ИСЦЕЛЕНИЕ ДУШ

   / В  ПУТИ /

   Шли года,и Михаэл становился старше.И вместе с этим,об­ретал мудрость и понимание того,что он видел кА;додневно,находясь в пути.
   Куда он шел,пока было неизвестно,но та же сила толкала его на зтот путь,посвященный высвобождению душ людских от зла великого и святотатства.
   Много и многих он повстречал на своем пути.Встречались люди прос­тые, богатые,честные,храбрые,хитрые,лживые,а,порой,искренние в ду­ше своей;разных дел и разных взглядов на жизнь свою и чужую? Встречались и те,кто был призван сердцем своим и телом служить богу единому на земле этой,но не получал Михаэл от них того,чего желал бы каждому в душе своей самоличной, чего желал бы бог ви­деть во всех людях.
   Не было у них искренней чистоты в вере своей,и бродила она вок­руг них,да около,но внутрь все же не опускалась. И тогда,сказал ему бог,после долгих и тяжелых его раздумий:
  -- Не ищи того,что утеряно вовсе не тобою.Это их забота,и их жиз­
ненная стезя.Исцеляй и исповедуй,но не проповедуй истины,ибо истину проповедывать нельзя.Она сама исповедь людская и может быть понята только самолично в душе каждого.Согласись с этим,сын мой,и обнаружь себя вторично на земле этой грешной.Не препятствуй разврату и оговтелости всякой. Не останавливай их в делах горестных и заслуживающих упрека нашего и людского.Путь их лежит
сквозь многие века разрух и дел всяких.Ты же поищи свою собствен­
ную судьбу и успокойся на этом.Одному мир не переделать,хотя многое можно для этого сделать.Иди и цели каждого,кого встретишь на своем пути.Это и есть твоя дорога,твоя цель,которая приведет к
окончательному результату трудов твоих.
  -- Спасибо,Отец мой,-обращался к нему сын,-понял я,что напрасен труд мой во.многих делах людских,ибо они не согласны со мной в душах своих.Но воле твоей я подчиняюсь и делаю все для того,чтобы веру упрочить в людях и не дать взойти окончательно горю людскому.
  -- Правильно,сын мой,-отвечал бог-отец,-ты поступаешь верно. Но
бойся одного.Бойся сам стать на путь грешника,ибо сей путь несет в себе славу неокупную и неомытую слезами твоими.Не искусись силе богатств всяких и не соприкасайся лично с теми,кто осоружен тебе внутренне,ибо ты свят сам своей святостью и тому тебя не понять.
Отпусти грехи их и пусть,живут далее.Ты же следуй моему завету.
  -- Подчиняюсь тебе,Отец мой,-отвечал Михаэл,-и кланяюсь тебе так­же за помощь твою великую.Действую силой твоей огромной и упорядочно жизнь складываю на земле.
  -- Иди и постись,сын мой,-говорил бог-отец,-опустись полностью на землю эту и обрети судьбу свою самолично,ибо есть душа твоя ско­ромна и не надо ее возмещать другим.Прощай,сын мой,и послушай последнего моего совета.
  -- Слушаю,Отец мой.
  -- Будет больно - не проси пощады.
   Будет не терпимо - стерпи. Будет осоружно наглядно -не вели сердцу зла.
   Испытай себя самолично в беде разной всякой и доведи себя до сла­бости изнемогания,а потом возведись вновь.Прошу тебя,сделай это и прощай.
   - Сделаю,-отвечал сын,-и буду помнить.Прощай,Отец мой.
   И ходил еще долго Михаэл по землям разным и говорил,что со-творяет это во благо людское,ибо ниспослан он богом на землю,что-бы победить зло людское.
   Верили ему люди,,так как видели то,что происходит вокруг него. Видели пожары святые и видели другие чудеса,воспроизведенные од­ним человеком.Благодарили за помощь,просили остаться в их землях, но Михаэл шел дальше и дальше.
   И вскоре молва о нем донеслась и до тех,кто исполнял сие также по уговору людскому в вере общей единой.И тогда,задумались они об этом и собрались на совет великий,дабы излить горести свои и беды, вызванные этим,ибо казна их сильно исхудала,и люд менее приветст­вовал их,чем ранее.
   И сказал папа римский собравшимся:
   - Други мои и сподручные слуги божьи.Обращаюсь к вам.яко к самому богу нашему чистосердечно и искренно.Все вы знаете,что возродился на земле человек какой-то,прозывающий себя сыном божьим и якобы творящий чудеса всякие.Изгоняет он силу нечистую из душ людских и сохраняет веру в людях.И они ему верят,и просят остаться в краях ихних,тем самым отвергая нас самих и веру нашу общую.Что думаете по этому,братья?
   Зал, где собрались все священнослужители, загудел,как растревоженный улей пчел,на мед которых спокусился кто-то.
   - Тише,тише,вы в храме господнем,-прокричал папа,успокаивая ос­
тальных.
   Стало немного потише.Тогда,он же сказал:
   - Хочу послушать мнение ваше поочередно,-и сел на стул за отведенным ему лично местом общего стола.
   Начались выступления разные и разных чинов.Много говорили,много ругали человека этого,но никто ничего пока не предлагал. Тогда,папа,выслушав всех,снова спросил:
   - Что делать будем,братья и други мои,в вере нашей единой?!
   И снова поочередно выступали священнослужители и предлагали свои меры по этому.
   Отличился один из них,священнослужитель из Мены,прозванный Глахополисом за дела его великие по добыче естеств всяких и приумноже­ние богатств святых.Немного смешно кривя губами,он с ехидцей произ­нес:
   - Думаю,братья,что знаю,как от него избавиться нам всем,от само­
званца этого и словоблудца.Предлагаю,изгнать его с земли нашей
   и искупить грехи его тяжкие через огонь,его поглощающий.Так - мне говорили люди,он исцеляет других.Соберем людей множество и пока­жем им это.Пусть,смотрят,кто он таков.Если он сын божий,то воз­несется, а нет -значит,сгорит в пламени огненном.Так и других каз­нить потом будем,кто поверил ему,а не нам.И назовем еретиками всех.Люд поддержит это,ибо знает,что мы сильны в вере нашей.Верно ли я говорю,братья?
   Зал одобрительно загудел.Понравилось это предложение и папе,и он сказал:
   - Хорошо придумал,Глахополис.Ты всегда был верен делу нашему и
старался в преумножении на дело святое.
   Глахополис поклонился и,так же кривя губами,ехидно добавил:
   - Что-то мне подсказывает,что не бог его послал,а сам дьявол.Вот мы его и сожжем.
   И все дружно расхохотались.
   - Что ж,-объявил папа,вставая,-на этом наш сбор закончен.Просле­
дуем в зал трапезы и отметим это небольшим празднеством во благо бога нашего в лице своем триединого,-и он,закатив глаза к верху,трижды перекрестился.
   То же проделали и остальные,встав со своих мест,а затем дружно направились в другой зал, где .ждала их обильная пища и хорошее питье в виде вин всяких.
   На столе стояла золотая посуда с серебрянными кубками и та
   кими же приборами.Он был полон всяких яств и прочего услаждения души ихней.
   У некоторых при виде такого богатства потекли слюни наружу,и они жадно их глотали и проталкивались вперед,желая выбрать место по­лучше с большим достоинством пышащего стола. В связи с этим создалась даже небольшая толчея вокруг него.
   - Тише,тише,братья мои,-успокаивал всех папа,-хватит всем,не бе­
спокойтесь. А кому не хватит,вон,полюбуйтесь на это,-и он хлопнул
руками.
   Словно в сказке,откуда-то из-за стен,начали выплывать дивные девы в каких-то странных одеждах,держа в руках подносы с яствами вся­кими и ублажая собравшийся своими улыбками на лице. Все завороженно смотрели на это и словно онемели.Девы же,крутнув­шись по залу,вмиг исчезли из него,как-будто их никогда и не было. Опять все дружно зашумели и захлопали в ладоши,радостно приветст­вуя такое впечатляющее событие.
   Папа успокоил всех и,усадив за стол,сказал:
   - Зто мне прислал подарок друг мой заморский.Обещал еще дополнить нашу коллекцию.Так что,не удивляйтесь этому,-и,подняв в ру­ке кубок,продолжил,
   - Други и братья мои сокровенные,хочу поднести сей кубок к губам своим во благо дела святого и за исчезновение с земли нашей самозванцев всяких,порочащих имя божье,а заодно, нас с вами.Лейте и ешьте,други мои,ибо жизнь наша протекает скуд­но в домах молебных наших.Пусть,возрадуюся сердца наши по этому поводу.
   И с этими словами папа отпил часть вина из кубка,а затем сел и . поставил его на стол.Так же поступили и другие,не усмотрев в этом греха какого или святотатства.
   Спустя время это повторилось вторично,а потом пошло,как кому вз­думается. Вскоре трапеза общая,призванная собирать воедино силу людскую и верующую,превратилась в простое застолье в бесчинстве обычном людск ом.
