Великие императоры времени, ч.2

ГЛАВА 5

  "Общий любимец "Аристотель", или слава одному
  
   Согласно слову божьему мы и поступаем.Тихо душу ту подзываем,и вот она пред нами воочию становится.Какая-то несуразная она и сразу не разберешь,где что и находится.Бог поясняет то по-своему.
  -- Это от лавров великих,на голову и тело возлагающихся.Та душа к ним припала,что и по сей день в гнете том состоит.Только очистившись совершенно,сможет она их отбросить.Но вы не стоймя стойте,а спросите чего,а
то она,ничего для себя не поведав,скрыться может.
  -- О чем спрашивать?-сами мы у Бога спрашиваем.
  -- Да,все о том же .Допрос по времени исполнять надо.
  -- Хорошо,-мы отвечаем и тут же душу ту опрашиваем,-кем зовешься ты и как на трон тот вылез,императорским зовущийся?
  -- Апостократ я,- душа та, в лаврах гибнуща,отвечает,победно голову свою держа и на нас откровенно глядячи.
  -- Откуда в Рим прибыл и почему стал там править?
  -- Родом я из Плотомены,-отвечает Апостократ,-еще Антилохией ее назы­вают. Это страна отца моего,царя великого.При жизни отца я не видел.Воспитывала меня семья другая.Вечно шептались те родители между собою, да еще другие возле них делали то же.Вот я с возрасту малого к шепоту
и привык.Знать многое хотелось о себе и о других также.К Риму не сразу пробился.Грек по роду я своему.Потому,для того,чтобы достичь означенного, а с детства я в себе такую мысль обнаружил, надо было вначале мне римля­нином стать.Потихоньку взрастая,я все подмечал и знал о чем люди шепот ведут.Толковали они,что царь есть где-то ослепленный и подле него нико­го нет.Помета не было никакого по роду людскому.
  -- Аристотель,сей лжец великий,и тут неправду молвит, - Бог сие перебивает и своею речью дальше ведет.
  -- Говори правду, не то взыщу больше.
  -- Хорошо,-отвечает,тихо сопя, та душа и ведает уже по-другому.-Сызмальства я делу одному пристрастился.Гол ходил и часто рукою блуд свой прикрывал.От того повелось мне так завсегда делать и время от времени услад свой я получал.Заметили то родители мои приемные и наказали.Обозлился я против них и мзду свою уже по жизни взрослой сотворил.Отца того
   приемного ослепил и детородного органа лишил, а мать ту поверг собою и опосля жить оставил,чтоб слава о ней гадкая катилась.Историю ту я при­думал по-другому и другу моему Софоклу поведал, указав имена другие и по-другому образы людские составил. Но то уже позже случилось.Тогда же я обиду стерпел и так же жить там оставался.Повзрослев немного,прослы-хал я клич,что римский император бросил.К нему в ученики и подался. Там с Софоклом и другими познакомился.Там же Дамоклида повстречал, что в моей жизни сыграл роль особую.Когда отпустили нас,то я вновь к дому прибился,но ко времени тому многое изменилось.Прикинулся я неузнанным и в дом тот пробрался.Там грех совершил тот,о котором говорил,а после вроде бы спасителем в виде другом оказался и в доме том поселился,как другой человек. Все почести мне воздавали и в первый раз лавром увенчали. Возле родителя того,мною ослепленного,я состоял и его рукою правил.Не знал он,что то я и есть и даже думать забыл о сыне том приемном.Долго по времени правил я так изподтишка и к родительнице приемной по прошло­му хаживал,как к жене своей.Знали об том люди,но боялись слово молвить. Думали,что могу я и их казнить,как врагов тех,мною придуманных.Спустя время,надумал я умертвить родителя того и сделал это,обустроив дело по-хитрому.Стал я,тогда,настоящий правителем.И хотя не был царем,но по­чести те получал.Захотел спустя сжить со свету и женщину ту,что подле состояла.Вскоре дело свершил и один вовсе остался.Тут-то я уже мог,как хотел,развернуться,по-своему повести.
