел
это делать?- снова спросил он, тыкнув копьем опять в то же место.
Но Иисус потерял сознание,и тело его безвольно провисло на гвоз-­
дях.
  -- Привяжите крепче веревками,- быстро распорядился Эрмюнталь,
опасаясь,что тело, вообще, упадет вниз.
   Воины подчинились и исполнили указанное. Затем по приказу окати-
   ли Христа водой,и он очнулся.
   Посмотрев на людей и своих мучителей,Иисус тихо сказал:
  -- Верую в это и не подчиняюсь вам. Сила моя в этом. Верьте и вы,
люди,- и он снова потерял сознание.
  -- Несите больше воды,- кричал неистово основной мучитель,- я
хочу слышать его признание.
   Но до воды было далеко и пришлось .ждать долго. А солнце все припекало и припекало, казалось, отнимая у мученика последнюю силу.
   И тогда, Эрмюнталь распорядился всем растянуться цепью и пода­вать к месту воду, дабы услышать, наконец,признание.
   Люди подчинились и молча,склонив головы,.исполняли указанное. Не одну горсть воды пришлось вылить на тело Христа, прежде чем он снова пришел в себя.
   Очнувшись,Иисус тихо застонал и открыл помутневшие от боли и также налитые кровью глаза.
  -- Что,больно?-обратился к нему мучитель,подбираясь к телу по~
ближе.
  -- Нет,- тихо сказал Иисус,- теперь,нет. Я вижу Отца моего, спе­-
шащего мне на помощь. Летит он ко мне с мечом большим и всей
преданной ему силой.
   Эрмюнталь засмеялся.
  -- Где же он,твой отец? И где сила твоя, чудеса творящая. Лжец
ты и злодей великий. Смерть твоя будет тебе поделом. Но вначале
я хочу услышать твое сокровенное признание.
  -- Так слушай же,- громко и ясно ответил ему Иисус,отчего сам
мучитель испугался и быстро отошел в сторону.
   Глаза Христа снова наполнились живостью и блеском, а его лицо словно преобразилось.Оно стало белым и будто из мрамора. Говори­ли только уста его, да еще глаза сверкали живым огнем. Люди бросились на колени и принялись молиться.
   - О,прости нас ,сын божий ,агнец небесный. Не можем помочь тебе
в твоих муках .Сила не на нашей стороне.
   Вначале Эрмюнталь испугался всего этого ,но затем, прийдя немного в себя, сказал:
  -- Так говори же,хочу послушать я твою ложь.
  -- Слушайте все,- громко зазвучал снова голос Иисуса, и люди обра­-
тили к нему свои лица,а исполнитель опять вздрогнул и даже му­
рашки поползли по телу его.
  -- Я обращаюсь ко всем,-говорил Иисус,-живым или мертвым. Пусть,
слушают все.
   Дрожь бежала по телу людей, а волосы подымались от таких слов
   ,а он продолжал:
   - Люди земли моей,сниискал я счастье благое в рожденьи своем здесь между вас и вырос в колыбели божьей посреди земель этих, богом одаренных,дождями,потом,слезою омытых.Сниискал и участь свою здесь же,Хочу просить вас и молить об одном.Верьте себе, яко можете.Верьте в душу свою изо всех сил,ибо душа ся есть ипостась ваша и с нею будете входить в мир иной..Счастье райское обретать будете,коль душа ваша светла и чиста,кровью другой и' слезьми не омрачена"
   Темный ад обретать будете,коль она снизойдет до греха и вытеснит
все добро из вас же идущее.Бойтесь этого,люди,и бойтесь другого.
Бойтесь веру свою омрачить участью всякою.Бойтесь уподобить се-­
бя ипостаси божьей если вы грешны и созерцаете грех сей
где-то наружно или в сердце другом.