   Когда еды оказалось мало,то появились девы,держа в руках те же подносы.Зал ахнул от красоты их,ибо тела были едва-едва прикрыты прозрачной тканью.
   Они водрузили еду на стол и тихо удалились снова. И тогда, тот же Глахополис сказал, обращаясь к своему соседу:
   - Эх,хотелось бы мне иметь у себя такое в Мене.Но ничего,добьюсь и этого погодя. Как думаешь,Иновензий?
   Тот,к которому обращались,сильно мотнул головой в знак согласия и опрокинул внутрь вино из кубка,который стоял рядом на столе. То же сделал и Глахополис,а затем,утерев рот широкой полой своего рукава,громко сказал во всеуслышание.
   - Я сам буду исповедовать душу самозванца.И припеку ему лапки,-
и он громогласно засмеялся.
   Засмеялись и другие по этому поводу.Только папа почему-то смолчал, очевидно,понимая,что настоящее уже вышло из-под контроля. Тогда,он встал и покинул зал,тем самым дозволяя своим подопечным делать все,что заблагорассудится.
   И они принялись делать это.Кто пил,кто ел,набивая свое чрево чем-то, кто горланил псалмы на свой изысканный лад,а кто просто сидел за столом или под ним,уткнувшись головой в посуду или в кубок с вином.
   А оно уже текло рекой,и были поданы еще яства,и их еще больше до­сталось тем,кто еще хоть что-то сознавал и различал другого. На этот раз девы не ушли,а остались совмесно с ними,превратив общую трапезу в какую-то застольную болтовню в игривости заиски­ваний людских,пред чем-то осоружным и не подлежащим тем же чинам по призванию.
   Папа заглянул сквозь небольшое темное окно в зал и покачал голо­вою.
   - Эх -молвил он,-не могут вести себя достойно душ и мыслей своих. Надо будет назавтра пожурить их и обучить естеству поведения вся­кого.
   Затем,отступив от окошка,он двинулся к себе,предвидя свой отдых в опочивальне. Спустя время в зале воцарилась тишина.Дев не было,а спящие и вовсю храпевшие священники расположились,кто где. Посуда и приборы валялись повсюду,куда могли их донести сами люди. Все было съедено и все выпито.
   И тогда,туда вошли несколько юных монахов,на ходу хватающие какие-то обглоданные кости и запихивая их себе в рот. Кто-то из спящих проснулся и,завидя это,сурово промямлил:
   - У,ну,идите,учите псалмы свои.Греховодники клятые.Не успели еще выучиться,а уже туда же.Брысь отсюда,-и он устало и вяло махнул рукой.
   Те,кто вошел испугались и быстро исчезли за дверью.Говоривший же снова уснул.
   Спустя час в том же зале появились уже другие монахи более стар­шего возраста.Они поразтаскивали все тела спящих по разным мона­стырским кельям и все убрали,предварительно также съев недоеден­ное, как и более юные.
   Зал стал чист и свеж после уборки,словно и не было здесь ничего.
   Папа в это время проснулся и решил немного пройтись.Посмотрев в зал,он довольно улыбнулся и сказал:.
   - Молодцы монахи.Учатся делу святому в стенах наших.Все успевают и веру не забывают.Хорошее подспорье будет нам в будущем.Надо вот только кое-чему дообучить их в развитии общем,и глядишь,вера укрепится более в сердцах людских.Слава богу,души их не окрыжились в грехе людском общем,Вижу в этом смысл большой и далеко идущий.Надо укрепить это клятвой какою священною и силу воссоздать свою,чтоб порядок не нарушался.
   И,посмотрев в последний раз на зал,папа удалился,погружаясь еще больше в мысли свои о делах грядущих в свете святописания разного.
   Наутро все собрались вновь,уже немного отрезвевшие,хотя и с болевшими головами.
   Пana устроил им небольшую чистку и головомойку,после чего уже бо­лее мягко произнес:
   - Знаю,други мои и братья.Тяжело вам в кельях своих,забитых людьми и молебнами.Хочется и вам немного отдохнуть.Что ж,я понимаю это.Только ведь надо вести себя умно,не поддаваться какому веселью средь глаз прочих.Потому,смотрите у меня.Веру в сердцах сохраняйте и не вносите греха в нее своего.То же скажите и ученикам своим,и монахам также.Пусть,обучаются делу святому и не услаждают себя_ пороками.Разве что,подальше от глазу людского,да и то редко,чтоб не повадно было и не тянуло к этому.Богатства же и дальше приум­ножать надобно.Требуйте это от людей разных и особо богатых,ибо они подчинены больше греху всякому.Силу свою создайте,дабы при­вести любого и покарать за безверие его.Так бог наш учил когда-то и молил о помощи отца своего-за дело общее святое.Вспоминайте об этом и донесите в края свои.На сем с вами прощаюсь до дня ве­ликого,когда самозванец пойман будет.Тогда,соберемся вторично.
· Идите и исповедуйте других,братья мои.Знайте:ваше слово божье -закон для остальных.,а вы сами -приемники божие и наставники. Целуйте крест святой и подносите его людям,а кто гнущаться будет либо участью своей недоволен -то сразу еретиком обзывайте и сюда везите на казнь общую.Услащайте люд вином разным,но понемногу, чтоб им не повадно было.Скажите,это причастие божие,кое он пред своей смертной казнью испытал.Кто откажется исполнить сие -сразу сюда отправляйте.Сделайте каноны святые и,пусть,все знают их на­изусть.Кто позабудет,либо исковеркает как - ко мне ведите и ере­тиком обзывайте.Больше богу молитесь и люд заставляйте.Проверьте, чтоб в домах их лик святой находился,а у кого нет -значит,ересью обзовите.Говорите людям,что вы есмь сила божья и действуете по его повелению,Хотите добра людского и исполнения всех заветов божьих.Добивайтесь этого среди люду разного,а кто не исполняет веру - сразу еретиком обзывайте.Возвысьте себя над ними и над другими также в среде своей.Вы есть главные мои исполнители и по­ручители божьей воли,а я для всех единый исполнитель воли самого бога,ибо я есть избранный всеми и превселюдно утвержден ими. Везде расскажите об этом.Пусть,люд об том знает,а кто не удосу­жится понять - сразу ересью озывайте и сюда везите.Будем костры жечь и изничтожать неугодных,в вере нашей отступных. Так говорил Иисус,бог наш и отец наш.Исполняйте все это и не за­бывайте ни о чем.Приеду,увижу,что-либо не таковое,то силой божью накажу вас самих.Помните об том.А,теперь,в дорогу,ибо путь ваш далек и дел много.
   Папа перекрестил всех трижды и еще раз попрощавшись,уда­лился к себе.
   Разъехались все по своим краям,и спустя время начали преподносить люду все то,что сказал им их поводырь великий.
   И так оно и пошло из роду в род,из племени в племя,что вера - это крест на шее или где-то еще,что- это лик святой,писанный чем-то в домашнем очаге своем,что- это исповедь в храме божьем,обустроенном за их же деньги и богатства всия земли,и что- это закон для всех тех,кто в ней и подчинен другому,
   Узнал об этом совете Михаэл  и совсем тяжело стало ему средь люду прочего.Ибо вера в святотатском исполнении глушила души многих и усмиряла самых великодушных изо всех людей. Тогда,в непонимании этого,содеянного всеми,ибо одни подчиняли,а другие подчинялись, Михаэл обратился снова к Отцу своему.
  -- Отец мой,прошу тебя,объясни,что происходит на земле нашей?Почему люди верят им больше,нежели тому,что творю я,во их
же благо очищения?
  -- Сын мой,-отвечая бог-отец,-отдались от них и очистись самосто­ятельно от всегоtчто ты исповедал в них самих.Пусть,твой приход будет всему люду уроком.Уроком в назидание всего и превозмогания сил своих.Оставь дела мирские и людские.Ты свою суть исполнил.Вера обогатила себя уже новым дыханием человеческих душ и их знанием, и она не угаснет,теперь,в сердцах людских,как бы ее не преподносили другие.Истинно соблюдавший ее и почувствовавший,никогда
не отречется в душе своей самолично,Возможно,он поступит так вместе со всеми,но в себе вера эта будет сохраняться всегда.Верь этому, сын мой,и удались на покой.В нужный час тебя позову я и отправлю в путь необходимый тебе самому.Поверь и такому.Сила веры людская - это вера истины ее.Знай это и запомни.И сохрани до скончания
дней своих.
  -- Буду знать,-ответил ему Михазл,-и буду помнить об этом.
  -- Сознай силу свою в себе же,-продолжал бог-отец,-и сохрани ее
до дня нужного и благочестивого.Не ведай людям больше ни о чем и откажись превселюдно от имени своего.И назовись Христом, ибо ты и есть он в другом теле,исполненном мною.И душа твоя вознесется снова и успокоится до других времен.Помни об этом,сын мой.
  -- Буду помнить,-отвечал ему Михаэл.
  -- И еще одно помни. Мать, отец твои будут там, но не отдай их на
казнь какую и не отзовись словом,ибо их также постигнет уча­
сть такая.