   Прознал я про закон.что чтобы рим­лянином стать - надо на римлянке жениться.Наметил я себе одну такую и начал обхаживать всяко да того добиваться.Но сделать то было трудно. Хоть и распутницы все были они,но чтобы женитьбу сотворить,нужно многое свершить .Долго побивался я в женихах и всякое в ее указание чинил. Вко­нец, смилостивилась она предо- мною и согласилась на брак тот.Возрадовал­ся я тому,но оказалось рано.Воспротивился тому ее отец, царем Анамгеноном зовущийся.Дочь звалась просто -Александра.Не захотел он,чтобы она за меня замуж шла.Прослыхал он,что я безроден и к дому тому просто так подступился.Тогда,решил я пойти на хитрость.Взял и очистил конюшни Анамгеноновы от грязи великой, реку перегородив камнями большими и грязь ту вплавь пустив.
   Порадовался царь тот делу тому и повелел другое сотворить для него. Велел,чтоб дом на горе стоял,под горою река текла и вниз спадала.Такое, уж,мне не под силу было.И,вспомнив про друга своего Дамоклида, я к нему обратился.Вдвоем мы то совершили быстро,вокруг дома того землю убрав, а реку в обиход пустив,да так,что с одной стороны она в дом тот большой входила, а с другой выходила,вниз спадая и грязь всегда унося.Так полу­чилось, что дом вроде бы на горе стоит,а река все уносит.Похвалил меня царь за это и даже руку пожал,как римлянину,но все ж согласия пока не давал.Велел за другое браться.То пни корчевать заставил,то поле быками вспахивать,то колос собирать,то зерно выдавливать или выжмакивать.Воб-щем,года три на то дело ушло.Вместе с Дамоклидом то все делали,но царю я его не показывал.Дочь его сама ко мне иногла приходила и уговаривала прекратить домогания.Мол,отец все равно не позволит сделать это.Но я упрям был и упрямство мое все же цели достигло.
   Спустя три года я добил­ся означенного и по праву римлянином стал.Дамоклид же к императору по­дался .Тот его вызвал к себе.Стал я проживать вскоре на горе в доме том. И так, и сяк старался всегда царю угодить, и всегда ему не перечил .Долго так было.Но вконец все ж терпение мое лопнуло.Домогаясь очередной раз чего-то,царь тот как-то забылся и к краю дома того подошел. .Взял я его да и подтолкнул немного.Упал он вниз прямо на камни,да так и разбился. Опечалилась дочь его,но на меня подозрения не пало.Сохранил я с нею хорошие отношения ,да так и проживали мы вместе.Хочу отметить,что вел я жизнь не блудную.Дома находился и все жену,как и прежде,обхаживал.Не была она особо красавицей,да все ж женой доводилась и царицей была. Меня же пока так не величали .И решил я по-настоящему того добиться. Созвал как-то народ и указал им на город другой.
   - Там,- сказал и махнул рукою,- великие ценности хранятся.Можно ими овла­деть,если мудро поступить.Затем все то нам достанется и меньше работать где будем. Как в Риме заживем и себя так же величать станем. Добьюсь я места того,если меня поддержите в делах и вас я затем счастливыми сде­лаю.
   Поддержали меня многие, да только царица в стороне осталась.Хоть римлян­ка была и отец ее,но все же не поддерживали нравов тех и жили по-друго­му. Но перечить мне не смогла, да так же,как и отец на камни те бросилась, не в силах противостоять и видеть все то.Обрадовался я,и люди тому об­радовались. Хотели и они достичь блага того,что в Риме,а потому,сразу же мы в поход и отправились Достигли города того и ночью напали.Никто не ожидал этого,и победа легко досталась. Набрали мы всякого много и увезли с собой. Многих ослепили,чтоб знать не знали,кто на них напал,других по­били, третьих в живь укопали,а по большей части разогнали .Дело то все ночью было и мало кто уцелел.Кто же все-таки убежал, то не мог сказать, кто на них напал..К утру мы тихо убрались и следы за собою подмели.
