СИНДРОМ  ЗЕМЛИ
 
 

 
 
Возможно ли продвижение вперед?
Указаны ли ступени какого-либо дальнейшего развития или мы просто являемся признаком какой-то космосреды, что дала право нам всего лишь существовать? 
Ответы на эти вопросы, конечно же, есть. Но смысл их способен теряться во времени и напрямую зависеть от его благополучности или вовсе не такового.
Уже многое кажется нам всем известным и даже частично познанным, но до всякого практического подтверждения мы все-таки не дошли.
Не сделали этого или не шагнули вперед? - вот в чем вопрос и он, естественно, актуален, ибо когда как не сейчас принимать решение своей собственной будущности и такого же характера безопасности.
Но в чем может состоять общая наша беда? Действительно ли нам могут грозить космовторжения и ознакомление с типами инопланетных созданий?
Таких вопросов много как всегда, и только совсем мало ответов таких же прямолинейных, а не расплывчато опустошенных.
Признанная нами всеми земная среда с ее постоянной присутствующей цивилизацией стоит гарантом исполнения наших земных жизней. Но время не стоит на месте, и понемногу сдвигает ту самую гарантированность  в сторону, понемногу смыкая наши ряды и создавая для того же специфические условия.
Турбулентность воздушных потоков слишком высока, что зачастую не вяжется с самим моментом воплощения жизней, и тем более, реактивации их в самой среде. Это одна из причин, по которым совсем скоро на Земле уменьшится воспроизводство реальных жизней и массовость населения сама по себе спадет.
За процессом одного спада последует спад иного характера и так далее по общей цепи всецелого земного развития. В конечном итоге, без принятия каких-либо мер будет просто не обойтись.
Пока у нас есть время для исправления своих собственных ошибок и выработки какого-то общего для всех решения. Есть такое решение и у других, располагающихся совсем от нас неподалеку и готовых сотрудничать в целях достижения уже общецивилизационных интересов в среде общего космического простора.
Но есть погрешности в том самом разборе, и мы пока не готовы к такому взаимосотрудничеству, предлагая свой тон истребления взамен на закон возложения жизни.
Трудно ожидать пока чего-то другого от нас же и уже совсем скоро начнется период метаболического спада всех уровней жизни. Велик ли будет уровень возложения иных сил ко всему этому процессу - пока доподлинно не известно. Нам остается только ждать и более чаще обращать взор просто на небо. Оно первое станет сигналом к всеобщему бедствию и возродит первое в среде выражение уравнения волновой силы.
Подобное когда-то уже происходило. Не минуло оно и другие планетарные основы , где зарождены сходные земной жизни и оставило свой горько-соленый отпечаток уже в их истории собственного развития.
Познакомиться с этим здесь и предлагается, а заодно предусмотрительно оповещается. Будьте бдительны и всегда наготове. Время природного столкновения с живой средой подошло слишком близко. Надо быть готовым ко всему и приложить все усилия к добыче всех необходимых познаний.
Это пока главное для нас всех и назавтра станет решающим в деле продвижения самой жизни, а соответственно и нас самих, как решительных участников всего того процесса, не прекращающегося ни на минуту...
                                             
 
 
             СИНДРОМ   ЗЕМЛИ
               
Никто не может отрицать тот факт, что человек – существо до конца неизведанное.
Даже не смотря на все научного характера достижения можно с уверенностью сказать, что в самом человеке ,так называемых, белых пятен больше, чем повсюду на самой Земле.
И это только начало.
Повинуясь симптому времени, мы открываем  для себя что-то неизведанно новое, которое затем становится повседневным и обыденным, как и все остальное, постигнутое ранее.
Так создается наш ум. Таким он видится со стороны  и  так его создала сама природа Земли.
И в нем самом сеть неизведанные границы, что порою, становятся поистине ими, когда речь касается чьего-то природного благополучия в умственно здравом отношении.
Никогда не поздно познавать себя  и всегда полезно прислушаться к мнению иному.
Космос не выражен только одними нами и это будет доказано еще не раз.
Узнать себя и  познать с другой  стороны – это великая честь для нас самих, так обиходно пока малых и совсем не впечатляющих тот самый большой космос.
Что ж, поживем  - увидим. И возможно, мы выполним еще свое большое предназначение и достигнем своего совершенства.
А пока , будем прокладывать к тому дорогу и потихоньку карабкаться  вверх, дабы стать на ступень выше и по праву завоевать титул настоящего цивилизационного ума.
Пока же мы присвоили его себе сами и, собственно говоря, в этом  и  надо разобраться…            
 
 
                    РАЗДЕЛ     ПЕРВЫЙ                                 
 
 
 
 
             СОЗВЕЗДИЕ      « СКОРПИОН»
 
                                       «…Если будет построен мир,
                                               то  он  будет построен таким,
                                                                    каким мы видим его со стороны…»
 
                                          ПРЕДИСЛОВИЕ
 
          Будущее всех цивилизаций лежит в основе развития каждой из них. Создать свое сословие - и есть та рента высшего человеческого или другого ума, способная  перепоглотить  все нижестоящее.
          Схожесть и отдельная аномальная сетка переподчинения воли одних воле других несут на себе всю тяжесть настоящего повествования о событиях будущего или уже ,почти, настоящего.
 
Наступивший  21 век  закрывает прошлое и настоящее и открывает дорогу в космические широты.
Каковы они с точки зрения тех, кто их уже прочесывает,  и предлагается к разъяснению.
 
« Dinaminos  etmontires  autodafe »  -  этими словами открывается первая глава и ими же будет окончено все сочинение.
Космос навязывает свои проблемы и от них уже не укрыться даже человеку...
 
 
Глава 1
 
Вертолет садился на уже подготовленную площадку. Из него выскакивали человекоподобные существа и, поднимая вверх руки, свободно приговари­вали что-то схожее с обыкновенным человеческим "слава Богу".
При этом поднимали глаза к небу и на несколько секунд застывали в своей изо­щренной позе .
Спустя минуту площадка опустела. Раздался небольшой хлопок  и вертолет исчез с поля  зрения.
То были первопроходцы космоса, и им не нужна была лишняя грязь других широт. Они уничтожали все, им не подобное и не желали иметь дело с остальными.
Сегодня по их календарю было  первое огибальное  полноночие, что соответ­ствовало, примерно  первому - пятому числу месяца на Земле.
 
Сегодня у них намечался праздник. Они побывали там, куда раньше ступила нога са­мого противного из всех существ  им известных цивилизаций человеко­подобного гипоталамуса.
И  им удалось завершить серию успешно проведен­ных экспериментов, что  несомненно удваивало праздник.
Сегодня по прилету своих первопроходцев весь народ  чичеллини салюто­вал в их честь и старался хоть краешком глаза усмотреть то, что при­везли в своих докладах верхние экстротермальные  силовые линии. Так называли тех, кто уходил в далекие и неизвестные космические широты, и иногда не возвращался.
Это были самые достойные из населения и сверх­образованные их представители.
Сам праздник, в  номинацию  которого входила лишь только часть особо приближенных, представлен был в виде бала на той же площадке с предо­ставлением права просмотра остальному народу по своим экзотермическим соединявшим звеньям одной радиорылейной  сети в виде модульных телепе­редатчиков.
Такого права лишались лишь те, кто не заслуживал доверия внутри сообщества и  кто нарушал   иделмопептические устои их общества.
 
Из экспедиции вернулось пятеро .Двое пропало там, на далеких островах гипоталамусов, и торжества начинались с поминального обряда по достой­ным.
Облачившись в свои криптогенные наряды, верхние начали отстукивать полноту сейсмического проходного балла  в виде танцевального ритма. В руках они держали термитные шашки, то и дело подбрасывая их вверх и создавая впечатление животворящего огня.
Сквозь их ряды проходила странная фигура в виде несущего факел иноходца-гипоталамуса, которая резко дисгармонировала с окружающим. Вскоре эта фигура исчезла с поля зрения, и воцарилось минутное молчание.
Затем тишину нарушил звук литавра, и проходной балл вновь застучал в ушах. В середине образовавшегося круга сначала слабо, а затем все силь­нее начали появляться герои сегодняшнего дня.
Постепенно они обрели свои формы и обрядились в те же наряды.
 
Праздник продолжался с полчаса. Совмещая песни и танцы, верхние чичеллини показывали истинную радость и натуральное выражение своих побуж­дений. Им нечего было скрывать от своего народа, ибо те несли в себе их доверительное право на избрание.
Спустя время, пятеро самых достойных спустились с площадки к народу. Их радостно приветствовали громкими выкриками.
Затем, подхватив на руки, пронесли кругов шесть вокруг самой площадки. После чего, опустив, они расступились, освобождая место для их прохода в самую важную часть пра­вительственного здания, где, как полагалось это и всегда, будет показано  все то, что им удаюсь собрать за время экспедиции.
 Для этого был сооружен большой экран, а кто уж был больно далеко -  мог посмотреть то же по телепередатчику.
Пятеро зашли в здание, поднялись в одну из специальных комнат и распо­ложились в местах, указанных заранее поименно.
К ним со всех сторон по­тянулись провода и другие премудрости научной техники.
Спустя минуту все было готово. С их мозга считывалась вся информация о полученных сведениях, а также исчленялись те элементы, которые были набраны в мо­мент соприкасания с инородным пространством.
Вся информация вырисовывалась на большом экране, и народ ждал с нетер­пением начала. В толпе ходили некоторые смешки или просто трескотня по поводу пока неизведанного, но с началом первой строки все стихло.
На экране появилось что-то очень похожее на их небо, которое посте­пенно переходило в другие космические широты.
Народ застыл в ожидании чего-то сверхинтересного. И их интерес был   вызван неспроста.
Уже много лет они исследовали окружающие их системы и подобных существ, но так пока и не решились на какое-либо сближение. Везде было одно и то же.
Гонение за сверхоружием и уничтожение себе подобных. Потому, они не решались и желали найти что-либо подходящее им самим, так как пони­мали, что сближение дает шанс выживаемости для всех
Обмен знаниями, информацией, ресурсами и другим - это еще не все.
Самое главное - это взаимообмен вещевым доказательством генетического роста - мозговой частью или  исчлененной оттуда клеткой. Это бы способствовало умственно­му и другому росту обоюдовыгодно и соединяло воедино так далеко стоя­щие цивилизации ,а заодно давало бы право на приобретение какого-либо наследия в том же экзотермическом прошлом обоих, уже развитых  цивилизаций. К тому же, такое объединение облегчало усилия в обнаружении дру­гих подобных.
 
И вот, когда на экране засветились первые звезды такого далекого от них мира, все обустроились -   кто,  как  мог. Кто присел, кто вовсе сел, а кто и лег, отчаянно всматриваясь в то далекое и неведомое, которое пришлось наблюдать их же товарищам по системе.
 
Засветилась очень ярко где-то справа какая-то уединенная звезда, и  все поняли, что это вход в континенталь  какаго-то  созвездия.
Очевидно, это было понятно героям странствий ранее, так как на экране звезда становилась все ближе и ближе.
Какой-то оранжевый, с изредка переме­тающимся сизоголубым свет отражался от ее поверхности.
Она становилась еще ближе. Уже были видны ее  полнокруглые кратерные звенья, как ,вдруг, вся эта картина ушла в сторону, и на экране вновь полыхнуло звездами в гораздо меньшем размере.
 
Все облегченно вздохнули. Это был первый вход в иносторонюю систему проходных широт.
Нет, это еще не та цивилизация, о которой они мечтали. Это пока лишь то ,что можно назвать невыеденным яйцом или неразбитой скорлупой.
Все об этом давно знали, и хотя их интересы во всем были ничтожно малы, все же хотелось узнать подробнее, как живут другие и на какой стадии развития находятся.
А на экране мелькали звезды, уходя то влево, то вправо от прямого взгля­да. Всмотревшись тщательнее, можно было увидеть, что они насыщены чем-то вроде гелия и частью водорода, так как их центропловучесть соблюдалась строго   конформно.
Также, можно было увидеть, как из постоянно возника­ющих маленьких тел группируются целые  водородно-насыщенные   герноталлии  в виде отдельно стоящей крупной звезды.
Само название "звезда" никак не подходило  к этим телам, так как они вблизи имели вид довольно плотного метаморфического соединения о различными концентрациями силы на сторонах округлостей, которые резко выделялись и давали понять, что ждут своего часа распада на более мелкие  или   на  укрупнение в своем
составе.
Все зависело от их водянисто-хлористого состава внутренних пропорций. Если он превышал то давление, которое его окружало, то, естест­венно, звезда соединялась, тоесть  росла, а если нет, то разлеталась.
Также, существовала зависимость от скорости лета и вращения. Но, основное  -  это то, что звезда всегда оставалась нетронутой, если находилась вблизи какой другой подобной,  так как расстояние между ними создавало, порой, непроходимый вакуум для  других, более или менее сильных.
Но таких было вообще-то мало, и основная масса звезд то и дело распадалась, группиро­валась и так далее. Вобщем, процесс шел постоянно и если переводить на время, то в среднем, обрастание или распад приходился на одно деление межконтинентальной рамки Гомуса, что соответствовало примерно одному-двум месяцам земного времени.
Все звезды образовывали, так называемую, единую сферотическую цепь или линию образований, которая постоянно модулируя или изменяя частоту своих внутренних колебаний, и разрушаясь или сплавляясь воедино, и защищала Основное Созвездие от посягательств иносторонней проходимости.
Так было и сейчас. Войдя в основной межконтинентальный   проток, корабль наших героев начало то и дело штормить посредством макрополей окружающих звезд, отчего  перед глазами зрителей появлялись смазанные контуры той или иной картины.
Так продолжалось   около 30 минут лета.
Затем, все стихло, и сами пилоты облегченно вздохнули. Это было видно на экране. Вокруг них образовался какой-то коридор.
Это была спиралевидная полоса, по которой вверх и вниз просматривались контуры средних по ве­личине и назначению геотел. Это была полоса астероидов или астероидная масса.
 