  -- Запомню об этом.
  -- Тогда,уходи и унеси душу свою подальше от зол людских,и когда обретешь в себе силу другую,то позовешь меня снова.Прощай,сын мой.
  -- Прощай,Отец мой,и спасибо тебе за совет твой и объяснение.
   Михаэл подчинился этому и исполнил его волю до конца.Он ушел в горы,как когда-то уходил Иисус и обосновался там,собирая всю силу свою воедино,оставленную где-то на большой,пройденной им са­мим дороге в душах людских.
   И сила эта собралась воедино спустя время и превратила его в со­вершенно другого человека.Он начинал понимать многое.Он начинал понимать сны свои,ранее им увиденные.И,протягивая руки к небу, Михаэл говорил:
   - Спасибо тебе,Отец мой,за силу эту большую.Спасибо за обученье твое во всем.Стал я разбираться во многом и разном.Стал чувство­вать что-то другое,чем ранее.Благодарю тебя за это и желаю добра тебе и многие лета жизни твоей святой.
   Шли дни,а за ними недели и месяцы,Михаэл жил вдали ото всех и это его радовало.Он вдыхал свежий аромат земли родной и возды­хал благосклонно на ее очагах.Он сам себе готовил пищу,и разное-разное другое -делал также сам,ибо был он один,и был свят в своем одиночестве.
   Птицы окружали его жилье и не боялись его.Звери ходили рядом и не трогали его.Рыба в ручьях,.вытекающих из глубоких горных расщелин, также не уходила прочь.
   И было в этом одно единое объяснение все­му. Человек окружил себя природой и слился в ее едином кругу. И он уже не чувствовал себя каким-то уязвленным или недопонятым другими.Михаэл был упоен силой природного благословления и был счастлив от этого вдали от людских пороков.
   Но настал такой день,когда бог позвал в путь его близкий и одно­временно далекий,ибо то,что пришлось ему вынести потом,не доводи­лось выносить кому-либо еще.
   И отправился Михаэл по дороге в город,стоявший поблизости,ибо чув­ствовал, что путь его там будет закончен.Но не пугался он этого и шел смело на казнь свою от того же людского зла.
   Только раз остановился Михаэл на пути своем к городу,заходя в ка­кой-то дом,стоявший одиноко средь полей огромных. Встретил его на пороге человек какой-то и пригласил в дом отведать пищи какой и испить вина всякого.
   Михаэл согласился и вошел внутрь.Тут же его схватили и,привязав к стулу,начали спрашивать,кто он и куда идет.
  -- Я сын божий, -отвечал Михаэл, смотря им в глаза,-и ниспослан сюда к вам,дабы очистить глаза ваши от святотатства всякого.
  -- Ты посмотри,-засмеялся один из схвативших его,которого по странному совпадению,звали Тираний,-называет себя сыном божьим,вероот­ступник клятый.А,ну,признавайся,кто ты.Часом,не Михаэл тебя зовут по прозвищу освященный?
  -- Да,-так меня зовут в мире людском,-спокойно отвечал им Михаэл.
  -- О-о,-выдохнули с радостью оба его мучителя,-вот нам повезло как.Знаешь,какую награду мы за тебя получим?-и они дружно расхохота­лись .
  -- Какую?-поинтересовался Михаэл.
  -- О-о,это большая награда,-не сказал Тираний,грозя ему своим пальцем, -нам хватит,чтобы прожить до конца дней своих,-и они снова вместе расхохотались.
   Затем второй,которого звали Акеналий,спросил снова:
   - А ты не путаешь нас,чтоб посмешить потом кого-то?-и он грозно сдвинул густые брови.
   - Нет,не путаю,-ответил Михаэл.посмотрев ему в глаза.
   И почему-то от этого взгляда тому стало плохо,и он даже попятился назад,хватаясь за свое сердце.
  -- Что это с тобой?-испуганно произнес Тираний.-Заболел,что ли?
  -- Он..,он..,-лепетал второй,отступая дальше под взглядом назад и тыча в него своим пальцем,-это,действительно,он.Чувствую силу его демоническую или,как там говорят,дьявольскую.Гореть ему на костре живьем,-долепетал он до конца свою речь и уперся в стену.
Тираний боязливо посмотрел на Михаэля,а затем,подойдя к Акеналию тихо спросил:
  -- Что делать будем? Надо как-то сообщить нашему святому отцу об этом.
  -- Сам знаю,-ответил второй,-а,вдруг,он нас обманет? Может,лучше
отвезти его прямо к папе.Это ведь он издал указ поймать его.
  -- Да,да,-задумчиво произнес Тираний,почесав свою давно не мытую голову,-твоя правда.Может и обмануть.Папа его возблагодарит лично и окажет милости всякие.Значит,больше и даст.
  -- Тогда,повезем его сами,как злодея великого,-сказал Акеналий.
  -- Так то оно так,-почесал снова голову Тираний,-а,что мы люду
встречному скажем? Или,вдруг,донесется это до ушей отца святого?
Что тогда будет?
  -- Не знаю,-решительно ответил второй,-думаю,надо все-таки везти самим.На святого отца надежды мало.Сам видел,как он жульничал и пьянствовал недавно.
  -- Да,ну?-удивился первый.
  -- Э-ка,невидаль,-улыбнулся немного Акеналий,-я еще и не то могу
рассказать.
  -- Так,что решили?-вдруг, спросил у них Михаэл.-Или,может,я сам пойду в город? Как думаете?
  -- Тебя не спрашивают,-огрызнулись одновременно оба,-помолчи пока.
  -- Что? Не знаете кому больше достанется за мою голову?
  -- Ах,ты,мерзость такая,-размахнулся и ударил по лицу,по­
дойдя ближе,Тираний,-а,ну,помолчи ,иначе сейчас язык отрежим.
  -- Что ж,отрежь,-сказал Михаэл,-но как,тогда,вам поверят другие?
Два человека уставились на него и не могли понять сказанного,усиленно работая своими головами.Наконец,до них дошло и тот же Тираний, ударяя так же в лицо,сказал:
  -- Ах,ты,сила нечистая.Знаешь,как уколоть нас,святых верующих.А,ну,Акеналий,принеси крест святой,да раскали его на углях.Посмотрим,что он нам тут говорить будет.
   Пока второй ходил,Михаэл спокойно наблюдал за ними,даже не пытаясь что-то предпринять,чтобы освободиться от этого.
   Тираний же,подойдя к нему вплотную,разорвал часть одежды на гру-ди Михаэля и сказал,принимая крест,раскаленный своей верхней частью,
   - Сейчас посмотрю на тебя ближе,сила дьявольская,окаянная,-и с
этими словами,держа крест в длинных щипцах,прислонил его к телу
мученика.
   Ни слова не вырвалось из груди Михазля,и даже никто не услышал стона его.Кожа затрещала и даже полыхнула пламенем,но человек . молчал и только в боли на секунду закрыл глаза.
   Крест отошел в сторону,оставив после себя выжженый след.
  -- Что это? Что?-испугался этого молчания Акеналий,стоявший позади, -сила дьявольская сильнее креста освященного?-и начал отсту­пать снова назад.
  -- Да,погоди ты,-успокоил его Тираний,-сейчас я ему другое место
прижгу,-и опустив крест пониже,начал жечь.
   И снова они ничего не услышали из уст его.Бог дал ему силу вели­кую в уме своем и им всем противоречивую.
   Запах горящей кожи и тела распространился по комнате. Михаэл мол­чал и лишь держал глаза закрытыми,и только,когда Тираний отстра­нил крест,он открыл их и посмотрел на того.
   От страха под этим взглядом у палача задрожали руки,и он выронил крест на пол.
  -- Святая церковь,спаси нас,-пролепетали оба и отодвинулись к
стене.
  -- Подними его,-сурово приказал Михаэл,устремляя взгляд на своего мучителя.
   Тот еще дальше отодвинулся к стене. Тогда,Михаэл еле слышно засмеялся.
  -- Где же ваша сила и вера также,коль крест святой в руке удер­
жать не можете от одного взгляда моего? Идите,зовите сво­
его святого отца.Может,он лучше справится с этим?
  -- Нет,-дружно сказали оба,-мы без него обойдемся.И сами отве­
зем тебя,Ты ведь не будешь этому сопротивляться,правда?-заискивающе посмотрел в лицо Акеналий.
  -- Везите,-согласился Михаэл,-только знайте,что моя жизнь рядом
с вашей поляжет.
  -- Как это?-испугались оба этих слов.
  -- Думайте сами,-ответил Михаэл,-а,теперь,освободите меня от пут своих,которые прогорели вместе с телом моим.
   Мучители подошли поближе и увидали сказанное. Оставалось для них непонятным,почему человек этот никуда не убе­гал и не желал зтого вовсе.Они подошли еще ближе и сбросили ве­ревки. - А,теперь,ведите меня к вашему святому отцу,-распорядился Михаэл,-или к папе,как вы говорите.