   В город же возвратившись, мы. пир устроили и начали воспевать сии дела для нас благие.
   С собою взяли мы дев ослепленных и ими ублажались,своих пока в стороне от того оставляя .Дальше погубили их всех и в одном месте захоронили неподалек холма того,где дом мой стоял.Хватило добра того ненадолго. Потому,пришлось вновь в поход собираться и напасть на город другой. К делу тому спешно готовились,и потому вылазка наша не удалась.Отбили нас ночью и мы в утек пустились.Хорошо,никто не преследовал,да так не­узнанными мы и остались.Тогда,решили по-другому поступить .Сотворили полигон учебный и начали готовиться как бои вести и со стенами любыми драться.Спустя время,хорошо подучившись,двинули мы в сторону другую. Удачно все прошло и вновь богатство в руки нам поплыло.Возвратившись снова мы гульбу устроили и время в веселье,гульбе общей проводить нача­ли.Так вот,меня царем и провозгласили.
   Много еще раз ходили мы в походы и всякий приносил из него себе какую ублажь.Стали жить мы богато,а гостей заезжих отпроваживать.Слава пошла по случаю тому и аж до Рима докатилась.Император к тому времени стар уж
сделался и нужно было ему о себе заботиться.Так что,не трогал нас никто, и жили мы все в великом благе.Время от времени делом своим занима­лись .Так, что бы кто другой не подумал откуда богатство то взялось.Только чья нога в город вступала,то мы за работу и брались.Потому,никто и не знал,что мы те набеги совершаем и всегда винили других.Воевали потом
между собою,а нам то все на руку было.Как только война какая пройдет, мы на город какой набег совершим.Все думают,что то враг месть пускает и вновь за оружие берутся.А мы по другому городу удар наносим с обратной стороны.Так вот и жили довольно долго,пока я у них правил.За дело то возлагали на меня многие лавры,почести создавали всякие,а уж усладу
какого и вовсе мне придавалось премного .
   Друзья решили меня одарить девой одною,чтоб при мне была всегда,как сподручная птица какая. Согласился я на то,да так время надальше вместе с нею и проводить стал. И вот.Слава триумфу мысли моей из-под ноги встала.
   Расскажу обо всем по порядку.В тот день утром я рано проснулся и Артемиду-богиню любви убла­жил.Так я ее назвал по-своему и в честь деда моего,по роду приходящего­ся Артемия.Дальше ногу одну на пол вскинул и захотел встать.Но тело как-то слабо подчинилось,и едва-едва я на ноги поднялся.Голова кружи­лась, а на дворе с утра сумрачь появилась.Исчезло солнце и мрак наступил, После , что-то под ногами вздыбилось и затряслось сильно.Упал я вниз прям на богиню свою,да так и застыл,боясь пошевелиться.И она испугалась, и тихо только подо мною шевелилась.Вскоре грохот раздался великий от грома,и крыша дома нашего,треснув,на головы обрушилась.Благо дело,была она из древа легкого и вреда не причинила.Затряслась гора моя,а вскоре река та небольшая выше нас самих поднялась.Поплыли мы вместе с нею,да вниз на камни и попадали.Спасся я тогда. Жена тело мое сохранила.Сама же погибла,о камни ударившись.Жалко мне было ее,но жить больше хотелось, Оттолкнул тело ее подальше,а сам на берег выбрался,да так и залег там.
   Тряслась земля и содрогалась подо мною.Дома поодаль рушились и мой также не уцелел. Было то по времени недолго. Вскоре затихло все, солнце встало и показало весь свет белый. На место тепла холод пришел.Белые му­хи залетали вокруг.Но солнце сияло, как и прежде. Земля устойчиво держа­лась, и я смело встал,и пошел к людям. Повстречав первых, я их ознаменовал рукою и сказал так:
   - Воля бога свершилась. Император Рима скончался. Мой час наступил.То Бог знак нам прислал.Потому,дом этот разрушил.И мне к другому идти приказал. Вскоре весть моя облетела всю округу, и через время собрались меня люди в Рим сопровождать.Так вот,я к Риму и прибился. Как раз ко времени тому Геродот с собою покончил. Упал меч на него Дамоклов, да так и забил на­смерть.Во время того сотрясения все и случилось. А через время я появил­ся там, но слух обо мне еще ранее дошел. Дамоклид, меня знавший, римлянам посоветовал, а люди мои подтвердили, что то Богу угодно, рассказав о раз­рушенном доме моем .Так вот, все в одно сплелось, и римляне поверили.