   Я прощаюсь с вами,ибо зовет меня Отец мой родной.И хочу лишь упредить вас и любого другого,меня сейчас не слышащего.Уповайте, люди,на самих себя.Бойтесь зла,от вас самих и других исходящего. Бойтесь горечи и слезы людской по злу какому,непревзойденному в своей жестокости подобно тому,что делают сегодня со мною. Я не жалуюсь и не молю о каком-то прощении,Я и есть вера ваша в сердцах ваших.Помните это,люди,и простите за благосклонность мою к слову божьему и до вас доносящемуся сквозь сердца и уста ваши.Помолитесь за меня опосля казни моей и внесите на усмотренье свое всю благую весть о житие моем бренном и добропорядочн­ом. Не исказите самих себя в злодеяниях ваших и предательстве. Пусть,это будет вековая тайна наша.Бог наш един и всемогущ,и он объяснит дальше,что будет и ожидать чего вам самим.Я ухожу в мир иной,обещанный Отцом моим и богом единым нашим,и хочу прости­ться с вами поутру в святое воскресенье, ибо день сей вы праздни­ком потом назовете и согласитесь с тем,что преподнесут вам уче­ники мои,разошедшиеся во все земли.Не бойтесь того,что испове­дать .будут.Пройдут века и правда все одно откроется вам же.Надо верить в это,люди,ибо вера -это и есть правда.Правда жизни ва­шей на земле божьей и правда творений божьих в руках и делах ва-ших.Думайте об этом,люди,и никогда не успокаивайте себя достиже­нием каким.Мессия господня ниспослана вам сегодня на землю,но уповать на это не надо в думе и мысли своей.Вершите дело своим мирским трудом и боль в невозмоганье возьмите,чтоб слез не было и горечи другой в сердцах ваших,и сердцах детей ваших,и дале по роду человеческому.Дух мой обретает свою силу и обретает в вас веру о боге едином и первозданном творце нашем. Да, ниспошлет вам Отец наш. благое на землю,и,да,ускорит пробуждение теплоты внутри вас самих.Помолитесь об этом,когда меня уже не станет...
   "НУ,хватит"-хотел было крикнуть Эрмюнталь,но губы его почему-то сжались,и он не мог произнести ни слова,
   Иисус же продолжил:
   - Знаю,люди.Боль сейчас гложит сердца ваши.Боитесь вы за де-
тей и предков своих.И я понимаю зто.Отправляясь на небо, буду
зорко следить за тем,чтобы правда на земле велась и соблюда-
лась в законе вашем мирском.Буду помощь давать коль надо,но
не просите о ней,если сердце и душа ваша чернью покрыты,либо*
вы осоружно и намеренно делаете это.Снизойду к тому,кто боле
в беде упрощен и кто боле благословен сам.Хулу и всякую мир-­
скую ублажь не потерплю вовеки.Подумайте об этом,люди.
Сегодня же,я с вами прощаюсь,.ибо сегодня день мой настал такой.
Не опозорьте себя и не предайтесь какой огласке в вере нашей,
ибо чувствую я,что кто-то хочет камень возложить среди сердец
   и племен равных.Постарайтесь этот камень превзойти и одолеть хулу всякую и разночтивую.Это и будет благословлением моим божьим,ибо после смерти оной,становлюсь я также им,в ряду с Отцом нашим,богом вселенским.Осязаю вас,люди,своим взором и крещу вас в последний раз,ибо глас Отца моего зовет уже к себе. Прощайте и не дайте взойти осоружному слову в вере нашей еди­ной. Аминь.
   Сказав так,Иисус взглянул на людей,и душа его отлетела в небо. Голова упала вниз,тело осунулось и глаза закрылись.
  -- Умер..,умер..,-пронеслось по толпе,и люди в беспокойстве
оглядывались по сторонам,словно боясь какого-то гнева божьего.
Но его не последовало,и минуту спустя,словно прийдя в себя,
тот же люд закричал во все стороны.
  -- Иисус помер,царствие ему небесное.Надо молить о прощении
бога нашего единого,-и все бросились на землю на колени.
   В ту же минуту словно очнулся и Эрмюнталь,срывая свое горло в крике.
   - Встаньте,иначе я навек изгоню вас с этих земель.Встаньте,я
приказываю вам,-и он, подбежав к кольцу людей,тыкал в них обрат-­
ной стороной копья,дабы поднять их на ноги.
   Но люди не слушались его и еще усерднее молились .Тогда, исполни­тель приказал воинам разогнать их всех по домам,и те подчини­лись .
   Людей били,тыкали в них копьями и потихоньку загоняли об­ратно в селение. Пилат же,оставшись на месте,подошел к Эрмюнталю и сказал:
  -- Ты поступил несправедливо с ним,-и он указал рукой на Христа
до сих пор висевшего на столпе,-об этом я доложу лично импера-­
тору.
  -- Ты..,ты..,-задыхаясь и краснея,говорил исполнитель,-как
   смеешь мне перечить.Ты знаешь о чем тут написано?- и он ткнул пальцем в пергамент.
  -- Да,знаю,-отвечал ему Пилат,-там написано о решении суда,ко­-
торого, кстати, не былю и написано об наказании.Ко всему этому,
там не сказано ничего о смертном приговоре.