   Мучители переглянулась,не зная, на что решиться, но все же алчность победила,и они решили вести его сами прямо к святому монастырю. Усадив Михаэля на лошадь и сделав то же сами,они вместе отправи­лись к этим местам.
   По дороге им встречались разные люди и с интересом смотрели на эту троицу.И особенно на того,у кого на груди был выжжен крест..
  -- Кто ,кто зто?-обращались встречные к Акеналию и Тиранию.-Что за человек такой?
  -- Отстаньте,-отвечали им те,-не ваше дело.
  -- А куда вы едете?-допрашивались люди.
  -- Едем к святым местам нашим,-отвечали сопровождавшие.
   Весть быстро разносилась в округе,и вскоре их. догнало несколько человек на взмыленных лошадях.
  -- Ах,это вы,святой отец,-обратились любезно,строя глазки,мучите­
ли к одному из подъехавших.
  -- А,ну,стойте,-прикачал тот,съезжая в сторону с дороги,-куда это вы едете и что за человек вон тот?-и он показал на него рукой.
  -- Э т о.., з т о.., -замялись оба,переглядываясь между собой.
  -- Ну же,отвечайте,-сурово спросил святой отец.
  -- Я сын божий,-отозвался за них Михаэл, подъехав ближе к нему,-а
ведут они меня к папе,к святым местам*
  -- Как?-удивился святой отец,-Без моего ведома?
  -- Я это им говорил,-ответил просто Михаэл,-но они меня не послу­
шались, Захотели сами получить из рук святейшества дар побольше.
  -- Так ли это?-строго спросил тот со своих подчиненных верующих.
  -- Врет он все,-ответил Акеналий,-это он,нечистая сила,потянул
нас за собою.Не виноваты мы сами.Даже крест святой его не очищает.
  -- Хорошо,я разберусь,-ответил священнослужитель и обратился к
Михазлю.-так ты говоришь сын божий? Так я понял?
  -- Правильно,-ответил Михаэл,-а зовут меня Михазл,прозванный освященным.
  -- Чем докажешь это?-сузил глаза святой отец.
  -- Мне не нужно доказывать,-ответил он ему,-это вам нужно.Я же иду просто в город.
  
  -- Зачем?
  -- Иду искупить грехи людские разные,изгнать силу нечистую и зем­
лю освятить сию.
  -- Кто послал тебя?-сурово спросил все тот же.
  -- Я сам по себе,но свыше меня только бог.
   Самозванец!-вскричал,вдруг,священно служитель.-Хватайте его,по­
ведем к папе нашему.
   Его люди окружили Михаэля со всех сторон и силком стащили с лошади.
  -- Пойдешь пешком,-строго приказал святой отец,а затем обративши­сь к сопровождавшим,добавил,-оденьте на шею ему веревку.Пусть,волочится за нами,если будет неуспевать.А вы,-обратился он же к Тиранию и Акеналию,-пойдете за мною.Объявляю вас предавшими веру нашу,а значит,еретиками.Свяжите их и пусть,бегут следом.
  -- Зачем,зачем,-взмолились те,падая на колени,-мы ведь поймали
его и хотели отвести к вашему святейшеству.
  -- Опять хулу несете,-разгневался святой отец,-я не называюсь
так,ибо то грех великий.Значит,еретики вы вдвойне.Быстрее вяжи­
те их,а то убегут.
   Охрана,сопровождавшая святое лицо,быстро сделала сказанное,и спустя короткое время,колонна двинулась вперед по той же дороге, ведя за собой на привязи к лошадям,трех человек.
   И было совсем не странно смотреть на все это,ибо к этому времени, вера в людях исполнялась очень сильно путем осоружного насилия и исковеркания .жизни человеческой.
   Люд обходил,теперь,их стороною,ибо боялся соприкоснуться с обоз­наченными еретиками,а то,что это так было,сомнении не оставалось, так как впереди ехал святой отец, а позади на. привязи опостывшие к святости люди.
   И было в этом шествии что-то такое,которое очень напоминало все предыдущее.
   И души людей,смотрящих на. это,восставали внутри их и не желали зла самим людям,искаженных властью святых отцов. Но,что могли поделать эти покалеченные временем души,если их самих ждала та же участь,коль словом или действием каким выдашь наружно свое внутреннее ,
   И тогда,воплощалась в них вера еще больше и возрастала ненависть ко всему опостывшему,и начинали понимать они,что Бог не мог дать такой власти на Земле тем,кто словесно благотворял его,а действием и внутренностью своей повсеместно уродовал.
   Люди верили в Бога и доброту его чистосердечную и говорили тихо, так,чтобы никто не улышал больше:
   - Боже милосердный,успокой наши души.Дай нам силу отстоять их
пред другой возрастающей силой в святом одеянии.Дай волю нам,
и мы разрушим зти пороки в одеждах святых.
   Но Бог не давал такого права и не мог дать его никогда,ибо знал,что прольется крови во много раз больше,нежели до того.
   И будет идти бойня до исчезновения последнего человека.Так они уж устроены эти люди и пока не совладают умом своим,с неба опу­щенным, и чувством своим,на Земле приобретенном. Вместо того,,он давал понять всем,что закон - то святое,ими же
   восстановленное, а вера - это совершенно другое,.ибо она не чи­нит его и не исповедует силу его в самих людях
   ,0на лишь дает лю­дям частицу небольшою ума в святости своего пророждения и озаря­ет человеческие сердца силой законной проведи Божьей. Ибо Бог прородил Землю и,воцаряя на ней человека,учит душу его разному и пытается сохранить от бед разных и всяких.
   И было то шествие видно Богу самому,и было оно видно лю­дям прохожим.Но не всяк тогда,да и сейчас ,понимал это. и не всяк стремился разобраться во всем.
   И была на то тогда Божья воля,и согласился он отдать на казнь во благо доброты, изнутри исходящей, своего второго сына, ниспосланного им самим на Землю людскую душегубную.
   Не сделал Бог ничего,чтобы остановить это,но зато собрал всех воедино для суда великого и грешного,и решил испытать многих,а также покарать некоторых за участь их не благую и действия осоружные.
   Так было,и осуждать это можно лишь тем,кто понимал,что так нужно для блага общего и Земного,ибо есмъ человек на земле - то есть и жизнь ее вечная.
   И чтобы понять это,надо приблизить себя каждому к лику божьему святому и исповедовать самого себя в мыслях своих,и покаяться за содеянное собою и другими также.
   Это и есть вера и вера истины общей силы людской благодати.Это и будет та победа людская, которую ждет уже так долго сам бог и те же люди, горем либо счастьем каким окруженные.
   Но надо понять зто и надо усилить веру свою,и тогда, всколыхнет­ся душа человеческая, и воззреет бог землю в чистоправедном ее облике.И возрадуется сердце его,и успокоится он навечно в радости зтой, достижимой людьми самими.
   И шли они долго,и только к следующему утру попали к свя­тым местам.Ночь Михаэля продержали вместе с остальными,связан­ными по рукам и ногам,и,теперь,они едва едва поспевали за лошадь­ми. Никто не узрел их боли,и никто не посочувствовал,хотя та же охрана знала это и наблюдала.
   Святой отец гордо восседал на своем коне впереди сего шествия, а позади волочились по земле трое,связанные по плечам под руки, ибо идти они уже просто не могли. Боль донимала мучеников и особо Михаэля.Раны его открылись и сильно кровоточили.
   Остановившись где-то на короткий привал,святой отец увидел это и испугался:вдруг,не довезут они его живым,и никто не подтвердит, что он -самозванец.
   Потому,он приказал положить его на лошадь,а раны смазать елеем, дабы ,как ему думалось,мученик не умер раньше положенного ему сро­ка.
   Михаэл,хоть и ослаб сильно,все же заметил:
  -- Святой отец,неужто,боишься ты,что я не успокою вашего папу.Не волнуйся так сильно,не умру.Сгоришь вместе со мною.Памятуй это,-
и голова его безвольно повисла.
  -- Помолчи,сила нечистивая,-гаркнул на него тот,-еще посмотрим,
кто из нас пойдет по ветру,-и святой отец засмеялся.
   После небольшого отдыха,они двинулись дальше по дороге в город. И снова,как и вчера,,их обходили стороной,а,порой,боялись даже поднять глаза на них.
   Михазл видел все то,и сердце его больно сжималась и скорбило.
   - Господи,Отец мой небесный,-обращался он внутри самого себя к богу-отцу,-за что страдаю я,если нет блага никакого от этого,и люд спину гнет кому -то в боязни своей великой.Неужто, сила твоя не способна уничтожить это коварство,и разбросать нелюдей по самым далеким уголкам земли,где окромя них никого и не будет.Пусть,пой­мут, что такое люди.
   И слышал его бог,но пока молчал.Тогда,сын обращался вторично.
   - Прошу тебя,Отец мой,посмотри,что вокруг творится.Ниспошли сюда силу великую и буду знать я ,что погиб не напрасно,а с теми,кто захотел сам этого в своей жестокости и святотатстве.Молю тебя об этом,Отец мой и хочу спросить тебя последнего совета.Могу ли я заслужить нечто большее,чем просто людское непонимание? 0тветь мне,
Отец мой.