   Сразу же на трон возвели и императором величать начали.Здесь-то я и раз­вернулся во все стороны.Сразу благами себя окружил и велел побольше дань ту сопричитать к Риму. Городу тому, меня поднявшему, дал я особую власть. Разрешил дань не нести и свои почести мне воздавать.
   Римлянам же объяс­нил, что Богом так сказано и велено. Поверили они тому и все сошло с рук гладко. Были все довольны: и те, и другие. Другу своему Дамоклиду я дань свою воздал. Приблизил особо к себе и дал право властью моею пользовать­ся. Разрешил судить всякого, кто грех какой совершит супротив римлян. Дал земли ему попозже и тем городом вознаградил, что меня вырастил, как царя.К делу написаний разных я особо не налегал.Больше к другому прикладался.
   Велел бани большие создать и всем ходить туда ,в благовониях парясь и лаврами себя увенчивая, которые,как венец, на головах носили. Был я в банях тех купальнях самым главным. Венец лавровый из золота нос­ил. От того и утоп в конце жизни моей благой, хотя чтоб достичь того из­рядно мне попотеть пришлось.И мне божеское имя присвоили. Гименеев обозвали, да так и запечатлели в облике и истории самой. Софокл много обо мне писал и создавал свое. Гомер прибился однажды. Ему я свою историю по­ведал, да не знаю: разнеслась ли она по свету или так и осталась .Другу своему Дамоклиду особую честь я создал.
   Велел Софоклу ряд подвигов сочи­нить для героя того. Часть из них полуправдой состояла. Но греки присвои­ли себе ту мою благодать и героя друга моего по-другому величали. Геракл его обозвали от величины мускул его и тела статного. Часто голым он хо­дил и так запечатлели его мастера мои, которым дал я указание ле­пить стати людские и к божествам их причислять.Я открыл век золотой леп­ки. Создали мастера из главы моей голову золотую ,да так и обозначили ее в истории, которую я сам "поправил" и городу тому заместо Александрии другое имя присвоил.Город богатым особо слыл. Узнаете или угадаете сами. Саму Александрию к берегу другому унес, чтоб во век никто не разобрался, что к чему.
   Мало ли кто словом обмолвиться может.И царю имя немного изменил, и жене его,да и другим также.Себя же оставил, как имя то измененное.Не хотел оставаться в истории безродно идущим. Вобщем,всем хорошо при мне было, кто возле меня и состоял. А,что до других - то я не знаю.Мало кого,вооб­ще,видел, а в войнах, кроме тех набегов,и не учавствовал.До смерти своей так я больше и не женился.Незачем было.И роду своего не продолжил. Зато воспитал юношу одного сызмала. Стал он, как сын мне приемный, как и я когда-то был. Разрешал все ему,даже то,от чего сам когда-то отказался. Так вот его детство под моим руководством прошло. Воспитывал я его во многом.Учил всему, что сам знаю и другие до меня знали. Был он смышлен и все на лету схватывал.Хороший из него получится воин и вождь людской. Так я думал еще тогда. Но про него не знаю,так как жизнь моя заверши­лась и от золотого венца того я утоп. Не уследили девы за мною.Дурно мне стало,да так тот венец ко дну и потянул. Пока руками взмахнул,то уж воды нахлебался.Вобщем,смерть моя рано пришла.Мог еще пожить,хотя по возрас­ту и староват был.