Она закупоривала окружающую сферу  и была той "корковой пробкой", которую обычно земляне используют в своих бутылках.
Пройти по ней обо­значало лишь одно - смерть.
Поэтому, наши исследователи, умело используя уже ранее полученные знания, пытались предотвратить столкновение с каким-либо из этих огромных в соединении тел.Пока это удавалось, и зри­тели, то и дело вздыхая и переживая, упорно смотрели вперед.
Наконец, эта полоса закончилась, и они облегченно вздохнули. Теперь, уже можно было быть спокойными.
Они вошли в зону экстремального сближения с инородной проходной геоструктурой, и это удваивало их шансы на веро­ятность встречи с какой-либо из уже окультуренных разновидностей живого млекопитающего мира. По крайней мере, так они представляли себе инородную степень развития.
Сейчас на экране светились звезды, только не те страшные или, как они их сами называли - зубастые, а обычные гистероидные  соединяющие звенья.
Это была сплошная цепь различных по форме и местоуказанию созвездий, и исследователи остановились на одном из них.
Направляя   корабль именно
в избранную сторону, они настраивались на волну созвездия и пытались с помощью своего геоцентра определить мощность силового излучения ,а также, вычислить степень его влияния на Основную Систему.
 
         ГЛАВА  2
 
Наступил небольшой перерыв в показе, и зрители потянулись к на­стоящему водопою или, точнее, к употреблению сернисто-кислого натриевого тромбулетина, который, смачивая им горло, не давал осушаться всему организму. Воды или еще какой жидкости на планете не было .Все уже давно было утилизировано, и их основная геоструктура преобразовалась в планету "выедаемого яйца".
Тоесть, раскупорилась или отворилась для открытого космоса в свое время, и это заставило жителей изменить свое первоначальное сосуществование с их окружающим.
Когда-то и у них, в лучшие, как они считают, времена, были   огромные запасы хлористых и других почвенно-грунтовых соединений, но в силу изменения субпозиций их геонесущей
структуры, пришлось искать методы новой популяции в сложившейся ситуа­ции.
Они сумели победить в себе алчность и жажду ненасытности, объединившись в общую схему цивилизации. Конечно, без проблем это не обошлось, но это были их внутренние расхождения, и они с ними успешно справились.
 Теперь, когда на планете, практически, отсутствовало то, что можно было назвать каким-либо из видов блага, все были равны, и никому не приходи­лось выбирать, где и как добыть себе на пропитание.
Это было дело общее и тем более пока  до конца не завершенное. Шли  исследования других просторов для скорейшей передислокации основной массы населения.
 Чичеллини  уже знали несколько подобных мест, но пока не решались на это. Их пугала одна мысль, что при виде зеленых контуров окружающего мира
в них возникнет эпостезя  прошлого, и они опять ударятся в ностальгию и могут совершить глупости.
 
Поэтому, первые и самые достойные, прошедшие проверку, уже переселились, а основные массы переочищались и ждали своей очереди. И это не было наказанием. Нет. Наоборот, все знали, что для ско­рейшего и лучшего совершенства нужно время.
Поэтому, терпеливо проходили самоочистку и потихоньку закладывали новую базу знаний и внедряли себе внутрь полнейшую красоту их  мировозрения.
Конечно, на планете сохранялась вся прежняя инфраструктура и ей сопутст­вующее, но  она так же в ногу со временем претерпевала многие изменения и уже не имела вид обыкновения, а наоборот, учитывала все максимально-изъятые по истечению времен погрешности и ошибки, и представляла собой сплошную сеть генераторов экзотермического излучения, а также, включала всевозможные колоритные преобразования внутри своей геосреды.
 
Каждый мог поселиться там, где хочет или провести путь самоочистки в том, где он способен, действительно, сократить это время. Это была работа да насто­ящему уму и полной отдаче труда. Нельзя сказать достаточно уверенно, что все понимали до конца это. Нет. Как и у других, в их среде были угловатые элементы или те, кто пока недостаточно хорошо уяснил себе свое положение.
С  такими основная масса, практически, не общалась. Те жили отдельно и их не касались .По мере прозрения иногда к основной массе пробивались це­лые отряды отчужденных.
Их достойно принимали в свои ряды и заключали в степень непревзойденности, что обозначало равенство и выбор себе про­фессии.
Так жили чичеллини  на своей ультрапланете  в сверхпанировочном открытом пространстве. У них уже не было сомнений в том, что они идут правильно и те, кто уже переселился, были  поистине счастливы.
Так и должно было быть после столь долгих раздумий и препонов на пути развития. Дело в том, что их цивилизация пережила как минимум около двадцати сту­пеней  псевдообустроенности общества, но этого оказалось мало, и как итог всему, у них случилось то, что принято называть эктодермальной  экспансией времени. Их планета содрогнулась от  серии  вулканических гигантов и очень
скоро приобрела вид сернисто-кислого  углекисло-насыщенного окружающего пространства.
 
Надо было срочно  останавливатъ  все   и  брать курс на выживаемость. Так они и поступили после очередного правительственного собрания.
Надо сказать, что у них не было сильно развитых комплексов обустроенно­сти ,и  это облегчило их трудоизыскания в плане перевоплощения каждого в какую-то  иностоящую единицу мысли. Поэтому, они объединились сразу же и после недолгих споров по территориям и их принадлежности, пришли к едино содержащему всех решению.
Их цель была единственной - выжить и как можно скорее найти новую планету для своего развития. Именно этой  цели и были посвящены последние 250 лет их сосуществования с окружающей природой.
Чичеллини умирали и рождались в этих условиях, но никто не сожалел уже о прошлом, а думал только о будущем.К тому же, степень познаний явно увеличилась, когда все объединились, и это дало тот живой скачок мысли, которая смогла достичь своего апогея.
Они нашли в себе силы и избрали единственный  путь самовыживания. Клетки субтрофического безумия опусто-шились, и мозг   обрел новую форму своего глобального совершенства.
 
Сейчас над их головой уже не было того безоблачного голубого неба, которое так радостно воспевало все живое. Теперь, их окружала  почти тьма и звезды, и лишь изредка пробуждалось основное светило их созвездия.
Оно "погасло" вскоре после серии вулканоидной  волны, так как сила механизма выноса наружу энергетического тепла явно преобладала над гетеродинной мощью окружающего.
И это привело к разрушению озонового облака над всей планетой, что и дало сверхнепроницаемость  для тепловых световых лучей. Вобщем-то,  это дело было поправимое,и  чичеллини знали  , как сделать так, чтобы вновь преобразовать все в первоначальное, но они не хотели этого делать, так как прошлое навевало им какие-то смутные и тягостные переживания, да  и  к тому же до остаточного пере­селения оставалось совсем немного.
 
Они берегли свои физические силы и силу ума для достойного осуществления своих желаний в новом мире, где будут жить более счастливо и более уверенно, сохраняя на картинках то ужасное прошлое, которое способствовало их развитию.
Но только на картинках, так как память их уже была очищена от подобного и накаплива­ла другой, более мощный по своему умственному содержанию потенциал.
 Их не пугало прошлое, и они относились к нему, как к чему-то невыносимо успокоенному посредством времени. Им было стыдно за свое вчерашнее и надо было бы его забыть, но разум под- сказывал, что нужно сохранить хотя бы на картинках для того, чтобы помнить и не забывать о своей принадлежности  к "пустоцветной*  недоразвитости в ранней стадии обра­зования.
 
Таким был в настоящее время народ чичеллини, и таковы были его принципы  сосуществования.
Перерыв надолго не затянулся, и вскоре, после очередной «промочки»1  горла, все уселись для дальнейшего просмотра.
Гомон стоял невообразимый, но уже после первого кадра все стихло, и огромный зрительный зал за­мер в ожидании не выясненного  до конца.
 
Глава   3
 
Первый кадр сменился вторым, и зрители увидели, что приближаются к какому-то созвездию.
Издали оно было похоже  на их созвездие, но, всмотревшись ближе , они поняли, что это не так.
Звезды стояли друг от друга в несколько ином расположении и, к тому же, время от времени перемещались в пространстве, в то время как у них подобного не было.
-  Это звезды-раста , - прошептал кто-то из членов экипажа.
 
 На языке чичеллини это обозначало только растущее созвездие, но так как оно находилось внутри сферического колпака, то рост его заметно сни­жался, так как средств для перепоглощения было ничтожно мало. Но, все же, они росли и обретали свою водородно-зернистую массу, что говорило о том, что в скором времени созвездием вполне возможно будет воспользоваться, если зажечь вокруг него свое светило, которое, как пра­вило, образовывалось от несгорающей энергетической эмиссии проходного созвездия.
 
Подойдя поближе, астронавты увидели нечто схожее с вулканоидной по­верхностью на основной центродержащей звезде. Это говорило о том, что срок ее образования очень и очень древний и примерно составлял около 2000 лет, если считать по их времени, что в этом человеческом гипота­ламусе составляло 2,5 млрд. Остальные звезды как бы окружали основ­ную и не давали проникнуть в ее центр другому сверхдинамическому уро­вню центросмещения.
Поэтому, вокруг всего созвездия проходили волны изображающиеся в виде спектров светового тона. Здесь были ,в основном, синий, зеленый и ярко-желтый тона, которые включали в себя частично белый, проходной коричневый и ярко-оранжевый оттенки.
Все это говорило о том, что человеческий гипоталамус сильно подвержен  облучению этого созвездия и на  самой Основной системе отражен вид этого при­сутствия. Но так и должно было быть ,так как  аномальность развития
"колпаков" космоса всегда захватывала в себя максимальное количество рядом проходящих геостатических тел.
 
 Исследователи решили облететь вокруг всего созвездия ,и это заняло около полутора часов времени. Ничего особенного они там не обнаружили, и  вскоре    наступил   очередной перерыв.
 