   И на этот раз бог-отец смолчал.И никто не знает и не знал тогда: было ли ему жаль сына своего, и не смахнул ли он слезу со своего лица божьего.
   Вопрос остался невостребованным в душе Михаэля ,но он не огорчил­ся этому.
   Нет.Он,наоборот,повзрослел еще на некоторое время,ибо по­нял для себя,что надо самому добиваться этого и чувствовать силу свою,токмо ,как человеческую обыкновенную.
   И сцепив зубы,Михаэл больше не издавал ни звука из своей болящей груди.Только мысль его улетала куда-то и вновь возвращалась,при­нося ему что-то такое,чего он раньше не видел ,и в том своем воз­расте развития просто не понимая.
   Но он радовался этому,ибо знал:то бог,Отец его,послал ему видение или мысль какую.
   И вдвойне радовался.он при мысли такой,от него самого исходящей. Значит, ум его еще жив,и значит,он побеждает своих мучителей,и будет он в сердцах других оставаться таким,каким и был при своей жизни.
   Небольшая колонна подъехала к городским воротам.Стража приподняла их и пропустила вполне обычное для тех времен шествие,ибо сюда сте­калось со всех концов огромное количество людей,гонимых святыми отцами или их сподручными.
   К этому моменту в городской тюрьме,а если,уж,точно,то в монастырс­ких подвалах,где было сыро,холодно и бегали крысы,находилось около тысячи человек.
   Их готовили к казни.Но ждали святые отцы с нетерпением основного.
   Того,кто воспроизвел на свет дьявола,как они сами считали И1 того,кто способен был победить их самих,ибо святостью своей божественной и откровением пред сердцем человеческим,он далеко уходил от веропреподносящихся.
   К тому же,была у него и сила.Сила огромная,вызывающая пожар и обдающая огнем всякого,кто способен не подчиниться силе божественного покрова рода человеческого.
   И ее также считали дьявольской,ибо сами не верили в это,ибо считали сами,что бога нет на земле,ибо знали,что бесчинствуют и искажают все,а он их не карает.
   Колонна продвинулась дальше.Со всех сторон на них смотрели люди, такие же обездоленные как и те мученики,которых уже снова вели на привязи.
   Ноги их едва передвигались,но все же они шли.
   Михаэл собирался внут­ри силами.Ему много хотелось сказать этим людям.Но он понимал,что сейчас не время еще на это и молча шел вперед,только изредка охва­тывая толпу людей,почему-то окружавших их со всех сторон. Кто-то выкрикнул из нее:
   - Дьявола ведут,..дьявола,-и тыкали пальцем в Михаэля. Кто-то шнырял его из-под тишка палками так,чтобы охрана не видела, хотя те и знали это,но только делали вид,что ничего нет. Кто-то плевал ему в лицо,а кто-то вылил даже какие-то помои на голо­ву.И все это снова осталось не замеченным ни святым отцом,ведущим его,как он говорил,на суд божий,ни той же охраной,сопровождавшей к тому же.
   Наконец,они достигли стен святой обители,и их впустили внутрь. Во дворе монастыря стояло множество подобных мучителей вторично опу­стившегося на землю в теле ином,Христа.И все они с нескрываемой зло­бой смотрели на него и,конечно же,хотели бы его разодрать на части, ибо был он настоящий враг им,ибо забирал у них их кусок,отданной людьми мзды за какое-то святое покровительство папы.
   Они хотели броситься на него,но та капля ума,которая все же была в их головах,сдержала первый порыв.
   Наперед выступил один из них, назвавшийся Глахополисом и,смешно кривя губами,произнес:
   - 0-ка,вы посмотрите,кого к нам привели.Неужто,дьявола самого?!- и он громко расхохотался,а дальше продолжил,-поджарю я тебе се­годня пятки,яко зверю какому и посмотрю,что ты мне скажешь на это.
   Смех раздался со всех второн,а Глахополис еще пуще расхохотался.
   Но вот,из какой-то невидимой для всех двери,появился сам папа. Весь в празничном убранстве и со святым золотым крестом на шее. Здесь же находился и крест серебряный,ибо как-то дошло до его ушей это спустя века.
   Правда,не было у него деревянного,но зачем ему он? Папа же исполняет роль бога на земле и является настав­ником всех.Зачем ему утруждать себя лично молитвами,псалмами и ходьбою меж люду всякого.
   Только по праздникам великим и выходил он,дабы посмотреть на сво­их подданых(дабы лицезреть их лично,чтоб они же убедились в его силе и прочности веры его,ибо были на нем драгие очень одежды и кресты так же,а еще целая толпа подручных окружала его со всех сторон.
   И люди убеждались в этом и,посмотрев на него,быстро прятались по домам,ибо хотели узреть в лике его бога своего,облаченного в одеж­ды простые и не драгие.
   "То было время такое,-разъяснял сам папа,указывая на это,-бог наш Иисус и отец его не носили драгих одежд.Нам же завещали облачить себя в это и уподобить яко святым каким,дабы в лике их отобразить себя же."
   Так объяснял папа простому люду,и так появлялись бесконечно иду­щие лики святых мучеников,воздающих свое богу ихнему и отдающих ему же душу.
   Папа подошел к Михаэлю и сурово,посмотрев в глаза,сказал:
  -- Кто есмь будешь,человек? Хочу узнать имя твое неосвященное.
  -- Михаэл,-ответил ему тихо мученик.
  -- Это мирское,а освященное?
  -- Михаэл,прозванный освященным,-так же тихо отвечал он.
  -- Этого не может быть,-засомневался папа,-у тебя должно быть два .имени разных.
  -- У меня одно,-скромно признался Михаэл.
  -- Кто освящал его?-сурово спросил папа,осматривая своих подчинен­ных.
  -- Его нет.Он,уж,умер давно,-отозвался кто-то из подручных.
   - Царствие ему небесное,-ответил папа и продолжил свой допрос,обращаясь к Михаэлю.
  -- Что делал ты в землях наших? Что исповедовал людям?
  -- Веру нашу исповедовал,-отвечал Михаэл,глядя ему в глаза,-а среди людей изгонял дьявольскую силу и испепелял ее,если была такая необходимость.
  -- Кто разрешил тебе это?-сурово спросил папа.
  -- Бог,отец мой небесннй,-просто ответил ему Михаэл.
  -- Как смеешь ты называть себя сыном божьим,-оскорбленно произ­
нес папа,-кто тебе дал такое право?
  -- Бог,-кратко ответил мученик.
  -- Не смей трогать бога нашего,-почти,вскричал папа,-я запрещаю
тебе это,-и уже обратившись ко всем остальным,здесь собравшимся, продолжил,- Думаю,дело ясное.Подлежит суровому наказанию.Самозванец.Имя господа нашего осквернил в устах своих.Предадим огню его великому,дабы сила дьявольская сгорела и в люд не расходилась.
Как скажите,братья мои и други?
  -- В огонь,в огонь,-подтвердили слова папы остальные,и на этом
допрос был закончен.
   Папа подошел к двум другим,стоявшим позади людям.
  -- Кто есмь будете?-так же сурово спрашивал он их.
  -- Я Тираний,а я Акеналий,-отвечали они дружно,-это мы поймали
его,-и они указали на Михаэля,-вели его к вам,а святой отец объявил нас за это еретиками.
   Папа недоуменно посмотрел на них,а затем с минуту подумав,сказал:
  -- Правильно сделал,ибо вы не послушались его первого завета,обязующего вас обо всем доносить самолично ему,своему отцу святому.А не исполнение этого,карается тем же -и тут суд божий,творимый на земле,очень быстро завершился.
  -- Тебе же скажу,-обратился папа к отцу святому,приведшему их
всех,-что не достоин ты имени сего и звания сего также,ибо
не научил веровать своих подчиненных в силу бога нашего,а также
себе лично.Не обучил и самой вере,если допустили они такой совратимый грех.Потому,лишаю тебя этого званья и предаю суду божьему,ибо ты также,токмо,ересь какая будешь.
   Святой отец, до сих пор гордо вздымавший свою грудь перед остальными, внезапно схуд,побледнел в лице и мигом свалился под ноги папе.
   - Грешен,грешен,-вскричал он в слезах,-но молю вас,святейшество,не наказывать так сурово.Буду в монастыре работу любую чинить исправно.Прошу и молю вас об этом,-и человек этот бросился цело­вать рясу папы.
   Тот брезгливо отошел в сторону и,указывая на него пальцем,сказал:
   - Я не прощаю его,ибо есмь это грех величайший.Бог наш велел карать за это и не внимать милосердию.
   Так был свершен еще один божий суд на земле в присутствии многих таких же.Но никто не сказал ничего против этого,и никто не взмолил еще папу о помиловании божьем.
   Лица всех застыли в ожидании следующего суда,и до этого человека,только минуту назад бывшего таким же,уже просто никому не было дела.
   - Да,будь ты проклят после этого,-вырвалось из груди новоиспе­
ченного еретика,и он плюнул вслед уходящему папе.