   Взошел при мне еще один человек.Цицероном звал я его. Пришел он ко мне издалека и хотел обучиться всему.Долго просил и я сог­ласился. Но не совсем успел я то сделать.Только голос и ум начал его про­резаться,как меня не стало.Вот и вся правда,что я хотел утаить от вас. Что еще хотите спросить? Бог,правда,предупреждает:
  -- Хоть и много он говорил, но все же кое-что покрывает.
  -- Что же?- мы спрашиваем у души той,в подземном царстве томящейся.
  -- Думаю, что еще про один грех я не рассказал .Друга своего я погубил, а не в город тот отправил.Дамоклиду позавидовал.Больше девы его любили, чем меня самого.Вот я и погубил его,а слух пустил,что сотворилось то
по-другому.
  -- Что еще опустил? - сурово Бог спрашивает.
  -- Не знаю,- душа отвечает и глаза от Бога прячет.
  -- Ладно,ступай,-сам Бог его отправляет,-скажу сам,коль ты того боишься. Иди,грех свой искупай.Еще долго мучиться будешь,пока отпущу я его и вновь на землю отправлю.
   Удалилась та душа, а мы наедине с Богом остались. Спрашиваем уже его,что тот нам недосказал.
   Бог же по-своему отвечает.
   - А недосказал он то,что мне и говорить непристойно.Много грехов за ним числится,но тот особый.От него то происходяще и в детстве далеком его еще иным именем звали.Дальше имя свое он сменил, когда в ученики подался,
а позже и вовсе к другому прибился.Вот об этом он и недосказал.Делу тому многих обучил.Дев иногда мучил,а также их свершать многое заставлял.Так он на свет грех тот породил, да и по сей день он мало выводится.Во мно-­
гих душа его праздно пущена и,теперь,остается в былинах головы какой.
Понятно ли все вам об этом великом императоре?
   - Да,понятно,-мы сразу отвечаем и вопрос относим.
  -- А,что ж ты,Бог,сам не противостоял тому? Мог бы грех тот покарать.
  -- Мог бы,да не захотел лвдей многих в яму одну ложить.Дело плохое всегда расходится быстрее,чем какое доброе.К тому же,думал,что все ж образумятся многие и по-другому жить будут .Так оно и было :где, как. Царь хорош
   и люди такие, ибо он требует от них исполнения параграфов своих. Царь немощ и к другой стороне пристает,и люди туда же сворачивают. Так завсегда было, в какую сторону не кинь.Потому,я вот и не карал за то многих.
   Ну,а теперь,черед другого настает и время иное вместе с ним наступает.Словно грань какую почувствуете,его переходя.Так и тогда было. Опосля отдыху небольшого продолжим беседу ту.Побудьте пока на месте этом,а я пока ду­шу ту позову и от труда освобожу на время,что б вам с нею поговорить.
  -- Что ж то за труд такой?-спрашиваем и удивляемся тому.Неужто и в аду том души смертные трудятся?
  -- Труд великий.Сами узнаете,-Бог нам отвечает,-сидите тихо и никого не подзывайте.Я быстро обернусь.
   Бог удалился,а мы ждать остаемся.Мысли разные в голову лезут,но мы их отганяем подальше и терпение всякое сохраняем.
   Вскоре Бог возвращается и ведет за собою на привязи душу ту,саму себя гнетущую.Вся со всех сто­рон цепями увешана.Хоть и из огня светящегося они,но кажется,что то нас­тоящие цепи. Хотим спросить о том Бога, но он нам отвечает заведомо сам.
   - Душа сия долго прозябать здесь будет.Такова моя воля.Цепями то я его сковал и к труду одному приспособил.Долго чинить еще то будет. А за что - сейчас он сам расскажет.Готовьтесь все то выслушать. Готовимся мы к делу тому и мысленно собираемся.Духу уже мало осталось, чтоб все то понять и в голове уложить.Но Бог помогает нам и силу дает. Потому,вскоре мы в слух оборачиваемся и надальше по истории Рима того двигаемся.Но об том в главе другой и под другим названием. О Нероне в сией главе сказано не было.Опустил разговор за него сам Бог. Не захотел имя его волочить в славе грязной иных людских особ. Но досто­верно дело было так.