Надо сказать, что весь праздник, начинающийся со дня прилета астронав­тов, длился до окончания демонстрации этого полета.
После чего наступал  час  отдыха, а затем все с новым усердием шли к местам своего труда.
На  время таких просмотров оставлялись дежурные по всем необходимым сменам, которые уже после довольствовались тем же.
Но, что поделать, когда нужно дать посмотреть и отдохнуть другим.
В другой раз отдохнут и они. Ведь экспедиций много, а это только одна из них. И везде интересно и повсюду свои нравы, обычаи и многое другое.
Перерыв заканчивался, и чичеллини вновь потянулись на свои места. Надо отметить, что эти места отличались одной особенностью. Это была просто территория, рассчитанная на одного участника просмотра. Там не было кре­сел, сидений или еще чего-то такого. Поэтому, каждый располагался как мог, или как ему было удобно. Просто с учетом общего просмотра каждое место чуть-чуть по высоте превосходило предыдущее, что и давало возможность широкого и дальнего обзора.
Чичеллини не были людьми, и им не нужны были подобные гипоталамусные  штучки .Им было хорошо и так. К тому же, в положении полулежа гораздо больше сохранялась так необходимая им влага, которая несла жизнь и ис­целяла от болячек, которых было так много, что трудно даже считать.
С прорывом основного "колпака" на их планету ринулось огромное количество новых видов бактероидов и сальтроидов, которые постоянно  подвергали их жизни опасности.
Они уже научились бороться с этим злом, но в самом начале это было очень жутко.
Чичеллини гибли от малей­шего укуса насекомоядного или даже от любого соприкасания с особо на­сыщенной их же средой.
В пищу почти ничего не употреблялось, за исключе­нием в  срочном порядке придуманных учеными рационов из заранее обуглен­ной смеси первопродуктов.
Тоесть, пища попросту сжигалась, а употреблялись угли или зола, что и продлевало им жизнь. В результате длительного при­менения этого, у них почти прекратилась подача  желудочного, выделяемого для пищеварения  сока, и они чуть было не погибли  полностью, но опять же, ученые обнаружили некоторые виды вновь образующихся бактерий, которые участвовали в этом процессе и заметно улучшали пищеварение.
В резуль­тате этого образовалось почти правильное внутреннее обогащение. Преодолев угрозу своей жизни с  помощью того же, что их окружало вновь, чичеллини сжились с окружающей средой ,которая так же претерпела огромные изменения.
У растений, к примеру, уже не было листьев, и они, практически ,полностью стояли голые и иголконасыщенные. В них содержалась важная для растений влага и температура той же среды.
Это давало возмож­ность им выжить, как и чичеллини и приобщиться к измененному составу  криоптино-титановой  почвы  грунтово-нижних соединяющих пластов.
В общей своей массе окружающая среда или природа представляла собой нечто с многоуровневыми насаждениями.
Растения были разны­ми по виду, но их теперь объединяло в одну группу мощное изотепловое обручение внутренней генерации ядра планетного механизма выноса нару­жу актива жизненной среды.
Планета уже исчерпала свои возможности по выносу наружу, тоесть в среду жизненно-активную, своих биоединиц, и ее развитие .практически, остановилось.
Генетический рост был приостановлен   реакторами верхнего давления, и это давало нежизненную активность всей среде.
Словом, казалось, что все окружающее застыло в ожидании чего-то и продолжает скапливать в себе мощную силу узлового механизма выброса роста.
И это было действительно так, потому как на новой планете эти растения развивались с удивительной скоростью, и, буквально, за считанные  дни и часы из обыкновенного  растения  превратиться в огромное  развесисто-пушистое соединение с листвой, корой и т.д. База для подобных экспериментов была сделана уже давно, еще до начала великого наваждения.
Поэтому, ученым пришлось не особо трудно в новых условиях развития. Они были  готовы  к этому и оставалось удивляться толь­ко их спокойствию к увиденным изменениям и реакции самого населения, которое бурно приветствовало все подобные изыскания и старалось как могло помочь в решении этих задач.
Млекопитающий и другой мир сейчас полностью отсутствовал. Им нечем было питаться и постепенно они уничто­жили друг друга, а в большей части, вымерли сами.
Поэтому, на планете не было ни единого животворящего существа, окромя самих чичеллини, которые только готовились  к  своему геноросту в условиях уже  нового времени.
 К примеру, они решили свою участь в деторождаемости посредством выде­ляемой наружу материнской клетки оплодотворения и вывода младенца в условиях экзотермального сближения с окружающим, тоесть, вне огранизма самой матери. Это дало им возможность избежать центропадения  угла ото­бражения луча небесного светила, а  значит, избежать мутации населения. К тому же, дало возможность решать проблему деторождаемости вне усло­вий их планетного притяжения,что в свою очередь решило проблему пере­дислокации на другую планету первым участникам их длительного процесса переочистки.
 
Клетки внутренней плаценты развитого маточного состава находились в изотермическом облучении посредством генестезации через ультрасветовые тона и реформацию времени. Именно это и дало возможность популяции народа  чичеллини в условиях неэкстрамагического  восприятия  окружающего.
Когда-то и у них были свои  магинальные  уверования  и символы, но с течением времени все это исчезло ,и в наследии к ним пришли истин­ные познания в области геодезии и геосферии, что дало возможность окку­пации других планет и  переноса своих жизней, практически, в другую сферу окружения.
 
Дело еще в том, что любая новая планета обладала своими
внутренними  полями , и это заставляло чичеллини  беспокоиться за опять же то же будущее, так как на ней самой возможны появления подобной им же цивилизации.
Поэтому, место передислокации выбиралось тщательно и довольно долго, если учитывать время на сами проходы в космос и время самих исследований.
Планета новая была выбрана вовсе не случайно. Она была чем то подобна их перворождаемой, хотя во многом и отличалась. Лишь незначительные колебания внутреннего слоя говорили о том, что она только  образовывалась.
Поэтому, вполне возможно было со-
кратить эти волнения до минимума и разоружить ее внутреннюю энергию ядра, что дало бы возможность присутствовать на ней как минимум лет двести-триста, а затем уйти дальше, чтобы дать возможность развиться то­му, что и предназначалось самой планетой.
По земным меркам это обознача­ло бы  около 2000-3000 лет обоснования какой-либо из проходных  цивилизаций, что вполне достаточно для новых домыслов и перехода из жизни натуральной в жизнь геодермическую с последующим выражением жизни экзоприальной.
 Вообще, кочующих  цивилизаций  им повстречалось довольно много  и, как правило, они всегда оставляли что-либо после себя, но были и такие, что уничтожали, тем самим давая понять, что там никого не было.
Но все же, стараясь хоть чем-то обратить на это внимание они заготавли­вали сюрпризы и загадки, отчего тем оставалось их только разгадывать и увязывать со своей жизнью, что, конечно, было мало понятно для тех, кто был рожден там и тем более не понятно для тех, кто уже достиг вторичного переселения.
 
Так развивались все вышестоящие цивилизации, и так развива­лись на сегодня чичеллини. Само имя или название народа, населящего планету, было чем-то связано и с земным, но как и полагается в таких слу­чаях говорить, это из серии догадок или просто совпадений.
 
 Перерыв закончился. Зрители заняли свои места, и обыденность вновь усту­пила место необыкновению. Таинственность космоса всегда притягивает и почти никогда не надоедает. Он такой разный и животрепещет перед кем-либо из его созерцающих.
 
Настоящие будни космоса  только начинались, и астронавты приводили  в порядок свое оборудование для осмотра основной планеты, о чем  сви­детельствовали  кадры на экране.
 
Глава   4
 
    Пройдя сквозь окольцованное созвездие широт, исследователи углубились  внутрь самой системы. Они приблизились к планете на самое минимальное расстояние и изучали ее поверхность.
 Она была вся в кратерных вулкани­ческого типа округлостях и чем-то напоминала  обыкновенную звезду ,но в то же время несколько отличалась тем, что таких кратеров было гораздо
меньше, и они были побольше диаметром.
Кроме того, их  окружали массы тянущегося вдоль самой планеты гидрохлорида с примесью оксида водорода. Все указывало на то, что вскоре здесь начнется процесс первообразований или наступит первый термито-облагающий период обнару­жения экстремальной силы сопротивления окружающему.
Из кратеров тянулись небольшие ниточки в виде пузырьково-поднимающегося вверх инертного газа, а в глубине были видны желтые серообразования  и  слюдообразные слои поверхности.
"Живая среда уже на поверхности"  - так констатировал один из участников экспедиции. Другие молча согласились и продолжали свое наблюдение.
 
Слишком близко подходить было опасно, поэтому они медленно обходили звезду по окружности, стараясь максимально рассмотреть ее жизненную сре­ду.
 Густая серого цвета масса внезапно заслонила всем экран. Зрители даже немного отсторонились назад, так внезапно это произошло. Но ничего страшного, спустя секунду все преобразовалось, и они увидели почти ту же картину.
"Углеродистый туман"-опять прозвучал голос члена экипажа. На самой поверхности появились небольшие изменения.
Сначала все увидели как вдруг из одного из кратеров вылетела небольшая вспышка огня, но она не утонула обратно ,а как-то странно передвигалась в направлении их корабля.
К тому же у нее не было связывающей цепи с самим кратером. На­верное, это был просто выхлоп особо горючей смеси, которая соединяясь с оксидом водорода создавала трение и огонь.
Вскоре она исчезла с экрана, и все увидели голубовато-сизый слой окружащего от этого сгорания.
 Было понятно, что  внутри  и  снаружи потихоньку образо­вывался воздух, так необходимый для всего живого.
Огнедышание продолжа­лось с полчаса, а затем все постепенно затихло. Образовалась целая неболь­шая колония внутри экзотермического пространства голубовато-сизого цвета, но затем она опять растворилась, очевидно под воздействием сильных электростатических полей сопряжения всех звезд системы.
 
 Зрители тихо перешептывались, тем самым давая понять, что они радуются этому и обеспокоены слишком ранним возникновением, так как по их под­счетам Основной системе теперь грозило небольшое изменение. Оно вскоре окажется под воздействием этого созвездия.
По времени это составит около двадцати с небольшим лет, но учитывая те мерки, это продлится около полу­тора тысяч лет, что даст возможность основной  цивилизации убраться во­свояси с планеты рождения.
Облет был ;завершен, и они уже собрались было отходить, когда ,вдруг, обнаружили еще один подобный кратер, правда, с зеленого цвета свечением внут­ри.
Это указывало на принадлежность созвездия к умственному гироскопи­ческому потенциалу, тоесть это был тот зачаток далеко идущих хромосом, которые способны рассредотачиваться в окружающем пространстве и давать
жизнь всему живому.
Зрители вновь возбужденно зашептали и порадовались за своих, почти, соплеменников.
Все это говорило о том, что возможно человеческий гипота­ламус выберет именно эту планету для перекочевания и создаст свою сис­тему временного сближения с остальными мирами.
Постепенно исследователи удалялись от основной звезды и уходили в безмятежное пространство. Наконец, они вышли  из окольцованного созвездия и направили корабль в сторону светила, которое как и предполагалось ранее находилось вблизи     центра  самого "околпаченного" пространства.
Его не было видно среди обширного количества звезд, и им пришлось не­мало покрутиться в пространстве,прежде чем выбрать направление полета.
 Наконец, они приняли решение и направили корабль в строго указанном направлении. В решении сыграла основную роль сама   эпостазь внутреннего развития геоплода  или внутреннее чутье астронавтов.
Они сошлись во мне­нии лишь потому, что почувствовали свежий приток генерации сил только с одной стороны. Именно в эту сторону они и направили свой корабль.
 Сколько придется лететь было не известно.
Потому, снова был сделан не­большой перерыв, во время которого специалисты в ускоренном режиме про­рабатывали полученные сведения,а  спустя  полчаса экран за­светился вновь, заставляя чичеллини  занять свои места для просмотра.
 
 Корабль приближался к чему-то непонятному. По крайней мере ,так показалось многим с самого начала. Это было что-то невероятное и издали оно походило на мерцающие в пространстве огоньки в огромной своей массе.
"Внимание,- раздался голос экипажа, -приближаемся к месту распада гелие­вого облака".
Что обозначало на языке чичеллини  приближение к радиоопасному светилу, с их стороны пока опасности особой не было, так как обращено оно было в другую сторону, но она существовала на выходе или в момент соприкаса­ния  с особой активной зоной.
Поэтому , экипаж принялся экипироваться. Были одеты защитные  колпачки на глаза, а поверх их одеты дополнитель­ные фильтра особой мощности отображения, так как  момент угловой подачи  светотепла был очень опасен для поляризации их глазного дна.
Поэтому, изображение несколько помутнело и слегка зачернилось.
Теперь, просто были видны пробегающие то там ,то там искорки света, не такие яркие и особо не располагающие по силе восприятия. "Внимание,- опять зазвучал голос,-входим в зону сосредоточения активов среды. Всем опустить фильтра",- и в то же время на экране все потухло и вместо изображения появилась просто тьма.
Зато было слышно, как весь корабль подвергался тряске и даже небольшому изменению работоспособно­сти приборов, о чем засвидетельствовал голос командира:
- Приготовиться к внешней радиолокации, включить бортовые огнеупорные соединения, отключить регонат отторжения, включить гальваноиды, включить гематомные  блокирующие устройства, отключить систему подавления шумов, включить резонанс давления, произвести осмотр машины.
 
После этих слов картинка вновь появилась, и зрители увидели все то же голубовато-темное пространство с той лишь разницей, что впереди было слишком мало звезд или точнее планет.
Они находились в широте небесного светила и это мешало наблюдать за всей системой целиком.
Поэтому, экипаж изменил курс, и постепенно уровень начал снижаться. Зрители увидели вновь звезды и это же светило, только со стороны. Картина была интересной. С одной стороны оно имело вид полураспавшейся сферы, а с другой – вообще, ничего не было, окромя затуманенного простран­ства, что не давало проникать обратно тому же излучению и работать в строгом направлении.
Вобщем,это было просто пространством, которое в сочетании давало отображение какой-либо звезды.
Реально же было проще. Оно состояло из огромного количества мелко-зернистых соединений натриевого хлора, которые входя в состав гидровауумного уранового плюмбеноидного  графца  и создавали эффект самосвечения и выделяемого от сгорания тепла.
Вся эта долговечность поддерживалась самим про­странством, так как оно было насыщено этими элементами, которые отобра­жаясь на самих несущих планетах-спутниках мгновенно соединялись об­ратно.
 