  -- Откуда..,откуда ты это знаешь?~также задыхаясь спрашивал
Эрмюнталь.
  -- Я читал сам его,когда ты спал в моем саду,-ответил Пилат и
отвернувшись пошел в сторону селения.
  -- Ты куда..,куда?-снова задал вопрос исполнитель.
  -- К людям,-спокойно ответил Пилат,-пойду успокою их сам.Не
бойся,говорить об том не буду.Все равно ведь дело уже сделано,-
и,обернувшись вторично, пошел вслед за людьми.
   - Ну, и иди,-зло сказал ему вслед Эрмюнталь и сел на рядом ле-­
жащий большой камень,ожидая прибытия своей охраны.
   Возле него совсем неподалеку осталось только три воина,но этого ему казалось сейчас мало, и он немного с тревогой смотрел в сто­рону уходивших людей.
  -- Дурни,- проговорил он тихо,думая о мирянах,- поверили этому
лгуну,-и Эрмюнталь посмотрел в сторону висевшего Христа,-эй,
воин,- крикнул он одному из стоявших неподалеку воинов.
  -- Слушаю тебя, повелитель, - сказал тот,подойдя ближе.
  -- Посмотрите,не жив ли он еще?- приказал исполнитель,-и если
мертв,то снимите его со столба, а тело унесите куда-нибудь по-­
дальше .
  -- Сейчас исполним,- ответил тот и пошел к остальным.
Эрмюнталь видел,как кто-то из воинов поднес к телу Христа на
копье кусок шерсти,обмокненной в кислую жидкость,и приложил его
к ране.Тело не дернулось и продолжало висеть.Тогда,воины вместе
опустили столб и,освободив тело,понесли его в сторону больших
камней.
   Спустя некоторое время они возвратились,доложив о проделанной работе.
   - Хорошо,- бросил Эрмюнталь им,-отдыхайте здесь,-и он указал
свое место,-а я схожу посмотрю на него сам.
   Воины подчинились,а исполнитель пошел к месту.
   Пробравшись по узкой тропинке вверх и оказавшись на каком-то небольшом плато,выступающем немного вперед на самой горе,Эрмюн­таль оказался лицом к лицу с мучеником.
   Тот лежал на одном из камней,а из его ран по прежнему немного вытекала кровь,обагряя собой землю под ним. На секунду исполнителю показалось даже,что тот жив,но подойдя
   еще ближе и осмотрев как следует,он все же убедился,что Иисус
   мертв.
   - Вот так-так,-прокудахтал Эрмюнталь,-вот и сын божий.Взял и .умер.Просто так,- и ему почему-то стало смешно.
   Он засмеялся довольным и хриплым голосом.Внезапно щеки его раздулись,а глаза,и до того красные,напились еще больше кровью. Горло словно сдушило чем-то и не давало дышать.Он хотел осво­бодиться от этого,но ничего не получалось,и уже думал,что на­ступил конец и ему самому.Но в самый последний момент,когда, казалось,у него вышли все силы,ему,вдруг,стало легче и давле­ние ослабло.
   Тело судорожно начало изрыгать на землю разную внутреннюю слизь,а спустя eщe несколько секунд,он прокашлялся.
   Эрмюнталь,спотыкаясь и хватаясь за камни,начал пробираться об­ратно, но сделав всего лишь несколько шагов,остановился и замер.
   Словно какая-то сила заставила его это сделать и обернула голо­ву, почти, на 180 градусов.
   Что-то хрустнуло внутри,но боли он не почувствовал.И,вдруг, Эрмюнталь увидел восходящего к верху Христа и безжалостно смот­рящего на него.Он потянулся было к нему рукой,но почувствовав что-то очень горячее,резко одернул ее назад. Тело Христа взмылось выше и удалилось в небеса.Эрмюнталь не мог поверить глазам своим и закрыл их на мгновение. Открыв же,снова посмотрел и не увидел ничего,окромя окровавлен­ного камня и такой же части земли.Он бросился бежать назад. Сила отпустила его,и Эрмюнталь несся по камням,словно взбелененная лошадь.Очутившись возле воинов,мирно разговаривающих между собой,он облегченно вздохнул и подошел к ним.
  -- Где он?- почти,выкрикнул исполнитель,отчего воины испуганно
вскочили,смотря на него.
  -- Там,где же ему быть,-испуганно проговорил один из них и ука-­
зал рукой на то место.