   Но никому уже не было дела до него,.и все это осталось просто не замеченным.
   Вместо того,святого отца схватили,сняли с него его облачения,крест святой,и связав,поставили в ряд со всеми осталь­ными.
   И только тогда,святой отец или новоиспеченный еретик,посмотрел на Михаэля.Их взгляды встретились.
   Слеза покатилась из глаз свя­щенника, ибо понял он,что человек,которого он вел сам на казнь,во­все не заслуживает такого,ибо он сильнее,честнее и искреннее их святейшего папы.
   - Не плачь,-успокоил его Михаэл,поняв в душе его горечь,-ты не
один в беде своей.Это хорошо,что прозрение наступило сейчас,ибо нес бы ты грех свой еще и дальше.Смирись с этим и тебе станет лег­че .Не подними в себе зла,ибо оно не поможет,а только усугубит душу твою,повязшую в грехах тяжких.
   Михаэл отвернулся и посмотрел в сторону папы.
   Суд продолжался,ибо было там множество народу,согнанного с разных земель за прегрешения разные.
   И было в том первом подобного рода суде что-то особенное и отличи­мое от предыдущего.Нет.Не красочность и не убранство одежд всяких его украшало и отличало.
   Было здесь другое.
   Призванные служить богу уничтожали последнюю каплю веры в челове­ческих сердцах тех,кто был оговорен кем-то и обозван еретиком,ибо люди те знали,что суд этот несправедлив, в душе понимали это и каз­нили себя за ту правду,которую они несли на земле.
   Так совершалось уничтожение самого святого в человеке,и так совер­шается оно сейчас,ибо нет на земле ни единого места,где человек мог бы. говорить только правду,исходящую из его души,чистой и свет­лой.
   Святые отцы своим покровительством покровительствовали только лжи, наружу исходящей и внутри уже образующей.Это и был тот дьявол,ко­торого так боялись все:и те,и другие.
   Но не суждено было понять все это всем,и понимали только те,кто проходил сквозь такое,обретая в себе потом свою веру,жизнью своею же обоснованную и закрепощенную истинно в сердце своем. Святая ложь превозмогала над правдой,и это положило начало друго­му.Увеличению распри,вражды и разночинству,ибо любая ложь требует своего доказательства.
   Правда же -этого не требует,
   ибо правда -она всегда есть истина,а она святая.
   Прошло время,и солнце уже хорошо припекало всем в головы. Папа завершил свой крестный ход по проделанному в толпе мучеников изваянию и направился к себе.
   Но,дойдя до заветной двери,обернулся и посмотрел на Михаэля.
   - Тебя будут казнить первого,-распорядился он и указал на него
пальцем.
   Из всей толпы мучеников было отобрано около пятидесяти человек и отправлено в один из подземных казематов монастыря.
   Там они про­вели весь день и ночь до следующего утра в ожидании объявления приговора,а затем превселюдной казни.
   За это время на берегу небольшой реки были построены костры,соору­женные в виде столбов,обложенных плотным слоем веток деревьев и соломы,которой на это потребовалось довольно много,отчего в город постоянно шли целые колонны из арб с ней,над которыми шефствовали святые отцы,
   Так зачиналась.инквизиция,дошедшая до этих дней и разошедшаяся по всему свету.И так .же обронялисъ души человеческие в костер и улетали потом в небеса,ибо пройдя сквозь пламя,они самоочищались и возвышались в себе,поняв в чем суть настоящей веры и обретя ее же в себе в виде истинной правды,от души каждого самостоятельно исходящей.
   Михаэл ждал своей последней минуты и собирал все силы для послед­него своего крика души.И вот,наконец,время это наступило ,и их повели к месту казни.
   Людей собралось к этому времени великое множество,из других земель и краев также.Все любопытствовали об том,что совершено будет,и разговоры летели повсюду,создавая с самого утра невероятный шум и гам.
   Сквозь толпу трудно было пробиться и самим инквизиторам,и спустя короткое время они начали орудовать палками и плетями,разгоняя ладей,словно скот,в стороны.
   - Дьявол,дьявол,-кричали люди,завидя Михаэля и пытаясь досадить ему кто чем.
   Остальным также доставалось,ибо бешенству толпы нет границ,но все же больше попадало Михаэлю,ибо шел он первым с гордо поднятой го­ловой и свободно опущенными руками,которые были освобождены.
   Он не обращал на все это внимания.Его мысли были заключены только в себе.
   Люди плевали в лицо,шпыряли палками и частью били по ногам камня­ми, но не это доставляло боль человеку,жертвующему собой ради их блага в назидание веков.
   Другое больно жгло ему грудь.Ни у кого он не видел сострадания на лице,и никто не спросил его так ли это.
   Нe было понимания у людей его чувств, смиренных к их же разв­рату, и не было у них доброты какой,способной облагодетельствовать любого страждущего.
   Их обманули,им не сказали кто он и что он,ибо побоялись за это. Не так,уж,много прошло времени,когда по этой земле ходила поступь Христа,и люди передавали из уст в уста его доброту.
   Но это не оправдывало в глазах Михаэля их действия и слова, броше­нные просто так на ветер, совершенно не понимая ни их значения, ни того,о чем они говорят.
   А они,как paз,говорили о том,что дьявол заполонил им всем души,и что его сила сидит у них всех внутри.
   Но разве понять то было про­стому люду,обездоленному и озлобленному в дикой жизни своей. Хотя и зто не давало бы право осоружничать над беззащитным чело­веком .
   Но так оно было и так оно есть сейчас,ибо те же люди,уже разжиревшие от количества потребляемых яств или просто безделья,этого не понимают.
   Им кажется,что дьявол - это кто-то другой.Вот такой,побеж­денный кем-то силой захлестнувшей себя во лжи веры в лице свято-татских священнослужителей или силой осоружно построенного и ут­вержденного самими людьми закона.
   И им хочется верить в такую победу,ибо в душах их до сих пор еще остается маленькая капля настоящей веры,брошенной им когда-то участью Христа.
   И вот туда же,к месту расплаты по новому за все свои грехи,они торжественно возводили другого Христа, пришедшего вторично,ибо бог ему поведал это,и желал он этого сам.
   Впереди гордо шефствовал сам папа,окруженный панихидной братией своей и ратью более мелких чиновников.
   Воистину,это был крестный их ход,продолжающийся и до сих пор в поколениях сумасбродных лжецов их собственных душ.
   Кто посмел бы тогда препятствовать этому,и кто посмеет сейчас это сделать,если,вдруг,земля озарится этой силой в третий и,быть мо­жет, в последний раз?
   Колонна тихо двигалась вперед, и устал уже Михаэл от людских голо­сов и их диких криков и избиений.И хотел он побыстрее своей .. смерти,ибо не видел он на земле предков своих,да и других также, нужной ему и другим доброты,тепла и настоящей веры. Только раз Михаэл оглянулся назад и посмотрел на тех,кто шел за ним следом.
   По ним так же бросали камнями и,иногда,били палками. Они склонили головы и подняли руки,пытаясь защитить себя от этой жестокости.И было в этом самое страшное,что можно,вообще,увидеть и знать.
   Человек бил другого за то,что он просто не знал:тот ли он за кого его выдают или,может,он такой же,как и все.Он бил его за
   самого себя,ибо видел внутренне себя на том же месте,ибо знал,что когда-то такая же участь постигнет и его самого.
   Он изливал свою жестокость на таком,так как не мог ее излить на другом,лжеприно­сящим, ибо тот был у власти,ибо тот был в их вере первым.
   Не могли же они судить его за то,что избрали его сами. Потому,и били другого,и радовались этому,получая внутреннее удов­летворение и получая мзду за свои же принижения.
   Так оно и повелось с тех самых пор.Избирают,а бьют почему-то дру­гого, рядом идущего, совсем не понимая,что тот не виновен,ибо вино­вен тот - кто не виновен вовсе в общем числе всех таких же,опоя­санных своей собственной ложью.
   И не понять было всем,что зто их ошибка общая,что не распознали в том,кого избрали,настоящего человека.Так и мучаются до сих пор, ожидая чего-то от бога.
   Но он суров и,уж,более не милосерден. И смотря с небес на людской род, просто отворачивается в сторону, ибо противен он ему и осоружен в разврате своем,лживости и наси­лии.
   Колонна вышла к месту казни,и люди окружили его плотным кольцом, все время напирающим на стоявших в охране святых отцов.
   Так как сюда уже никто не допускался,его святейшество должен был объявить приговор и исповедать прегрешенных.
   Михаэл стоял посреди огромного,расположенного вокруг него еще не горевшего костра.Руки его были свободны,а тело и ноги плотно при­вязаны к столбу.
   Их оставили для того,чтобы: человек мог в последнюю свою минуту протянуть к небу и попросить у бога прощения.
   Папа подошел к нему и зачитал во всеуслышание приговор,тобиш реше­ние инквизиторского суда.Затем он просто обратился к нему словами.