   Опосля Геродота того,Нерон взошел.Да только начал параграфы новые в свет возводить,люди его к рукам и прибрали.Тоесть, власти лишили и в подземелье бросили.Есть в том доля и Аристотеля того, так как кабы он со своим чудом-домом развалившимся не сунулся в Рим,то Нерон возможно сделал бы свое дело, и вся история пошла бы по другому пути.Но все же,свершилось по-иному и вовсе не так,как того хотел сам Бог
   Это был своеобразный пролог в главу другую,и тут же дорогу иному прокладаем, выводя на свет божий еще одного героя времени великих императо­ров.
  
   ГЛАВА 6.
   " Заветная сила оракула. Царь царей , или Гай Юлий Цезарь. "
   Прежде чем вызвать на беседу сего главного недруга всякого воин­ства, надо предыдуще составить ему свой словесный отпор,Любил сей иноходец поговорить и велел во всяком деле побольше речами творить,а руку мало прилагать.
   Хотя все ж таки сам ее налагал куда не следует и по вся­кому в деле нагом преуспевал.Но об том подробнее сам он расскажет,коли во время,ему отведенное,уложится. Спрашивайте обо всем,что вас интере­сует, только знайте,что и сия душа грехами полна, врать может и недаром до сей поры великими цепями увешана.
   Слушая Бога,мы начинаем вопросы задавать и вперед всего спрашиваем:
   - Тот же ты цезарь,что Гай Юлием звался и другие имена по земле какой пособирал? Укажи какие,чтоб знали мы о тебе больше и в истории той,то­бой и другими придуманной,больше не путались.Укажи жил ты когда и кого подле себя в цари оставил?
   Душа та "сонно" оглядывается по сторонам,а затем,вдруг,резко те цепи сбрасывает и к нам бросается,чтоб внутрь кому заскочить и людским чре­вом овладеть.Это,чтоб дольше говорить можно было и всякое похвальное дело чинить.
   Но Бог начеку состоит и быстро душу ту хватает.Надальше вновь в цепи уколачивает и сам сверху наседает силою своею прижимною.
   Стонет та душа и всяко прощения просит у Бога за свой шаг необдуманный. Спустя немного,Бог силу убавляет,и цезарь тот отвечать начинает.
   - Родился я в семье бедной.Римлянином не был.Жил я в Апиллах.Это под Грецией. Еще Македонией ту сторону во время мое прозывали.Роду к древне­му по жрецам идущему относился.Но покинув земли египетские, стал наш род
простым и надо было больше о себе заботиться,чем о сохранности каких-то пирамидных ценностей.Еще отец мой,а раньше и дед начали продавать части
те драгие и землю вокруг себя скупать,чтоб завсегда за нами осталась.
   В деле том успех преобладал.Когда я родился,то отец мой аж двадцатью двумя акрами земли ведывал.Дом построили большой.Скотный двор завели, слуг наняли.Вскоре отец мой сам царем назвался.Выступал он в истории,
как царь Модабнимет.Еще под другим именем состоял - как Архивед значился.Был он царем той небольшой Македонии, что при мне же начала так зваться. По имени одного слуги великого из роду жрецов нашего. Македон звали
его и так же назвали ту страну небольшую, к моменту зарождения моего на­считывающую около сорока шести акров земных угодий, окромя тех двадцати
двух,что под всякие застройки уходили.По времени тому был мой отец-царь беден.Другие больше имели и,конечно,того же захотел он сам.Спустя время небольшое,только мне годов четыре исполнилось,отец мой еще земли
   прибавил,"отвоевав" ее у соседей. Правда,к войне он не прибегал, а просто оттеснил их подальше силой драгоценностей тех, с пирамид когда-то выве­зенных. Дальше, спустя пять лет, это мне девять было, он снова земли подби­рает и устанавливает свой закон правления.