Это был процесс, так называемой, обратной инерционной геосферичес­кой связи ,который и поддерживал тот вечный огонь вездесущего тепла. Распад длился очень медленно и долго.
Поэтому, данного светила вполне хватало на развитие той или иной цивилизации. К тому же, взаимодействуя с основной планетой системы, светило пополнялось электростатическим напряжением, которое посредством своей поляризации притягивало новые массы неиспользованных или вновь образованных элементов пространства. Сами же полюса были образованы магнетическими полями окружающих звезд, и как результат их сферического вращения в закрытом пространстве.
 Магниевая суспензия в виде особо насыщенной геостереосреды и составля­ла основную массу, так называемого, небесного светила.
 Это уже было давно известно для чичеллини, которые ранее исследовали свое светило.
Оно было почти идентично этому, разве что в нем не было достаточной степени криссталообразующих   соединений, отчего оно и снизило свою мощь в последнее время.
Водород и серчано-кислая  туманно-молочиая среда не давали выхода в обратную сторону. Поэтому, эффект самосвечения  усиливался во много раз ,что и давало возможность разви­тия какой-либо жизни основного созвездия.
Эффект возгорания произво­дился очень просто. Это трение полей вращения друг  от друга,  отчего
массы крупно-насыщенного водорода возгорались и обретали тот вид, кото­рый имеет сейчас светило.
Начало такого воспламенения можно и называть зарождением жизни на какой-либо из планет. Конечно, это случалось не так часто, так как для этого требовалось время и опять же "околпачивание", образованное теми же магнитными полями от огромной массы несущихся созвездий.
Вобщем, все это взаимосвязано и вытекает одно из другого.
 
Проходя сквозь то же пространство, лучи этого свечения образовывали новое планетарное созвездие, которое впоследствии и становилось основ­ным для развития какого-либо вида цивилизации.
Момент возникновения возгорания и момент "околпачивания" неразделим. Именно в этот промежуток времени и происходит отделение основной не­сущей сферы от другой проходной.
 
Таким образом, сами огромные несу­щиеся массы в открытом космическом пространстве подразделяются на сферично-скрупулезные и очевидно-проходные. Все зависит от усталости их тел и масс несущихся друг другу  навстречу.
В момент таких встреч и происходит первичная закрутка магнетических полей, а в последующем возникают и системы сферической принадлежности.
Очевидно, что то же происходило и с этим созвездием и  астронавты посте­пенно в этом убеждались.
Чуть поодаль от настоящего светила образовывались внутрисферические округлые по форме массы  густонасыщенных синдромед, которые представля­ли собой гуляющие внутри среды огромные массы вирусоносителей в виде спанированного густого облака космической пыли. Именно они решали на сегодня проблему физического, а  иногда, и умственного  развития населения основной планеты.
Помимо них здесь наблюдались также некоторые виды гистероидов в виде отдельно несущихся в пространстве жиденьких струек газолинового проис­хождения.
"Эти гистероидные массы сплошное подобие  ихним"- так заключил экипаж, продолжая вести наблюдение за окружающим.
Пока, к великому удивлению, их никто не преследовал, ибо в других подоб­ных созвездиях были созданы специальные силы охраны. "Наверное, это  у  них еще не вошло в силу", - так решили астронавты, но все же соблюдали меры предосторожности, тоесть не включая каких-либо обозна­чающих сигналов их принадлежности к другому миру.
 
Они уже далеко отошли от светила, и это давало возможность снять отдель­ные фильтра, и изображение на экране стало немного получше. "Внимание, на подходе первая геонесущая планета-спутник",-зазвучал голос командира, и зрители увидели перед собою вдали какую-то быстро приближающуюся звезду.
Практически, она ничем не отличалась от предыдущих, разве что масса ее была побольше, и это увеличивало ее в размерах гораздо быстрее.
 
Астронавты решили близко не подходить к ней самой, так как возможность порабощения их корабля этой первой планетой была огромной и  погибать вдали от своих как-то не хотелось.
Поэтому, они резко изменили направле­ние и обошли ее по кругу. Это дало возможность убедиться в том, что планета-спутник выполняет роль пополняющего энергетического стабили­зирующего фона самого светила и является как бы проводником его теплолучей  в центр сферического давления.
Ее окружала полоса темного и более светлого тонов густого особо насыщенного водорода. Это и был тот необходимый баласт, который удерживал как саму планету, так и  светило в строго необходимом направлении движения.
Обходя эту же планету, астронавты увидели очень схожую картину с плане­той их окружения. Над поверхностью тянулись густые тучи или облака густого дыма от перенапряжения и небольшого снижения изоляции грунта. То там, то там вспыхивали электромагнитные вспышки и это давало понять, что планета заряжена положительным ионом, а где отрицательный было понятно и так.
Он находился непосредственно на основной планете, тоесть в самом центре сферы окулътивации, и очевидно, был выполнен из кремниево-планидного состава, так как отходящих поверхностных слоев не наб-людалось. Что говорило о сферомагнетизме основной планеты и об обладании ею криптогенным запасом и диэлектрической подаче напряжения.
Итак, было понятно для всех, в том числе и зрителей, что планету
населяют существа схожие по рациональному развитию, а соответственно и похожие внутри.
Корабль оторвался от сильного магнетического поля  планеты и обратился в бегство, так как слишком тщательный осмотр превзошел все ожидания.
 Планета выбросила дополнительное облако густонасыщенной массы ,и оно потянулось к кораблю, как-бы желая захватить его в плен, но двигатели были сильнее и вскоре им удалось убежать на порядочное расстояние.
 Облако рассеялось в окружающем  пространстве ,и астронавты вместе со зрителями облегченно вздохнули.
Им предстояло еще более суровое испытание - встреча с населяющей цивилизацией, а именно это и ставилось основной целью их полета.
 
 По мере удаления от первой, встретившейся им по пути следования от све­тила  планеты-спутника  основной, исследователи несколько снизили скорость  для большей широты обследования.
Вскоре на экране вспыхнула вновь световая полоса, и зрители увидали г перед собой только засвеченный экран.
Это была полоса света ,именуемая самими жителями днем. Она тянулась как бы издалека от того самого светила и скорее напоминала какой-то све­тящийся в темноте тунель, нежели что-то похожее с дневным освещением.
 
Но так оно и было, так как расстояние до планеты было  огромным ,и эта полоса еще выделялась в пространстве.
Миновав ее ,корабль  устремился  далее. Нет надобности говорить о том, что они двигались по пространственной спирали, то и дело постепенно сни­жаясь или подходя ближе к самому центру созвездия.
 Другого пути просто не было, так как  закручивающиеся время от времени магнитные   силовые потоки  просто стягивали корабль с пути.
 Поэтому, спиралевидное продвижение было наиболее верным и самым коротким  и  к тому же, это давало возможность проходить около планет, а не входить в  непосредственные магнитные поля, которые вполне законно могли их просто уничтожить, сжав до размера маленькой крупицы пространства.
 Такие полеты были всегда опасны, но чичеллини старались как могли, дабы  сблизить себя хоть с кем-то ,ибо они были также одиноки, как и другие.
Но пока   не было той достойной  их пониманию инакостоящей цивилизации, с которой  возможно какое-либо общение.
 
 Они исследовали космос для самих себя и хотели покорить простор путем чистоты своих намерений.
Поэтому, им и сопутствовала в некоторой степени удача, отчего гибнущих было не очень много, если считать достаточно боль­шое количество подобных экспедиций.
Это была одна из проб или простая информационная справка о других, ко­торая давала право обсуждать всему народу о том или ином решении в из­бранном ранее пути.
 
Корабль начало немного потряхивать, и зрители немного искаженно могли видеть проходящие кадры. Потом тряска закончилась ,и изображение восста­новилось.
Очевидно, корабль попал в сферическую яму, в которой сохранялись и положительные, и часть отрицательно заряженных частиц, отчего входя в их состав, корабль как бы замыкал пространство и его трясло, но, как правило, сила   была небольшая, и они с успехом проходили дальше.
 Так было и в этот раз. Избежать подобного можно, но при этом надо отклю­чить систему навигационного и другого оборудования, которое и вызывало подобное.
Но в таком случае терялись определенные кадры, минуты и т.д., что ,в принципе, не допускалось. Поэтому, все давно привыкли  к подобному, и не обращали особо внимания, если не говорить о особо больших трясках.
 На экране вновь появилась полоса света, но уже гораздо больше и шире. Поэтому, в свету находились подольше, чем в прошлый раз.
Но спустя время все стало на свои места, и зрители обнаружили ряд планет, почти, соединяющихся в одну линию по параболоидному горизонту.
Их было три. Одну из них окружала подобная первой туманоидная cфepa. K другой примы­кал маленький спутник, и то и дело уходил от их взгляда в сторону. Создавалось впечатление отсчета времени, но, конечно же, это было не так.
 
Просто скорость спутника планеты гораздо превосходила скорость враще­ния самой планеты  и это создавало видимость отсчета.
 Чуть поодаль от нее зрители обнаружили еще одну, едва движущуюся в про­странстве массу гиганского по своему размеру метеорита. Он даже казалось  превосходил саму планету, но подойдя поближе, они увидели ,что это не ме­теорит, а  облако огромного размера, чем-то напоминающее сферу  враще­ния.
Густота была очень большой и казалось, что рассмотреть будет не­возможно, но  вот, благодаря специальной инфракрасной аппаратуре, они увидели сквозь слои крупно-зернистую модель первоструктуры.
 
Это была недавно образовавшаяся звезда и, очевидно, она отходила после неудачного столкновения с какой-то системой. Как она сюда попала было ясно.
Она проделала дыру за счет своей несущей массы, но при этом много потеряла. Теперь, на основную полетели  ее осколки, но пока долетят, почти, сгорят дотла. А сама звезда вскоре вовсе рассыпется, так как ее масса в этом пространстве не даст двигаться и набирать энергетический прирост.
 Поэтому, планеты, ослабляя ее своими магнитными полями и постепенно сни­жая ее активную зону, вскоре заставят рассыпаться в прах, так как по мере вытягивания статической загруженности масса распадается.
 Они облетели ее стороной и оказались позади. Впереди опять сверкали три   планеты, с окружающим одну из них счетчиком времени, и корабль постепенно пошел на сближение.
 
Глава   5
 
Соблюдая все ту же осторожность, астронавты не сочли нужным под­ходить вплотную к этим трем гигантам.
Они понимали, что попади в зону захвата, которая охватывала по радиусу около 500 км, уже не вырваться даже без корабля.
Эти поля были настолько сильные, что соблюдалась ремиссия времени, тоесть любое тело, не зависимо от колебаний его внутренней частоты, подлагалось разбору по деталям, что для наших спутников обозначало физическую смерть.
 А это не входило в их ближайшие планы.
Дело в том, что на этих планетах организовывались мощные вибропотоки всей планетной системы созвездия, которые состояли из различных  видопо­лей, а также несли в себе положительно заряженную частицу электрона. Что, в свою очередь ,давало силу превосходства над всем остальным и реа­билитировало деятельность полей излучения самой основной планеты.
С расстояния около 1000 км планеты располагались как-бы одна за одной. Это говорило о том, что они шли друг за другом, на определенном расстоя­нии каждая от основной.
 
Это расстояние постоянно изменялось, и планеты меняли свое местоположение относительно других. Они поднимались то выше, то ниже, то в сторону, и это подтверждало ранее изученные системы, что все  планетарные созвездия движутся в пространстве по, так называемому, паралептидному вихрю.
Их основной целью было создание защитных  неаномально-построенных  электромагнитных полей для защиты всей системы це­ликом.
Они отталкивали, если это необходимо, посторонние или инородные созвездия, спутники и т.д., а если  нужно, то и блокировали зону сейс­мического напряжения самой основной планеты.
Космическому кораблю иноходцев такого значения не придавалось, так как он не представлял опасности для окружающего.
Речь шла только о про­ходных телах с их огромной массой, возрастающей в скорости и силе столкновения.
Поэтому, астронавты, изучив планеты, двинулись далее все по той же спира­ли и вскоре попали в световую полосу.
Теперь им пришлось идти гораздо больше в ней. Свет негативно действовал на их бортовые системы и на экране то и дело появлялись черные, либо белые пятна.
В итоге, практи­чески , ничего не было видно.
Но вот полоса закончилась, и опять все увидели живую картину другой системы.
Звезд уже, практически, оставалось мало ,и где-то впереди замигали огоньки каких-то планет.
Их было хорошо видно через смотровые окна иллюминатора, о чем напомнил голос командира:
-  Смотрите по сторонам и соблюдайте осторожность. Возможно попадание в сверхзвуковую зону занятости.
Каждый из экипажа занялся своим делом, и экран разделился на несколько картинок поменьше, показывая чем занимался тот или иной исследователь.
 