  -- Я ничего там не нашел,-гневно сказал Эрмюнталь,-идите и npи-
несите тело обратно.
   Воины,посмотрев на своего начальника недоуменно,пошли исполнять
   указание.
   Эрмюнталь сел на тот же камень и потер шею руками.Она до сих
   пор болела и словно онемела.
   Спустя немного времени,воины возвратились и несли тело обратно,
   недоуменно поглядывая на своего начальника.Эрмюнталь сам не по-
   верил своим глазам.Тело Христа безжизненно волочилось по земле,
   оставляя кровавые пятна.
   - Стойте,-приказал исполнитель и подошел сам к телу.
   Это был,действительно,Иисус,совсем немного времени назад улетев­ший на его глазах в небо.
   "Что такое?-подумал про себя Зрмюнталь,-я схожу с ума?" Но воинам сказал:
   - Отнесите его к столбу и снова приколотите гвоздями,чтоб не
убегал больше,а затем поднимите столб и укопайте хорошо,-рас-­
порядился он.
   Воины опять непонимающе посмотрели на своего начальника,но все же исполнили указание.
   - Погодите,-остановил Эрмюнталь их,завидя,что те собираются-
уже поднимать,-я сам проверю,-и он подошел поближе.
Удостоверившись,что все в порядке.исполнитель,отойдя в сторону,
приказал поднимать.
   Воины начали исполнять указание.От веса мертвого тела и не рав­новесия подъема,поперечная рея перекосилась,и тело приняло не­много другой вид.Одна рука стала выше другой,а ноги в коленях немного выгнулись вперед.
   Эрмюнталь снова испугался,что Иисус жив и подбежал поближе, чтобы самолично удостовериться в этом.
   Но и на этот раз все бы­ло, по его мнению,в порядке.
   На всякий случай он вогнал копье между ребер мученика и немного" покрутил им со стороны в сторону,Все было тихо.Тогда,исполни­тель самолично привязал ноги к основному столбу и поочередно вбил в них гвозди,приговаривая при этом:
   - Теперь,ты от меня никуда не уйдешь.Будешь висеть здесь,пока
тело твое не обезобразят птицы и не обглодают звери.
   Воины в страхе отступили немного назад,так как им становилось это уже совсем непонятным.
   Сделав задуманное,Эрмюнталь отошел назад и опять уселся на ка­мень, оттуда наблюдая за висящим телом.
   Воины расположились неподалеку,бросая косые взгляды на своего начальника.
   Прошел час,а основная группа еще не возвратилась.Солнце уже катилось к закату,и Эрмюнталь начал побаиваться,что ему прийдется заночевать здесь.возле его мученика,распятого на столбу. Что-то невероятно большое вселяло ему этот страх.И он никак не понимал откуда берется все это.
   Исполнитель встал и походил немного.Воины обеспокоенно посмот­рели на него.Тогда,он снова сел и принялся что-то про себя бормотать.
   - Где же они?-накокец,не выдержал Эрмюнталь и опять вскочил на
   ноги.
   Ответа не последовало.Воины молча смотрели на беспокоящегося начальника и не предпринимали никаких действий.
   - Что вы сидите?~выругал он их,-посмотрите,не идут ли сюда?-и
подчиненные бросились в разные стороны.
   - Никого нет,-доложили они спустя минуту и снова молча уста-­
вились на начальника.
   Эрмюнталь покрутился еще с минуту,не зная,что ему предпринять, а затем сказал:
   - Все.Едем.Не будем дожидаться ночи.Этот пусть висит,как я и
сказал ранее.Давайте моего коня.
   Спустя минут пять все ушли с этого места,оставляя за собой лишь смерть,тело Христа на столбе,немного покосившимся в сто­рону, и пятна сухой на камнях крови.
   Всадники удалялись,а солнце сползало все ближе и ближе к гори­зонту, пододвигая к месту казни вечер и желаемую для смерти темноту.
   Так прошло еще часа два.Тело продолжало висеть,сохраняя свое немое молчание,а солнце клонилось еще ближе к закату.
   Наконец,первые сумерки начали обволакивать это место,и столб немного пошатнулся.К нему со всех сторон подходили люди,все в черном одеянии,и под покровом надвигающейся ночи снимали тело и опускали на землю.
   Кто-то подстелил под него большой отрез холщеной ткани,и на нем тело было вынесено подальше от этого места.Его пронесли по той же узкой тропинке вверх и возложили на тот же камень, окровавленный им еще ранее.