  -- Признаешь ли ты вину свою,что взял имя божье себе в усмотренье и хотел овладеть душами людскими для их дьявольского совращения.
  -- Нет,-гордо подняв голову,отвечал Михаэл,--я и есть сын божий,на землю им опущенный и возрожденный во благо земли нашей.И имя мое Иисус,хотя и нарожден я в теле ином.Но на то была воля отца моего, бога единого,в небесах находящегося.
  -- Знаешь ли ты заповедь какую божию?-перебил его речь вопросом
папа.
  -- Нет,не знаю,-отвечал Михаэл,-ибо заповеди то ваши,от вас самолично исходящие и во благо вам приносящие.Я их не знаю,ибо знаю другие.Ибо первой заповедью моей идет спасение души человеческой - это доброта и милость ее.
  -- Ты просишь у нас и бога прощения?-обрадованно спросил папа,не совсем поняв его слова.
   - Нет,я не прошу у моего отца прощения,ибо я не совершал никакого святотатства,в отличие,от вас самих.
  -- Ты оскорбляешь мое достоинство,-вскричал во всеуслышанье папа, и толпа загудела в негодовании.
  -- Оскорбленным будет тот,кому есть за что оскорбляться,-спокойно ответил ему в глаза Михаэл.
  -- Ладно,хватит ересь городить и распространять ее на земле на­
шей.Будешь наказан сурово за это,-и папа,отойдя немного в сторону,обратился к людям,-Есть ли кто,кто может сказать о делах его благих или кто подтвердит нам во всеуслышанье?
   На минуту все стихло,и толпа даже немного подвинулась назад.Тыся­чи пар глаз устремились на Михаэля.но все же он нашел те две пары, которые дали на земле ему жизнь.
   Он увидел и узнал мать и отца своих.И они узнали его.И понял он, что они сейчас вскричат и поднимут руки вверх.
  
   И тогда,Михаэл сам поднял руку и поднес палец ко рту,покачав головой со стороны в сторону,всем своим видом показывая,что делать этого сейчас нель­зя.
   И видел он,как поникли плечи у них обоих,и как полились слезы,ти­хо капая из глаз.И сжалось болью сердце его за них самих,и вытекла слеза и у него,ибо все же он был человек и понимал все это так же, как и они сами.
   И слеза эта не осталась не замеченной папой.Завидя то,он обрадованно спросил:
  -- Ты плачешь,значит,признаешь свой грех? Так ли я говорю?
  -- Нет,-бросил ему в лицо со всей силой Михаэл, отчего папа аж по­
шатнулся и схватился за свои крест,висевший на шее,а толпа ахнула и отодвинулась еще на шаг назад.
  -- Видите,-вскричал папа,-силу его дьявольскую.Сейчас мы его успокоим, -и он дал команду поджигать костер.
   Подбежал Глахополис и,с жадностью посмотрев на Михаэля,
   кривя губами и немного коверкая слова,произнес:
   - Сейчас я тебе покажу,мерзость такая.Ты у меня попляшешь на костре живом.Я тебе покажу правду.Я тебе объясню,какая она есть,-и он засмеялся,поджигая внизу солому.
   Пламя всполыхнуло и понеслось по веткам, издавая сухой треск и под­бираясь к ногам Михаэля. А в это время папа кричал во всеуслышанье.
   - Самозванец.Обозвался именем божьим,оскорбил достоинство его.Си­лу дьявольскую имеет и подлежит уничтожению через пламя костра.Вероотступник и охальник.Не знает заповедей божьих,а также искажает их под себя и желает присвоить себе слово божие.Бойтесь такого и отступайте всегда в сторону,ибо то есмь дьявол в человеческом обличье, ибо то есмь адское учение зла,исходящее из недр земных.Целуйте крест святой и просите у бога помощи,дабы он отогнал нечисть эту и
не поддались вы его совращению.Есть у нас один бог,Иисус Христос, и отец его,а также дух святой на небесах.В него мы веруем,а все ос­тальное предаем огню.Молитесь люди за спасение душ своих и не бой­тесь дьявольской силы.Огонь поглотит ее,ибо бог сказал мне вчера об этом и было на то знамение божее.И еще сказал он,чтобы воздал себе лик святой,ибо я самолично уличил дьявола во лжи его и окро­пил святой водою.
   Сказав это,папа трижды перекрестил костер и покропил водою в ту сторону.
   Огонь разгорался сильнее,а вокруг него бегал Глахополис,бе снуясь, кривя губами и стараясь поддержать пламя побольше. Тогда,сказал ему Михаэл,которому огонь начал доходить до пят.
  -- Смотри,не оступись в вере своей,ибо будешь ты проклят трижды.
Глахополис на минуту остановился,раскрыв рот от удивления,а затем
с той же злобой ответил:
  -- Не оступлюсь,вот только пятки до конца поджарю тебе и попорчу
твой лик немного.
   И в ту же минуту он подступил ближе к костру,но пламя,невесть откуда взявшееся,вмиг охватило его самого,и он с криком бросился бе­жать к реке.
   Папа с ужасом смотрел в его сторону,а из горящего костра велико­мученика исходили громко слова.
   - Люди, стоящие подле меня.Не оступитесь в вере своей,ибо свят будет день тот,когда ворочусь я к вам в третий раз,ибо всяк тогда будет бит своею же головою за грехи и дела свои.Так просил меня сказать вам мой отец, бог единый на небесах .И еще говорю вам, пока не сгорел до конца.Кто с мечом к вам прийдет -тот от меча и погибнет, ибо знаю я,что беды грядут вам великие,и что город сей кровью же вашею будет окроплен.И что много еще люду погибнет,прежде чем я ворочусь сюда вновь.Прощайте,люди,и не верьте святым лжецам.Это они погубили в вас веру,и это они гонят крестом вас на казнь.Вы допустили гибель Христа,и вы допускаете ее же вторично.Подумайте об этом,ибо бог дает вам время на то,и с сего дня отворачивает лик свой святой от земли нашей.Не загубите в себе зерно своей веры в него и правду,от каждого исходящую.Не спокуситесь на святые пса­лма, воспетые в честь бога нашего и окропленные одновременно кровью. Я назвался сегодня Христом,и я он и есть,ибо снизойден на землю вторично.Бог,отец мой,послал сюда самолично.Верьте этому,люди, и донесите в поколениях своих до третьего раза ниспадания силы божь­ей на землю прегрешенную.Знайте,верен тот -кто всегда в вере пребы­вает,ибо вера -это то,что его самого и составляет. И еще знайте,гибель людскую бог не допускает,ибо он бог животворящ, а не смертоубивен.Вы сами творите зло,и сами же за него расплачива­етесь своей кровью и жизнью.Бог говорил мне:дай людям зерно их веры,и я его дал.Бог говорил мне:дай веру истины им,и я ее преподно­шу.И еще бог сказал.Уповайте на себя,люди,ибо с сего дня он душу свою для вас закрывает.Не уподобьте,яко дьяволу какому,облаченно­му в какие одежды.Не спокуситесь на силу его в злате и богатстве каком,хитростью иль злостным обманом добытые.Нe поддайтесь его внутренней силе,приводящей к алчной и жалкой душе,не имеющей боль­ше ничего святого и благочестивого.Умираю я,люди,не за,токмо,гре­хи свои,прозванные еретическими,а за ваши,ибо вы допустили это,
· и вы же покаетесь в этом.Прощайте,люди,и живите во благо,и пере­дайте то же детям своим и их внукам.Пусть,помнят и знают,что был бог на земле вторично,но вы его не восприняли,а покарали за добро­ту и силу его,исходящую со святых небес.
   Пламя охватило полностью Михаэля,и он уже ничего не смог говорить.Обгорелое тело уже не болело,а душа постепенно выходила.
   И вышла она целым снопом искр,а затем,образовав белое облако,прев­ратилась в человеческий образ сгораемого.
   Люди в ужасе наблюдали за этим и отступили назад еще дальше,словно боясь,что земля под ними сейчас разверзнется и оттуда выйдет сила дьявольская и вовлечет их всех.
   Бог покинул их,и они это видели.И люди отступили еще больше назад, оставляя одних святых отцов возле пламени догорающего костра.Они уне не хотели учавствовать в этом,ибо они поняли правду слов чело­века, сгоревшего за доброту и искренность свою,а также силу божест­венную.
   Видел то и сам папа,и удивился тому.Видели и другие святые отцы,а также еретики,привязанные к столбам,
   И разнесся голос над целой толпою папы,взбеленившегося от увиден­ного и от произнесенного ранее.
   - Нe верьте тому,люди, ибо оборотень то был, самопретворяющийся из одного в другое.И он может превратить и вас из человека в животное, а также и наоборот.Бойтесь этого,люди,ибо сила то нечистая,даже в небо оборотнем возносящаяся.
   И поверили этому те,кто стоял подле рядом,ибо папа для них был больше указ,нежели чей-то еще.Ибо был он для них властью великой на земле,а также преподносящим веру им самим.
   Поверили и остальные,которым передние передали слова эти назад,ибо точно не слышали слова Михаэля, прозвучавшие в горящем пламени кос­тра.