 А время шло, и приближались потихоньку планеты. Посчитав их, командир обнаружил вновь:
-  Считайте дело законченным. Здесь нет системы верхнего наведения, а также не стоит система противоракетной обороны. Наверное ,жители еще не пришли  к общему решению этого. Наблюдайте за планетами, а  я состы­кую  всю полученную информацию.
И судя по всему он отключился, так как его лицо исчезло с экрана, а место заняла какая-то бело-зеленая полоса.
Это обозначало, что коман­дир занимался биологическими пробами окружавшего, ибо они подошли довольно близко к самой среде обитания какой-то цивилизации.
А в это время другие исследовали сами планеты, которых насчитывалось четыре. Они стояли полукругом и располагали к себе своим не очень режущим глаз светом.
Все планеты были разных цветовых оттенков, и издали казалось, что они напоминают гамму световых лучей.
Но вот на экране появилось изображение целиком, и все увидели в приближенном варианте одну из них.
 
 Вокруг шла белая нейтронная полоса, а чуть выше ее более темная, что обозначало положительно заряженный ион и отрицательно заряженный электрон. Было понятно, что эта  планета  несет в себе всю совокупность климата на основной и обладает в высшей степени грозовым располагательным зарядом.
 
В отличие от предыдущих, здесь не наблюдалось верхнего статического напряжения, и ее поверхность была прозрачна и чиста. Лишь изредка пробегали желто-белые прожилки, гласившие о том ,что постоян­ный запас израсходуется нормально, тоесть идет взаимообмен и модуляция сверхпроводимого сигнала.
Далее появилась другая планета.
Ее ничего не окружало, но чуть поодаль от нее имелось небольшое ответвление в виде спутниковой эмиссии. Оно напрочь закрывало планету   от внедрения посторонних полей и придавало ей  статус
« кво », что говорило о том, что планета отвечает за совмещенность энергополей  различных индотоксаций  и  не несет на себе общий баланс энергозатрат.
Это была, так называемая  "спящая планета* ,так как на ней не наблюдалось никаких побочных явлений.
Экран на несколько секунд засветился, а затем появилась другая картина.
Это была третья планета. Ее обвивал широкий могучий грозовой шлейф, а над ее простором гулял вихрь. Все говорило о том, что это протонный носи­тель заряда, включающий в себя поле нейтронного роста и поле стерилиза­ции окружающего.
Насыщенность углеродом давала понять, что планета жид­костного типа  ядровложения и имеет основу цитоплазменного  типа.
 По всей вероятности, она отвечала за своевременную подачу электромагнитных импульсов на основную, отчего на той и зарождалась или погибала какая-либо жизнь  растений, животных и т.д.
И, наконец, спустя еще время перед зрителями возникла четвертая планета, которая была гораздо меньше всех остальных, но в то же время привлека­тельна и гипнабельно насыщена.
Во все стороны от нее исходили  псевдо­электромагнитные лучи в виде серебристого дымкового типа  излучения, а над самой поверхностью играл серовато-желтый дымок.
Бледно-розовые про­жилки на самом грунте планеты говорили о том ,что она слишком насыщена  эритопростатическими  волокнами нуклеиновой кислоты в виде  гепарического  состава  вольфрамия  и  аммония. Эти два вида минералосульфата  и сос­тавляли ее внутреннюю часть. И лишь небольшая территория была занята кремне-угленного типа сплавом или попроще космическим пеплом. В отдель­ных местах виднелись кроваво-красные  кратерные   ответвления, что гово­рило о недавнем выносе наружу плазмотогенного  состава  ядра, которое ,судя по всему, включало в себя всю мощь ядерного молекулярного заряда, тоесть обладало сейсмической  модулятивной  связью с окружающим и соче­тало верхнюю и внутреннюю динамику.
Зрители долго всматривались в эту планету и ожидали чего-то еще, как, вдруг, раздался голос бортового инженера:
- Вижу  приближающуюся спутниковую систему. Немедленно изменяем курс и уходим из  зоны риска.
-    Принято,- раздался голос командира  и корабль резко ушел вправо по огибающей   планету спирали.
На экране вновь воцарилась темная гладь неба и лишь изредка проскаки­вали очень маленькие звезды.
Скорее всего , это были просто метеориты или отпавшие части от больших столкновений.
Корабль   подходил  все ближе и ближе к центру системы, и зритель, пони­мая это, начинал понемногу волноваться.
Что ожидает  впереди  и как поведут себя те от первой встречи с незнакомцами ?
Этот вопрос мучил многих, в том числе и сам экипаж, кото­рый вновь переживал прошедшее ранее.
Все затаили дыхание в ожидании этого.
И вот, наконец, на экране появи­лась сначала одна небольшая, а затем другая, гораздо больше и заворажи­вающе интересна планета.
Издали уже было понятно, что та побольше и есть то, чего все с нетерпе­нием ожидали.
Но, как и принято, сначала астронавты решили обследовать маленькую, ибо понимали какую опасность для основной она может пред­ставлять .
Поэтому, корабль, слегка  изменив курс, двинулся ей навтречу. На пути сле­дования уже не встречали  звезд или чего-то подобного.
Это было, так на­зываемое, экваториальное пространство, находящееся на расстоянии около 40000-60 000 км от основной планеты.
Здесь располагались в беспорядоч­ном хаосе несущие энергоединицы или жизни основного населения  и  здесь же преобразовывались из одного вида в   другой основные компоненты кристаллов.
Сделав первую пробу и подождав анализа, командир объявил всем:
-    Я вас поздравляю. Мы нашли то, что искали так давно.
Это существа очень похожие по состоянию плаценты на нас и скорее всего живосодержащие  в себе цитоплазменную уверенность генороста. Но, не расслаблять­ся, неизвестно, что у них на планете.
 
Экипаж дружно приветствовал сообщение командира и принялся к подготов­ке оборудования для посадки.
Сначала было решено обнаружить место для этого путем длительного изу­чения эквапростора, которого по всей вероятности здесь очень много. А уже затем попытаться связаться с представителями цивилизации.
 Риск был огромен. Передать что-либо на свою планету, находясь в этой системе, было невозможно. Слишком далеко, да и техника особо не обладала мощностью радиорылейной связи. Поэтому, везде необходима была  осторожность.
Спустя полчаса, покрутившись в пространстве, корабль приблизился наполо­вину к ожидаемому объекту.
Планета была небольшой и очень усеянной кратерной вулканической поверхностью. Но, в отличие, от других не облада­ла какими-либо сверхмощными полями потока и сохраняла наружное спокойствие.
 
Поверхность была ярко-желтого оттенка с преобладанием оранжево-красно­го тонального спектра, отчего казалось, что вся она  как-бы находится в пелене света.
Так оно и было на самом деле. Эмиссия, выходящая изнутри и содержащаяся в кратерных впадинах, давала полноту такого свечения и обладала широкой пневмостерилизацией.
Астронавты догадывались о ее назначении.
 
Это была планета-спутник основной, несущая в себе отрицате­льный ион и положительно содержащийся в  нем  же   нуклид электрона. Она обладала активной стереосредой и была непосредственным  передатчиком  излучения основного светила на планету центродержания.
Астронавты, подойдя ближе, решили исследовать и сделать небольшую пробу выходящей на поверхность эмиссии. На это потребовалось дополнительное время, и спустя еще полчаса зрители наблюдали результаты.
Голос коман­дира прозвучал вновь:
-   Готовьтесь к пробному измерению .Возьмите активную пылене- поглощаемую эмиссию, а также грунтовое содержание. Измерьте степень радиоактивности и  излучаемость самой планеты. Составьте анализ по первопробному  состо­янию и сделайте повторно 2 раза. Доложить по среднему результату.
 
 Здесь экран засветился вновь, так как было понятно, что экипаж приступил к исследованиям.
Наступил перерыв, и зрители снова потянулись к "водопою".
Зазвучал гонг, призывая чичеллини  к соблюдению нормального потребления, что говорило  о  не  перезагрузке  увлажняющей жидкостью.
За это время специалисты готовили экипаж ко сну. Вся информация ужу была известна, и записана на мониторах внутренней памяти.
Оставалось добыть разрозненную информацию о пробах на самой планете и о первых знакомствах с цивилизацией второго эшелона.
 
А это было возможно только во сне, так как экипаж не мог записать на камеру что-либо из происхо­дящего.Все оставалось только в памяти.
Дело еще в том, что при измене­нии полюсов, а соответственно и систем прохода намагниченная лента разблокировалась и запись исчезала, а создать новое  они пока не могли. Да и вряд ли это вообще удастся.
Ведь каждая подобная система имеет свой электростатический разряд, что и приводит в негодность технические средства.
Поэтому, оставалась только мозговая генетическая память, которая полно­стью сохраняла всю информацию и не давала искажений, так как сохраня­лась внутри основного генетического созвездия.
Гонг зазвучал повторно два раза, давая понять, что вскоре начнется про­должение, и чичеллини потянулись к своим местам.
Спустя минут десять все обустроились ,и сеанс продолжился.
 
Глава   6
 
На экране пробежали первые кадры с изображением экипажа, а затем появи­лось цифровое  табло, гласившее  о сделанном анализе и снятии  проб. Зрители ахнули.
По цифровым данным было понятно, что до ближайшего возникновения сейсмического напряжения  было несколько часов, если судить их мерками. В переводе на то время это говорило о ближайшем годе или уже  о  месяцах  до волнений ядра основной планеты.
Цифры сменились картиной уставшего лица  командира и экипажа в целом, а затем последовала свежесделанная запись о предостережении жителей о готовящемся бедствии.
 
Она была записана на их языке с учетом речевого пробного барьера в виде голосовой ретрансляционной подачи.
Экипаж обладал свойствами подражания голосовой  связи и, поймав   волну радиопередач через спутниковые системы, принялся за изучение языка.
В конце концов, им это удалось и предостережение вышло в трансляцию. Кто его получил они, конечно, не знали, но то, что прием последовал, это точно, так как об этом сигнализировал прибор, подтверждающий его получе­ние .другим источником ретрансляции.
Сделав свое дело, экипаж покинул планету опережения сигнала и подошел вплотную к основной.
Она напоминала им планету в том далеком прошлом, когда еще светило их не затухало.
Планета была ярко-голубой с некоторым проблеском бирюзы и иногда розовых оттенков.
Еще издали они увидели сеть расположенных на орбите спутников и моду­лей кораблей. Поэтому, обходя в сторону, они воспользовались   приборами подавления радиошумов и, включив     фильтра самозащиты от попа­дания иносторонних сигналов, запрашивающих борт кораблей или объектов, удачно миновали их и постепенно снизились до поверхности самой планеты.
Наспех изучив язык, экипаж уже готовился к высадке.
Для этого были при­няты все меры предосторожности.
Командир, оставаясь на борту, руководил их сближением, будучи  на связи с помощью обыкновенной частоты радио­сигнала и телепередатчика.
Точка высадки пока выбрана не была ,и корабль, постепенно снижая скорость, искал подходящее место, стараясь быть не­замеченными для самих жителей.
Наконец ,они остановились возле небольшого городка с очень развитой инфраструктурой.
Сделав несколько пробных заходов, корабль опустился на планету, предварительно заглушив двигатели и убирая всякие бортовые огни.
 Место было выбрано в районе окружающего городок леса с удивительными растениями и иногда пробегающими животными. Наступало самое трудное.
 Это перейти в другое измерение. Пользоваться
специальными фильтрами было нельзя. Поэтому, шестеро участников  облачились в специальные комбинезоны и вошли в первоочистное  фильтрационное помещение.
После  первых проб окружающей среды было  видно, как глаза у некоторых расширились. Это говорили о том, что их организмы сильно   "обуглились и окислились" .
В них не доставало достаточного количества  кислорода. Прошло несколько минут. Постепенно все приходили в норму и адаптирова­лись. Зрачки приобрели свой нормальный вид и некоторые уже достаточно   обрели свое тело.
Немного походив, помахав руками и поприседав, они прошли в другое отделение. Здесь предстояло простоять около часа, по­степенно снижая свой дезактивный уровень углерода в крови и употребляя различные средства для профилактики вирусоносителей.
После часовой отдышки они прошли в следующий отсек с максимально при­ближенным уровнем тяготения и открытого пространства.
Надо сказать, что в корабле соблюдалась строгая герметизация, а центропритягаемость  достигалась с помощью специально созданных исскуственных  электромаг­нитных  полей, что давало максимальную  приближенность к их планетным условиям.
Поэтому, астронавтам не требовалось слишком продолжительной адаптации к условиям окружающего их сейчас.
 В этом отсеке им требовалось согласно норм и инструкций находиться около трех часов. Этого было до­статочно для полной адаптации их организмов к условиям планетного тяготения.
В это время командир наблюдал за окружающим, и зрители могли видеть настоящую природу целиком  и  полностью.
Стояла ночь, и  до рассвета оставалось несколько часов, но в инфракрасные приборы достаточно точно  было видно удивительные растения и мель­кающие то там, то там животные.
 