   После этого люди принялись носить большие камни и окружать ими мученика,образуя таким образом нечто вроде пещеры,сделанной людскими руками.
   Спустя час работа была завершена,и возле входа собрались все участники этого.
   Они молча склонили головы в поклоне,а затем стали на колени и произнесли молитву.Затем,поднявшись,так .же тихо удалились от этого места.
   Взошла луна и осветила лучше всю местность.Темные фигуры уходи­ли в сторону,лишь,иногда,останавливаясь,оборачиваясь и кланяясь месту.
   На небольшую часть,занимаемую самим плато,вышел человек,до это­го издали наблюдавший за происходящим.Он также стал на колени и,почтительно склонив голову,произнес молитву.Затем встал и тихо сказал,обращаясь к телу Христа.
   - Я знаю, тебя нет уже больше на этой земле,агнец божий.И ухо-
дил ты не так,как подобало бы тебе,Но выслушай меня в последний
раз.За тебя ратовал бы я,если бы не скованы были мои руки очер-­
ненной властью.Я верю в тебя и бога нашего единого и хотел бы
больше постичь в вере этой.Но ты умер,так и не научив меня до
самого конца этому.К кому же я,теперь,пойду,-и человек заплакал.
   Постояв еще немного,он отошел и,взявшись за большой камень,
   подкатил его к входу в пещеру,при этом так же тихо произнеся:
   - Это дань тебе моя последняя.Видел, что мог, но не сотворил
этого.И потому,верю я тебе и Отцу твоему также.Отдыхай,агнец,
и,да,воцарится имя твое в устах наших.Ты не желал зла и творил
добро.
   Прислонив камень ко входу и еще раз поклонившись,человек удалился,а вскоре где-то внизу послышался небольшой шум,а затем дробный шаг лошади,уносящей на себе всадника.
   Прошло еще немного времени и к тому же месту подошли двое.Один из них сказал другому:
  -- Я побуду здесь немного,а ты посторожи снаружи.
  -- Хорошо,-ответил второй и занял место на узкой тропинке.
Первый вошел в пещеру и,осмотрев в свете луны тело,произнес:
  -- Нелегко же тебе пришлось.Знаю это.Но все же, ты поборол их
своею силою.А потому,понесу я тебя на руках к месту новому
твоему,а назавтра укажу об том людям.
   Он взял тело Иисуса и вынес из пещеры.Затем,положив на что-то и на землю,прикрыл вход камнем.
   - Поехали,-тихо сказал он,подзывая к себе второго, стоявшего
на страже.
   Тот кивнул головой ,и спустя минуту они вместе с телом удалились, Их уход снова покрыла густая темная ночь и заслоненная чем-то луна.
   Так закончился этот день,печально торжествующий о вере человека в то,что ему казалось на тот момент самым главным в людской жизни на земле,а также о вере в самого себя и силу своего внут­реннего величия.
   Никого не оказалось рядом,чтобы помочь ему,хотя рядом стояли люди.
   Никто не сказал и слова супротив этого,хотя рядом были не немые.
   Никто не отказался от этого,хотя знали,что это неверно и несправедливо.
   Так были они,эти люди,или,может,их не было вовсе там рядом?
   Такой вот вопрос, совсем простой и очень сложный,даже в настоящем людском понимании.
   Все же,кажется,были,только противостоять не могли силе власти того закона,утвержденного ими же и подтверденного на своей собственной крови,и не могли уберечь его от этого от своей малой духовной силы,обозначаемой просто совестью пред самим собою и перед всеми.
   Но на этом история эта не заканчивается,а только набирает свой оборот,ибо надо все же узнать всем,как получилось так,что люди сами себя обрекли на изгнание и как опорочили сами себя, создав после славу жестокого и умонепостижимого предательства. Надо узнать и о том,что кроется за всем этим, а также подумать немного - почему все случилось именно так,а не по другому. И о том наша следующая глава, повествующая обо всем и дающая жизнь новому во времени истории самого Христа,ниспосланного, действительно,сверху и обагренного своей собственной кровью, как достижение участи высшей человеческой мысли в существующей апосторали времени.
   "И имя его не увянет,и подвиг его не забыт будет",-так гласит библия,и так гласит весь мир,знающий о нем и возжелавший при­нять его,как единого творца их мысли-завета. 
На главную страницу счетчик посещений счетчик посещений счетчик посещений ARTRUSSIAN.COM - Топ 100 ARTRUSSIAN.COM - Топ 100 Интернет-статистика Яндекс.Метрика