   И только остались в своей вере те,кому он,действительно,помог за свою короткую жизнь,да еще его родные родители,ибо знали они сына своего больше,нежели кто-то еще и знали доброту его,исходящую из­нутри, а также верили ему,яко самим себе,ибо то был их сын,а не чей-либо еще.
  
   И отвернулись они от людей в слезах своих,также как и исцеленные, и,повернувшись,ушли оттуда,ибо понимали,что веру здесь не придают, а просто уничтожают.
   Горели и дальше костры,и,почти,такие же слова говорил папа,ука­зывая на обличенных им еретиков.И продолжал люд верить в это,ибо знал,что любое неверие может закончиться для них так же.
   С той поры и пошли сказни об оборотнях,превращающихся из одного в другое и о силе дьявольской,из недр земли выскользающей, И с той же поры сила изуверия возросла и до сих пор произрастает в своей силе.
   Михаэл же,вознесшись на небеса,оттуда наблюдал за происходящим, и видел сам свое догорающее тело.И видел он,как сгорают такие же безвинные люди, обличенные еретиками ради ублажи чрева святоугодников.и видел также,как радовались смерти этой святые отцы и ок­ружавшие люди"
   Видел и то,как ушли его мать с отцом,все в слезах и убитые горем,и ушли такие же, им исцеленные.
   И сказал,тогда,ему бог-отец:
   - Сын мой,пойми и прости меня,отца твоего.Ты незаслуженно поки , нул землю вторично,но ты возродил веру в тех,кто истинно в нее верит.И не надо,теперь, бояться за них,ибо они выживут и будут жить вечно,ибо донесут они все то и детям и внукам своим во всех поколениях.
   И простил сын отца своего за боль,ему на земле причиненную,ибо понял суть всего этого,а также понял,что другого и быть не могло.
   Догорели костры,и уже разошлись все люди,наступала тишина на берегу реки.Только кое-где еще дымились обгоревшие головешки сто­лбов, и только пепел разлетался немного в стороны.
   Наступил вечер,а за ним пришла темнота.И в темноте той пока уце­левшие собирали прах от костров этих и прятали его в небольшие узелки.
   То был прах святой их родных,ибо как никому,он был наиболее доро­же .Пришли сюда и мать с отцом Михаэля,и,постояв немного,также взяли прах и положили в узелок,завязав его крепко-накрепко. А затем поклонились костру этому и помолились в слезах за сына своего,и попросили бога о милостыни для них великой:забрать их поскорее с земли этой и соединить с сыном навечно.
   И принял бог-отец их молебен и исповедовал самолично грехи также.' И поняли они это сами в душах своих,и возблагодарили его за это. А затем,поднявшись,пошли к родным местам своим,дабы успокоиться там и освятить дом их прахом сына своего.
   Так сделали и остальные,но уже бог не смотрел в ту сторону,ибо он знал,что они недостойны пока того,а также знал,что расти им до этого еще много.
  
   Собрав прах и помолившись,люди уходили в свои места,так и остав­ляя костры кучками неразгребенного пепла.То были живые могилы самих людей,ибо человек не умирает в костре живом,а только воз­носится и крутится рядом,очищая душу свою для того,чтобы когда-то унестись самому в небеса.
   И было дано ему на то право великое,но он пока не воспринимал его и не хотел того,ибо чернью был окружен,ибо в сумрачи своей погряз
   И вновь опустил взор свой на землю бог-отец и наслал бурю ве­ликую и град с куриное яйцо,а затем поднял в небеса реку и обру­шил ее на город,омывая ее водою и прахом умерших святые стены монастыря.
   Испугался этого папа,и его хватил сердечный удар,после которого он так и не оправился,ибо понял он,что лести своей и людской пре­дался, и что казнил не того,к кому причислял,и что веру он сам предал в душе своей.А также,поверил он,что то,действительно,бог был и перед самой смертью сказал:
   - Верю,что казнил невиновного.Сыречь, сына божьего.За то понесу я свое наказание во веки веков.Передайте слова мои людям.Пусть, помолятся и искупят свои и мои грехи тяжкие,-и тут же умер.
   И душа его полетела в ад и находится там до сих пор,и предана она огню великому до тех самых времен,пока на землю не взойдет нога сына божьего в третий раз.
   Река отступила назад,унося с собой и прах умерших,и часть живых тел,беспомощно барахтающихся в ее водах,И тонули,и молились люди о помощи,и просили они жизни своей продления,клянясь всем-тем,что у них есть дорогого во благо добра одного.
   Но не слушая их уже бог,ибо сердце его опостыло к людям,
   ибо совершили они вторично грех тяжкий на земле и погубили сына его в лживости и святотатстве своем.
   Но на этом книга сия не завершается и будет еще часть ее тре­тья.И, как поймут ее люди сейчас,то и сделает бог их либо счастли­выми в родах и племенах своих,либо усугубят они сами себя силой злости и лжи своей,наружу исподволь исходящей и внутри образующей
   Но было бы несправедливо не дописать эту главу до конца и не открыть некготорые тайны веков прежних.Потому,мы продолжим сей сказ,хотя и ненадолго.
   Бог все же решил довершить дело начатое им и покарал еще часть земель,населяемых довольно густо.Поднял он такую же волну в море и обрушил ее на берега святые,отчего порушились немного стены го­родов тех,а также унеслись жизни человеческие. Затем изверг он из недр земли пламя огромное огнедышащее,передви­гающееся по земле плавом и обрушил зто на части земель и там сто­явших городов.
   И завершил все то оконным столпотворением,когда люди все узрели лик святой на кресте на небе расположенный,и была от того куте­рьма великая и толчея людская,.и не могли не подавить тогда они себя,ибо каждому хотелось поближе усмотреть лик святой,и никто не удосужился пропустить кого-то вперед себя.
   На том бог отвернул лик свой от земли и завершил дела свои. На том же распрощались с ним и сами люди,ибо больше никто не ли­цезрел его и не столпотворился.
   То был крест на небе,досланный богом людям,дабы они веру свою не забыли и в сердцах ее потчевали.И всяк усмотрел в том свое, к всяк сделал свое же,ибо не хотел принимать другое,ибо глуп был и неопрятен душою своею.
   С той поры и повелись на земле великие войны и походы в земли обетованные когда-то Христом,богом людским.С той поры появились и затмения солнечные и другие,и каждое из них несло божье зна­ме ние и предвещало что-то.
   И снова люд воспринимал это по- своему,и опять,как и раньше,торо­пился воздать ему славу и бросался в далекие походы и войны.
   И истекали люди кровью - и молились,и убивали люди друг друга -и молились,и выковыривали глаза и расчленяли тела - и снова, и снова молились, как-будто вера им была дана только для того,чтобы замаливать грехи свои пред собственной совестью. И шли дальше в походы люди,поднимая знамена разные,и убивали друг друга опять,невзирая на все заповеди божьи и на то,что ра­ди этого недопущения бог и посылал своих сыновей. И сказал,тогда,бог-отец сыну своему:
   - Будут они,токмо,биться,яко о стену своими головами,пока неисковеркают веру сию до последнего слова ее языка,и пока не ис­
чезнет с земли последняя капля правды.Вот тогда,сын мой,ты и
возродишься в третий,и в последний раз.И опущу я тебя на землю,и дам ту же силу великую.И усмотрю я в этом нечто другое,чем в прошлый раз,ибо не могу я боле смотреть на это,и не могу бросить его на произвол судьбы.
   И сын понял его,и ответил:
   - Я пойду,Отец мой,и сотворю чудо великое и благое для всей
земли,ибо понимаю я заботу твою и болящую душу твою за скорбь
людскую нашу.
   Так порешили бог-сын и бог-отец,и так пока остается до сих пор.
Нам же остается только ждать и уповать на то,чтоб сила эта дей­
ствительно снизошла с небес и успокоила сердце божье
навечно.
   И,да,послушаемся мы слов этих,и будем искать человека того, и будем послушны ему,и воспроизведем силу свою внутреннюю в добро те своей и благочестии смиренном.
   Так говорил нам Иисус,и так говорил бог - Отец его,святым духом окупаем и святостью окруженный.
   Внемлим же слова ближе к сердцам своим и успокоимся все,ибо бу­дет день для нас хуже ночи всякой,и будет ночь подле дня того хуже белены какой.
   Верьте тому,люди,и благочинствуйте в делах своих.Только ду­шою и сердцем не лгите,ибо то грех большой и уже больше ничем не окупаем.
  
  
   "...И был бог на земле, и не было его вовсе, ибо отвернул он лик свой от человеческой стати
   всякой..."
   / Из одной заповеди людской /
  
 "...Сомненья к нам идут извне,в них также наше нетерпенье, вздымись, Земля,на божьем дне,и вылей все свое презренье!.." На главную страницу счетчик посещений счетчик посещений счетчик посещений ARTRUSSIAN.COM - Топ 100 ARTRUSSIAN.COM - Топ 100 Интернет-статистика Яндекс.Метрика