Все это напоминало им далекое прошлое, которое они знали только по картинкам и снятым в свое время фильмам, которых сохранилось очень мало.
Поэтому, они ,жадно всматриваясь в гус­той зеленоватый туман, пытались увидеть что-либо напоминающее их мир.
Но, к сожалению, пока было сложно рассмотреть, и все ждали с нетерпением когда наступит утро.
В то же время экипаж, уже достаточно приспособившись к окружающему, готовился к выходу наружу.
Решив, что необходимо хоть чем-то походить на местных жителей, они решили использовать свои мониторы или телепе­ре- датчики.
Настроив их на волну местного телевидения, они с удивлением обнаружили, что у их исследуемых почти те же формы   тела  и  те же одежды, если не брать во внимание некоторых расхожих деталей.
 Поэтому, решив, что лучше оставаться в неброских комбинезонах, они приготовились к высадке.
Прозвучал голос командира:
 -   Внимание, до высадки остается полчаса. Всем приготовиться. В непосредственный контакт  не  вступать, а только наблюдать со стороны. По возмож­ности докладывать и передавать изображение на борт корабля. В пищу ничего не употреблять , не пить и стараться держаться обычно, как и они. В случае опасности немедленно уходить. Оружие не применять. Время сбли­жения ограничено до двух часов. Поэтому, будьте внимательны и смотрите на часы. Сейчас 6-45 по местному времени. Оставайтесь на связи. Встреча­емся 9-00 на борту. Удачи. -  и голос смолк.
 
Члены экипажа переглянулись друг с другом, и было видно как они все волнуются. Нелегко идти на сближение даже с подобными себе. Никогда не знаешь , чего от них ожидать.
А время шло, и стрелки часов уже показывали без пяти минут шесть. За бортом уже рассвело, и зрители с наслаждением любовались картиной их вчерашнего дня.
Некоторые, помоложе, даже открыли рты от удивления, а те, кто постарше кивали головами  и удовлетворенно цмокали  языками. Все говорило о том, что этот тип цивилизации им наиболее близок и даже состоит из почти тех же частей  и форм.
Правда, цветом они все же немного отличались. Чичеллини все были  желтовато-коричневого оттенка, а те, кого они наблюдали на экране были разных цветов.
Но это их не пу­гало. Когда-то и у них было так  же, но потом, после многих войн и насту­пивших бед  те, кто был послабее исчезли, так как не могли  бороться сами с наступившей бедой. И постепенно на их планете образовалась одна раса, совмещенная со всех, но с течением многих лет она превратилась в то, что сейчас.
 
Наступил небольшой перерыв в трансляции, и зрителям предлагалось поо­чередно оценить ознакомление и вступление в посторонний контакт соста­ва экипажа.
Дверь корабля открылась и тот, чьими глазами сейчас был весь экран, очу­тился наруже. К сожалению, звука не было, так как он не воспроизводился памятью, и зрители не могли услышать шум окружающей  среды. Но и это вполне их устраивало,и они внимательно наблюдали за происходящим.
 
 Пятеро разошлись  в разные  стороны  и, оставшись один наблюдаемый  всеми член экипажа, двинулея в своем направлении.
Перед ним мелькали раз­ные растения, а под ногами стелился зеленый ковер. Сверху что-то упало ему на голову и,обернувшись, он посмотрел, что это.
Скорее всего , оно было похоже на плод  какого-то растения и имело не очень большую форму. Подержав в руке, астронавт бросил его в сторону и пошел дальше.
Идти было трудно, так как растения очень густо подходили друг к другу, и ему часто приходилось наклоняться или уходить в сторону, но сверяя свой маршрут по специальному наружному прибору, астронавт двигался дальше.
 Наконец, лес расступился, и он оказался на краю какого-то непонятного ему района.
 
Впереди стояло здание, чем-то напоминающее их блоки-жилища, но предста­вителей цивилизации там не было.
Он решил обойти кругом и посмотреть, что все это значит.
Для этого потребовалось вновь залезть в дебри леса и потихоньку обходить стороной, не делая излишнего шума.
Зайдя с другой стороны, астронавт обнаружил высокую изгородь и чтобы посмотреть, что там за ней, ему пришлось на нее вскарабкаться.
 Потихоньку высунув голову поверх забора, исследователь увидел какую-то фигуру подобного ему существа и попытался запомнить ее очертания.
 После чего вновь опустился вниз и пошел обратно в лес. Одна картина сменилась другой.
Перед зрителями восстал все тот же лес, но вскоре он стаж реже, а через минуту и вовсе закончился.
Впереди был простор. Какое-то грунтовое покрытие и больше ничего. Посмотрев по сторо­нам и не найдя решительно ничего, астронавт взял пробу грунта и ,раз­вернувшись, удалился в лес.
 
Два других астронавта почему-то оказались вместе, и на экране мелькало немного испуганное лицо одного из них. Наверное, их дороги сошлись, а потому и встретились - так заключили зрители, продолжая наблюдать за происходящим.
Тот, чье испуганное лицо они видели, что-то говорил своему спутнику, а вскоре развернулся спиной и пошел вперед.
Второй последовал за ним, и зрители все это время наблюдали за покачивающейся походкой первого, лишь изредка обнаруживая стороны все того же леса.
Перед ними оказалось какое-то течение, не очень большое, но и не маленькое. Первый остановился  и, обернувшись, что-то сказал второму. Потом достал из специального кармана пробирку и набрал небольшое количество жидкости.
Идти через поток они не решились и вернулись обратно. Теперь, зрители наблюдали за широкой спиной второго астронавта, после чего информация исчезла.
На экране появились кадры еще одного из них. Он упрямо продвигался сквозь  лес, которому казалось не будет конца. Ветки растений словно пытались его остановить, но он двигался все дальше и дальше.
Наконец, остановившись и посмотрев на время, астронавт взял пробу грунта, после чего развернулся и пошел обратно.
Зрители разочарованно вздохнули. Пока не было ничего интересного и  подтверждающего  подобную им жизнь.
Но все же они напряженно ждали, когда что-либо покажется на экране и наградит их ожидание чем-то удивитель­ным и искомым.
 
Шестой астронавт в это время обследовал какую-то дорогу и, находясь на ее обочине, бросал взгляд то в одну, то в другую сторону. К дороге при­легала небольшая площадка с какой-то табличкой, и подойдя ближе, с тру­дом читая по буквам, что там написано, он увидел, что по  дороге что-то движется. Прятаться уже не было смысла, и он так и оставался  стоять на месте.
Мимо него промчалось что-то очень похожее на  их  олсмобили  с генераторами  батарей, но почему-то оставило после себя большое количество выхлопного газа. Астронавт сделал быстро пробу и, развернув­шись, пошагал обратно в лес.
Так окончилось первое ознакомление с окружающей средой, и вскоре все шестеро оказались на борту корабля.
Они поочередно доложили командиру о виденном  ими  и предложили воспользоваться телевещанием  для большего углубления  в  их методы  проблемаций с окружающим.
Предварительно  им  пришлосъ пройти те же операции, что и до выхода, только в обратном порядке  и гораздо меньше по времени.
В общем это заняло около двух   часов.
 
 Собравшись в кают-компании корабля, экипаж приступил к изучению по мо­нитору. На их экране одни кадры сменялись другими, и они пытались понять в каком исчислении  находятся сейчас.
Наконец, с трудом разобравшись с речевым произношением жителей, они  поняли  какое сегодня у них время и какие проблемы решаются в целом.
Судя по этим кадрам можно было сделать  вывод, что живут они поплеменно и  не  очень желают дружить, имеются и очевидные разногласия в виде войн и разрушений.
Как и почему это происходило их уже не интересовало. Важно было узнать, что они настроены не очень дружелюбно и, оказавшись вблизи, надо быть очень осторожными.
На изучение ушло у них около трех часов.
После чего все погрузились в сон, и у зрителей вновь наступил небольшой перерыв.
 Корабль находился вне поля зрения несущей цивилизации, и это давало возможность некоторого отдыха.
Спустя полчаса экран засветился снова. Специалисты подготовили новые кадры, и зрители желали побыстрее с ними ознакомиться.
Надо сказать, что чичеллини  не  были довольно выносливыми и очень часто прерывались и отдыхали.
Это обуславливалось слишком маленьким количеством оксида в пространстве и слабым световым потреблeнием. Поэтому, частые перерывы были у них скорее закономерностью, нежели обработкой полученной инфор­мации.
 На сегодня у них не стоял вопрос о, так называемой, деторождаемости, ибо все семязапасы  были сделаны ранее и сохранялись в банках стерилиза­ции, а часть из них была отправлена на новую планету, где с успехом раз­вивалась .
Так что детей на планете было совсем немного, и взрослое насе­ление преобладало. Они не боялись лишиться потомства, так как основная база  новой  деторождаемости  находилась в строго изолированной  зоне, и это определяло их будущее в целых поколениях.
Ученые давно решили проблему обнаружения первично-выделяемой геострук­туры летописи генетического кода населения и волноваться за свое буду­щее не приходилось никому.
 
Все знали, что умерев сегодня, они возродятся назавтра вновь, а в каком теле это уже не играло роли, так как этому не придавалось значения. Формы частей тела примерно были одинаковы и лишь
небольшое отличие в лицах на разнообразные.
 
Никто не переживал и по по­воду своего генетического наследия. Все было решено уже давно. Научив­шись  выделять  яйцеклетку   и внедрять в нее основной функционер, ученые образовали своеобразную систему донорского забора населения, отчего де-торождаемостъ становилась общенародной задачей и переводилась в  разряд  первостепенной.
Соблюдая  генетичность и реомуляцию верхней части своего основного состава  « биоединиц »  ученые также изобре­ли способ переочистки состава кровяных молекул и добились изменения   • видомутации  организмов. Так что проблема  неэтичности в поколениях отпала  навсегда.
Блокада синхромодулятора  основного позвонкового ретранслятора помогла избавить многих oт  кривоизмельчений  и нарушений центробежности сис­тем  кровообращения.
Вобщем, проблем с генетикой у них было не очень много. Конечно, развитие шло дальше, и вскоре они должны были приблизить­ся к очередному этапу - реголяции внутренней части мозгового дна, что давало право на выживаемость в любых условиях и адаптацию к передви­жжениям  космических  сфер.
Чичеллини находились в той стадной стадии развития, которая в раннем периоде просто  именовалась  дигелизмом, но с одной и очень важной разницей. Сейчас все делалось разумно и пропорционально, независимо от чего бы то ни было.
 
Сохраняя важность и  те же криптоновые одежды, верхние проследовали внутрь к астронавтам. Они  хотели еще раз засвидетельствовать им  и  персоналу, их окружавшему свою почтительность и уважение.
Зрители приветст­вовали   небольшими хлопками и вставанием с мест. После этого экран засветился вновь, и перед глазами всех предстала кар­тина борта корабля.
Экипаж проснулся и  готовился к новому ознакомлению с цивилизацией порядка ниже и одновременно находящейся еще в той ста­дии, при которой возможно изменить будущее без особых на то затрат и усилий.
Стоило лишь прислушаться самим к их головам и отбросить в сторону свое неверие в существование подобных им и прекратить всякие война ж раздоры, прийти к новому решению и к новому исповеданию греха. Но, что могли сделать   сейчас чичеллини, когда они сами переживают не самые лучшие времена.
Не надо повторять ошибок уже развитых цивилизаций - так они говорили сами себе, тешась в надежде, что очень скоро заживут счастливо и, нако­нец, здраво.
 
Глава   7
 
В модуле корабля все было совершенно по другому, нежели в подобных созданиях иных цивилизаций.
Оборудование и оснащение бортовых систем
позволяло контролировать различные передвижения с наружной стороны, а также сигнализировать об опасности.
Так случилось и в этот раз. Замигала бортовая сигнализация  и все уст­ремили взор на экран монитора.
 
Перед ними появилось какое-то темное мохнатое животное, которое судя по всему их не замечало и было вовсе не   потревожено.Зверь спокойно продефилировал  перед экраном, и зри­тели возбужденно зашептали.
Им было ясно, что никакой угрозы со стороны животного мира не ожидается. Остается загадкой только то, почему сами жители этого не знают или .может, просто не хотят этого понять.
 Совещание было начато и быстро окончено. Решение, принятое командиром было следующее:
-    Войти в ближайший и теснейший контакт с окружающей средой и  сделать пробы натуральной действительности.
Кроме этого, в задачу входило возможное  столкновение с представителями цивилизации и обоюдный обмен сигналами, тоесть речью.
 Прежние пробы, сделанные на поверхности показали, что градация солнеч­ного излучения на Земле  сильно увеличена.
Уровень радиоактивности превосходит нормы, а сильная загазованность окружающей среды приводит к нарушению экологического фона планеты, а  соответственно, разрушает окружающую их биосреду.
Сделанный анализ проб грунта  и поверхности в лесу подтверждали те сведения, полученные на  ближайшем спутнике Земли. Все говорило о том, что готовится большое бедствие.
На это также указывало сильно изменен­ное состояние речной воды, в которой они обнаружили окромя обычных примесей наружного характера химикатов и  их соединений, достаточное  количество нескальционированного, тоесть  растворимого в воде  натрийдихлорвинила, а также отдельно стояще кристаллогидраты грунтового  подводного содержания   флюменисцита  и картезия. Эти два мине­рала выходили на поверхность только в  случае нарастающей  ядерной  волны планеты.
Сделанные замеры  собранной пыли из той же проходной   до­роги, говорили о том, что нарушена связь межкомпонентного ее состава, тоесть уплотнение  происходило за очень длительный период, и  это указывало на то, что геосфера находится в аномальном развитии.
Сделав свои выводы и решив, что время  еще есть у самих землян для того, чтобы с этим справиться, экипаж вновь пустился в поиск.
 Но на этот раз ушли наиболее подготовленные члены экипажа, разделившись попарно.
У черты города  их пути расходились. Двое  пошли  в обход влево к  возвышающимся на горизонте каким-то зданиям производств, а другие   прямо, мимо уже обследованной ранее постройки.
 
 На экране снова замелькала белые полосы, и зрители поняли, что сьемка прекратилась  и надо немного подождать.
 
Спустя время картина восстановилась и они увидели, как впереди шагает один астронавт и старается как можно меньше смотреть по сторонам. Тот, который смотрел в этот paз, наверное поотстал, но вскоре они порав­нялись и  зрителям предстояло рассмотреть картину .жизни города.
 Улицы, если это были вообще они, вели куда-то вглубь и были неширокими и грязными, и от этого на лицах у многих смотревших возникла  гримаса  недовольствия.
Вскоре впереди замельтешили чужие силуэты, и все внутренне напряглись,  не зная, что будет дальше.
Но, к удивлению, никто на астронавтов внима­ния не обращал ,и они  шли , как ни в чем не бывало. И хотя одежда явно указывала на неземное ее происхождение, никаких эмоций не возникало. Зрители удивлялись и перешептывались.
"Этого не может бытьи, - говорили они друг другу, но, увы, это было дейст­вительно так.
Пройдя с километр, астронавты вышли на какую-то широкую площадку ,а затем, пройдя через нее, оказались на другой улице.
Повсюду ходили люди, и никому не быжо до них дела. Лишь одна очень пожилая женщина обратила на них внимание и почему-то покачала головой, приговаривая при этом:
-    Это же надо так вырядиться. Совести у них нет.
 И на этом эмоции были закончены.
По этой улице, в отличие  от другой сновали олсмобили  или, как говорили земляне, автомобили разных моделей. И из каждого  вылетала огром­ная   струя  выхлопов, отчего зрители морщились и снова негодовали:
-    Разве можно так относиться к природе. Это же ускоряет все процессы  в окружающей среде и дает почву бактериям различных типов.
Судя по всему, люди  жили  анахронично, и до всего им не было никакого  дела.
Видно  было, что здания уже давно  были построены из неизвестного  им материала, для чего потребовалось одному из астронавтов отколупнуть
и спрятать в карман его частичку.
Было около полудня и ,очевидно, везде были перерывы или вообще, рабочий день был закончен. По крайней мере, они не видели отлаженной работы в
мастерских, магазинах и других заведениях.
Побродив еще немного, астронавты решили отдохнуть и ,увидев перед собой небольшой парк, пошли  туда.
Внутри стояли какие-то сооружения, скорее
всего для того, чтобы на них отдыхать, так как они видели, что некоторые  из людей на них сидели.
Астронавты увидели свободное место и, подойдя к нему, тоже сели, при этом далеко отставляя ноги. Но почему-то люди, рядом сидящие, засмеялись ,и их
пришлось  убрать  поближе.
Смех прекратился, а один из тех, кто это делал, приблизился к астронавтам.
Это была женщина. Ее длинные волосы развевались в стороны от небольшо­го ветерка ,а голубые глаза были ярко чем-то окрашены. Лицо было   бледно-розового цвета. Такими же оказались и руки незнакомки.
-    Вы что, с луны  свалились? - спросила она у них, подойдя почти вплотную, -разве не знаете, что такие костюмы уже давно не  в моде?
Астронавты немного замялись, а затем один ответил, коверкая немного слова:
-    Нет, мы не знаем об этом, -  и посмотрел прямо ей в глаза.
-    Ох, да вы иностранцы, -ответила женщина и, обращаясь к своим подругам, сказала,- девчонки, идите сюда. Это не наши, будем знакомиться.
На что те сразу встали и подошли к  исследователям.
Лицо одного из них было немного растерянным и было ясно, что он не знает, как поступить ему в этой ситуации, но все же, сохраняя спокойствие и улыбнувшись, он ответил:
-    Да, будем знакомиться, при этом подавая руку в сторону женщины.
 Та засмеялась, но руку все же дала, и астронавт пожал ее не слишком  нажимая.
-    О-о, да, у тебя рука как ледяная, - засмеялась она,-  а, может, ты ино­планетянин ?
-    Нет, мы  ваши, только иностранцы,- ответил другой астронавт,-просто мы лишились своего олсмобиля  и остались на дороге просто так.
-    Чего-чего, вы  лишились?- удивилась все та же женщина ,в то время как остальное две стояли рядом и  не понимали о чем суть разговора.
-    Ну-у...,-опять замялся астронавт, подбирая в памяти нужные слова,-   . автомобиля или как это по вашему называется.
-    А откуда вы  сами ?- вдруг опросила другая, при этом явно осматривая их одежды , - что-то я не припомню такую страну.
-    О-о,- подражая им, отвечал второй, - мы из Индонезии, -сказал он, подбирая первое попавшееся слово из услышанного по телевещанию.
-    Да-а,- удивилась та,- а я думала, что вон из того леса, -засмеялись все и она указала рукой куда-то.
-    Ну, ладно, хватит шутить ,- сказала первая,- может, они не хотят призна­ваться откуда. Это ведь их дело, правда? Давайте лучше знакомиться. Меня зовут Лена., это Маша, а это Даша - две сестры близняшки,- и женщина указала поочередно на других.
И, действительно, те были похожи друг на друга, как две капли воды, разве что волосы немного отличались. У одной были посветлее, а у другой темнее. Те улыбнулись  в ответ на эту указку и  спросили:
-    А  вас, как зовут?
Астронавты снова замялись, но один из них нашелся и ответил:
-    Меня зовут Майкл, а его Трудхен. Мы. .., как это назвать,,., э-э,.. друзья и компаньоны..
-    А чем, вы, занимаетесь?- тут же спросили женщины.
 
И опять наступила небольшая пауза. Наконец, он ответил:
-    Мы собираем разных насекомых  и  изучаем животных.
 В ответ все засмеялись, и женщина произнесла:
-    Да-а, хороший у вас бизнес, если сейчас только изучать, а не продавать.
-    Да, хороший, -подтвердили астронавты, но тут же пожалели об этом, так как глаза  у собеседниц  расширились ,и одна из них спросила:
-    Вы что, сбежали из психушки ?..Или просто считаете нас  за  дур  каких-то?
-    Да, нет, нет,- успокоил их астронавт, -просто мы так шутим, -и он  посмотрел  на другого.
Тот кивнул в ответ, и это было сигналом к тому, что нужно уходить.
 Они поднялись и ,ни слова ни говоря, хотели уже идти.
-    Э, куда же ,вы, давайте посидим еще немного, -сказала женщина.
-    Нет, у нас нет времени на это. Мы уже отдохнули и пойдем дальше.
На что та заметила:
-    Странные вы какие-то, ну, да, ладно идите, -и они все отошли в сторону.
 
 Облегченно вздохнув, зрители взволнованно зашептались. Им было непонятно поведение людей, так как  у них не принято было вот так беседовать и домогаться от других этого.
Это просто запрещалось и делалось только
с согласия обоих сторон.
Они пришли   к выводу, что люди не совсем еще избавились от неказистости речи , и слова  у   них  играли более важную роль, чем сами действия.
Также было понятно  и то, что они не совсем понимали друг друга, ибо ска­зывалась разница в опережении развития и инакомыслия.
 
 А на экране продолжалось начатое исследование, и астронавты уже входили в какое-то здание. Зайдя внутрь, они  поняли, что   это какое-то увесели­тельное заведение.
Но людей было мало, и это немного их отпугивало. Покрутившись немного у входа, они вышли. За ними никто не последовал.
 Пройдя еще немного, астронавты оказались у какого-то большого здания. Было полно автомобилей и людей, стоявших возле них. Мужчины и женщины  были  в каких-то странных одеяниях и что-то делали возле большого сооружения в виде каких-то человеческого типа  фигур.
"Наверное они поклоняются еще своим богам", - так заключили зрители эту картину.
Теперь, было понятно почему они их не понимали. Те сильно поотстали  в  развитии, и им пока не удалось достичь единения мысли и тела.
 Зрители разочарованно переглядывались и шептались. Было ясно, что любые контакты с ними невозможны, ибо это противоречит здравому смыслу.
Никакая цивилизация не идет навстречу той, которая испо­ведует сама себя. Это поняли и астронавты, поэтому развернулись и пошли в обратную сторону,
по дороге все же разглядывая витрины и сооружения.
 
Все -таки им было интересно посмотреть на культуру инородцев, хотя и схожих так внешне.
Наконец, они вышли из города и оказались на опушке леса. В послед­ний раз посмотрев в ту сторону, один из них сказал что-то другому.
Зрители так и не поняли, что это за слова, так как они были произнесены не по их речевому смыслу. Астронавты же исчезли в лесу.
 Снова наступил  перерыв, и ярко включилось освещение. Зрители вставали и разминались.
Это было обязательным условием при просмотрах, так как длительное время этого сильно сковывало их мышцы и грудную клетку, отчего было тяжело дышать и плохо двигаться.
Перерыв закончился, и чичеллини  уселись для просмотра. Надо сказать, что подобие воспроизведения звука осуществлялось просто дубляжом персо­нала, после того как они исследовали внутреннюю память экипажа, и это
придавало всему какое-то подобие видеофильма.
Свет погас , и на экране вновь появилось изображение.
 
Глава   8
 
Зрители увидели двух других астронавтов, которые обходили окрестно­сти города. Сначала они оказались возле какого-то промышленного пред­приятия и с горечью обнаружили, что то не пользуется какими-либо фильтрационными устройствами и испускает в среду тяжелые формы летучего металла.
Сделав пробу в окрестностях этого предприятия, они двинулись дальше.
Навстречу им  попался какой-то олсмобиль, чем-то загруженный доверху. Присмотревшись, астронавты поняли, что это было какая-то порода металла, чем-то напоминающая им свежескоксованную метеоритную пыль.
На всякий случай они подобрали на дороге кусочек этого материала и пошли дальше. Вслед за промышленной застройкой начинались городские улицы, на что зрители возмущенно качали головами, давая понять, что им не безразлична судьба самих жителей этого участка Земли.
Сами  чичеллини  уже давно отказались от подобного  и  их производства были только в тех местах, где находились непосредственно минералы и другие полезные ископаемые.
 
В них не было никаких  жилого типа зданий, а только развернутая промышленная цепь. Рабочих туда доставляли на спецмобилях и даже вертолетах, где они проводили рабочее время, а после увозились вновь.
Так  было  сделано потому, что эти производства сильно влияли на физическое состояние населения посредством добытых наружу полезных ископаемых. Поэтому, чичеллини использовали защитную фильтраци­онную сеть и аномальную защиту. Но так было у них, а на Земле в это время было по другому.
 
Улочки были узкими и людей почти не наблюдалось.
Начинались они кое-какими постройками единичного типа, постепенно переходя в более круп­ные здания.
Очевидно, у людей было слишком мало времени на обустройство своих жилых зданий, так как они все были хилыми и казалось рассыпятся от малейшего толчка.
Астронавты подошли к перекрестку, где ездили олсмобили  и остановились. Их было так много, что казалось не пройти.
Наконец, они обратили внимание, что люди ходят куда-то вниз, а выходят на другой стороне. Тогда они решили, что это и есть их путь.
Астронавты  спустились по какой-то ступенчатой магистрали и очутились внизу. Дальше все шли прямо, почти что в темноте. "Наверное, у них не хватает электричества", -думали зрители, в то же время понимая, что его надо экономить.
 
Астронавты  прошли вместе с другими и поднялись снова наружу. На них, как и на предыдущих никто не обращал внимания.
- Странно,- опять шептали чичеллини  друг другу , -неужели они так заняты, что им некогда взглянуть на другого?
Но это было немного не так. На самом деле кое-кто бросал какие-то стран­ные взгляды, но не придавал этому никакого значения.
Да, и распознать в них "чужаков" было почти невозможно. Костюмы астронавтов немного приобрели темный цвет от гари и пыли, а темно-коричневые лица еще боль­ше потемнели.
Скорее их принимали просто за рабочих, недавно окончивших свою работу.
Поэтому, находясь среди таких же чумазых, а, порой, и вовсе грязных, они ничем не отличались.
Правда, была существенная разница, но к этому вряд ли кто мог присмотреться.
У всех чичеллини было по шесть пальцев на руках.
Это был результат небольшой омуляции окружающего еще в раннем периоде их развития. Поэтому, их руки несколько отличались от человеческих.
Пройдя вверх по довольно широкой улице, астронавты сделали пробу какого-то искусственного покрытия и отправились обратно к кораблю.
Их задача не входить в контакт  и  просто смотреть. По дороге они обращали внимание на яркие вывешенные плакаты и флаги, а также на небольшую толчею возле  каких-то  восходящих сооружений.
"Наверное, о чем-то договариваются",-так решили зрители, устремляя свои взгляды на все тот же экран, который вскоре после выхода астронавтов из города засветился, и наступил короткий перерыв.
 За это время можно было обсудить с другими увиденное, поэтому, шум стоял огромный. Это вполне допускалось. Надо же было истребить свои эмоции ,но с первым ударом гонга все успокоилось, и наступила тишина.
Теперь, на переднем плане зрители увидели все тот же экипаж в целом, который обсуждал свой очередной выход и принимал решения о дальнейшем, которое, как позже они узнали   было единым  - улетать в поисках другого
мира и сообщить своим  об увиденном здесь.
Но, как итог,  была предпринята еще одна вылазка с целью ознакомления с самой природой.
Два астронавта  облачились снова в переходные костюмы  и ушли в лес. Было видно, как один из них немного волновался.
Никто ведь не знал, как поведут себя животные  при  встрече с подобным человеку существом.
 Их усилия оказались не напрасными. Вскоре перед ними оказалось какое-то удивительное животное на четырех ногах  ярко-оранжевого окраса.
Оно смотрело на них и не двигалось с  места. И лишь только, подойдя поближе, астронавты увидели, что оно попалось в какую-то не слишком замысловатую систему ловли.
Они хотели было  освободить животное, но оно злобно оска­лилось и даже пару раз бросилось навстречу.
-    Не надо этого делать, -прозвучал чей-то голос за их спиной. Астронавты резко повернулись и увидели перед собой человека в какой-то странной одежде  и  с чем-то необыкновенным в руках.
-    Она укусит, - продолжил он,- если притронетесь.
И человек снял с плеча то, что они ранее не видели и  нацелился прямо в животное. Тут они поняли, что тот хочет  уничтожить его, и один из них бросился навстречу человеку.
Из предмета вылетело небольшое пламя, и астронавт упал. Второй бросился его поднимать и увидел, как из его плеча струится кровь.
-    Ты что, с ума сошел,- кричал человек,- бросаешься под ружье. Идиот, я ведь мог тебя убить, -и, прошагав мимо них к животному, резким ударом в голову оглушил его. После чего перевернул и связал, а затем, уходя, про­изнес:
-    Идите лучше отсюда. Здесь мое место и лучше никуда не жалуйтесь. Иначе...,-и он потряс своим ружьм, а затем удалился за растениями.
 
 Астронавт не мог понять, что тот хотел ему этим сказать и занялся своим товарищем. Наспех обработал какой-то жидкостью раненое место и, помогая ему встать, повел обратно к кораблю.
Второй уже бредил.
Очевидно, сказывалось и недостающее питание и особая
бактероидная зона.
Пока тело было целым, то более-менее справлялось, а
ранение мгновенно привлекало огромное их количество.
Теперь, было неизвестно спасут они его или нет. Астронавт торопился и,
почти, бежал к кораблю, продираясь сквозь заросли.
Наконец, они добрались
до него и вошли. Экипаж принялся за спасение, но уже было поздно.
Инфекция попала внутрь мгновенно, и чичеллини умирал.
 
В таких ситуациях они поступали согласно инструкций. Тело уничтожалось здесь же путем сгорания в специально отведенном месте.
И спустя время астронавт умер. Это не заняло много времени. На глазах многих зрителей выступили слезы. Им было жаль их сотоварища, погибшего
совершенно несправедливо и незаслуженно.
 
Но, что поделать, когда те , кто находился там были недостаточно взрослы­ми по уму и дико развивающимися.
Тело погрузили в специальный отсек и включили аномальную разгрузку.
 Экипаж крепился, но было видно, что им тяжело это сознавать. После недолгого процесса уничтожения, оставшиеся частицы были собраны в специальную приспособленную для этого форму и тщательно упакованы в их лабораторию.
Так они поступали всегда, когда дело касалось чьей-то физической смерти. Это был своего рода траурный обряд, который никем не освещался и был, почти, рядовым случаем в их исследовательской жизни.
 Собравшись вновь на совещание, командир определил каждому обязанности по взлету, и спустя минуту все было к этому готово.
Но неожиданно на их экране возникло чье-то удивленное лицо и заставило изменить свои намерения.
Судя по всему это был тот же человек, который стрелял в их товарища, но почему-то теперь без ружья.
Не оказалось такого и у другого, его сопровождавшего, и только у третьего, как бы главного и стоявшего поо­даль имелось какое-то оружие.
Командир на всякий случай приказал убрать шасси и потихоньку подни­маться вверх.
Загудели моторы, вокруг людей все взметнулось вверх, а воздух насытился кислородом. Сильного рева не было, и корабль, почти, бесшумно начал отрываться от Земли.
Но тут случилось непредвиденное. Тот, стоявший в стороне, начал стрелять по днищу корабля, не успевшего еще до конца убрать шасси, и какая-то груда металла ударилась о него.
И в то же время замигала бортовая сиг­нализация, гласившая о нарушении в центробежной системе подачи шасси внутрь.
Командиру пришлось послать одного из членов экипажа наружу устранить дефект ,а точнее попытаться как-то убрать то, что прилепилось к магнетическому дисководу системы передвижения.
Осторожно пробравшись наружу, астронавт сумел извлечь небольшие кусочки свинца, и шасси заработало вновь.
Но, вдруг, случилось еще одно несчастье.
Тот, кто стрелял первый раз, успел перезарядить и выстрелить вторично. Теперь, уже по члену экипажа. Астронавт безжизненно повис, склоняясь с бортового отсека корабля ,и не подавал признаков движения .
Делать было нечего, и командир вновь включил выпуск оставшихся неповрежденными шасси, а заодно систему размагничива­ния окружающей среды, которая применялась в экстренных случаях и когда жизням экипажа  угрожала опасность.
Корабль пошел на снижение и вскоре опустился на Землю. Электромагнитная волна, пущенная от борта вокруг себя отбросила землян метров на двад­цать .
Те кувыркнулись в воздухе и отлетели на это расстояние за расте­ния. Экипаж быстро подтащил тело внутрь, и дверь корабля захлопнулась. Люди не успели опомниться, как огромный  корабль вновь сорвался с  места и, обдавая их жаром и пылью, рванул вверх.
Спустя несколько секунд он уже был на недосягаемой высоте.
-   Вот и еще одна смерть,- сухо заключил командир корабля,- и еще одно доказательство тому, что люди не ценят ни себя, ни тех, кто хотел бы им в чем-то помочь. И в этом только их вина, ибо мы  не нарушали их тор­жествующий  повсюду покой и не пытались овладеть кем-либо из них. Это удел космических пиратов, но мы к ним не от­носимся.
Корабль снова вошел в полосу невидимого освещения, и экран засветился в очередной раз.
Чичеллини  молчали. Их немного оскорбленные подобным лица  то и дело раскачивались в стороны, как бы давая понять, что они не могут принять такую цивилизацию за разумную.
 Было понятно, что им еще далеко до них, и что пройдут годы, а, может, столетия, прежде чем они воз­вратятся вновь.
Космические просторы огромны, и они дальше будут прочесывать их широты. Остается только одно. Ждать и надеяться, что вскоре они сами перейдут в новый вид эпицикла развития, а другие хоть немного продвинутся вперед.
 
Так мрачно закончилась история полета, и таким сумрачным кажется для всех сегодняшний денъ. Одним  хотелось иметь друзей, а другим просто каких-то чудес, без капли прилагаемых на их осуществление усилий.
 Одни хотели мира и покоя,  а другие - войны и раздора между любыми пред­ставителями какой-либо генетики роста, воспевая лишь одно - порабощение предметом обитания и власть среди подобных.
Чичеллини казалось, что они могли бы помочь  им отбросить то ненужное и занять достойное место среди достаточно развитых цивилизаций, но они понимали, что в таком случае берут на себя ответственность за их будущее, а это противоречит всем разумным инициативам.
Каждая цивилизация имеет право на саморазвитие, а каково оно внутри их - дело каждого. Поэтому, оставляя за бортом то вновь зарождающееся созвездие, они наде­ялись на лучший исход человеческой жизни.
Приходяще -  да ,будет уходящее  вместе с их жизнью,- так гласит космос, который вечен и непреодолим одной эпостасью  развития.
 
Праздник был окончен, и чичеллини потянулись по домам. Обиженные и разочарованные, рассерженные, но не мстительные, .разумные и добрые  -  они все же были довольны.
Они знают цену любой  жизни, и   знают гораз­до больше других ,но это не дает  им право на преобладание  и лишь дает право сожалеть о себе подобных  в  их глупом поведении.
 
Загорались по очереди фонари на улицах, мелькали остановившиеся ранее олсмобили. Жизнь продолжалась, а продолжалась ли она там, откуда прибыли их посланцы они не знали. Да, и не нужно это им вовсе, если кто-то счи­тает себя умнее и  непревзойденнее, то это только его дело.
 
Умный  всегда отойдет в  сторону, но он всегда и подскажет , если в том есть необходимость.
Послушаться - это не значит покориться. Это значит, всего лишь найти тот истинный путь для всех, который неми­нуемо выведет из наиболее опасного положения и возвернет утерянное ранее.
Но это говорили они, а что думали сами люди или человеческий   гипотала­мус?
Их жизни в их руках. И было бы  непростительно глупо отказаться от по­мощи себе подобных и не принять новую веру в безвечность существова­ния на любой планете, тем самым доказывая свою собственную историю развития и усовершенствуя свои знания.
Смогут ли они побороть в себе навязчивую идею о преобладании? Смогут ли осилить свою широту и смогут ли оправдать оказанное им же доверие -  чичеллини не знали.
И  ждала всех судьба. Та, которая вечна и грядуща вопреки желаниям всех.
И светило пока еще не погасло. Так радуйтесь, люди, и цените свое дневное счастье. Возможно, вы образумитесь, а возможно, ваше солнце погаснет. Но не теряйте веру в победу, ибо только это способно спасти вас от немину­емого в вашем же тесном мире.
Услышьте то, что хотели сказать чичеллини  и расскажите о нем остальным. Такой их сегодня завет ,и такой же на все ответ.
 
 Вновь закрылась вся эта система, и корабли уже не летят в ее сторону. Кто откроет следующий эту космическую пробку - пока неизвестно.
 Зато известно другое. Время не  ждет и его потеря гласит о потере чего-то более значимого и живого.
« Dinaminos  etmontires  autodafe »
  Откуда  уходим  -  туда  и  идем…
   Это  космос, а он вечен.
 
ПОСЛЕСЛОВИЕ
 
Возможно,  этот рассказ не совсем соответствует  истине  и
в  нем немало просто  придуманного.
Но главное это то, что такое возможно и вполне
реально. И надо задуматься над тем, а правильно
ли мы живем и доживем ли ,вообще, до чего-либо
подобного.
И хотя это фантастика, но она не несет в себе
отвержения  ученым  миром.
Это подсказка на  сегодня, а  на  завтра - будет видно.
Задуматься и поразмыслить -  это главное в цели всего написания.
Кто знает?  Возможно, завтра все так и случится. Мир  неосязаем  и пока он есть - надо думать о нем  же  с  такой  же  заботой  и лаской, как и он сам…
 
  
На главную страницу счетчик посещений счетчик посещений счетчик посещений ARTRUSSIAN.COM - Топ 100 ARTRUSSIAN.COM - Топ 100 Интернет-статистика Яндекс.Метрика