   Уже тысячи людей ему подчиняются и ведет он хозяйство большое. С детства раннего отец обучал меня делу разному.Хотел он,чтобы я возобладал зем­лей большей,нежели он сам.Потому,как исполнилось мне десять лет,ото­слал он меня обучаться к великому Аристотелю.Многое я познал в те годы ранние и со многими познакомился.Там же греху Ононову обучился и с де­вами по возрасту раннему общаться умел. Пробыл я в учениках пять годов. За время то отец мой еще преуспел.Земель больше стало и стал он сам на Рим поглядывать, желая власть ту захватить и корни римские пустить. Случай тому подвернулся особый. Царь-император Аристотель утопает и мес­то то освобождается. Люди римские клич пустили по земле и в очередной раз состязание назначили.Но была одна оговорка.Все то для римлян,по зем­ле разошедшихся,только разрешалось.Тут отец мой и совершил подлог, о ко­тором никто и не знает.
   Сделал он из меня "римлянина",указав на голову мою,профиль, фас и другое, а также на то,что деве одной я мужем состою. Подкупил отец семью одну римскую, да так и оженил меня в самый первый раз.Только едва шестнадцать годов мне приходилось.Так я получил возмож­ность в тех состязаниях участие принимать.Со многих земель прибыли лю­ди .Все они римлянами считались,хотя думаю я, многие из них так же,как и я, к тому пробились.Были и мои друзья-ученики императора предыдущего. Стали мы состязаться в делах разных.Хочу сразу сказать,что силы у меня физической мало было.Тело худовато и не крепко по сложению.Потому,мно­гие одолели меня сразу же и оказался я вне тех состязаний.
   Сильно отец мой опечалился по делу тому и избил меня за мою слабость.Так я воспротивел ко всему,что воинством зовется и решил в другом деле преуспеть. Состязания те кончились и императором сперва Цицерона - друга моего из-брали.Только стал править он,как беда великая случилась.Побило громом многие урожаи, да суда наши по морю разнесло.Что огнем спалило,что в мо­ре утащило,а что и вовсе утопло.А на судах тех многое добро хранилось. Тут то я своим красноречием и блеснул. Речь свою хитрую к людям возвел и обратил дело так,что императором меня переизбрали. Цицерон,обидевшись, в сторону ушел и долго я его возле себя не видел.Порадовался тогда отец мой тому и прислал в Рим дары большие.А пуще того, начал со дна суда те и богатства доставать с помощью огромных деревянных балок.
   Вобщем,помог он сильно в деле том,и вскоре флот свой мы починили. Римляне приветство­вали отца моего и меня,в том числе,лаврами украшали.Венец золотой я но­сить не стал.Боялся,что и меня та же судьба постигнет.Потому, довольство­вался малым,из листа обычного сделанного.Желая во власти своей укрепить­ся и римлянам еще больше понравиться,начал я речи возводить другие, им лестные и многообещающие.Хлопали мне все люди и зачастую лаврами почи­тали.Вместе с тем богатства Рима все ж таяли.Надо было поборы новые со­вершать .Дело то я отцу своему предоставил и велел историкам всем непра­вду составлять. Войны на бумаге возводились и всякие краски сгущались, как тучи перед бурей великой.Отец же без бою с делом тем справлялся и
   обосновывал себе другой Рим вдали от настоящего.Позже то дело переда­лось бывшим моим друзьям Крассу и Помпею.Они тем делом вплотную начали ведать и захотели иметь свою столицу государства.Я тому не против был и соглашался.На своем посту окромя речей я и не творил ничего.Любви земной предавался, да свою историю во времена отдыха возлагал. Уж,не пом­ню сколько тех строк я положил лично,но зато историки мои потрудились на славу .Красс и Помпеи дело свое знали. Рим мой стал еще богаче и весе­лее жизнь в нем пошла.Уж каждый и вовсе позабыл,что такое труд земной. И только дело какое с губ слетало,да на том и завершалось.Иногда,к дому моему Цицерон приходил. Беседовали мы с ним долго,да так и расставались, не найдя общего согласия. Во многом он был противоречив мне и моей власти голоса. Но не карал я его,так как другом своим давним считал. Про­длилось долго мое правление государством тем римским.Но было бы еще до­льше, если бы за моей спиной другие не начали к власти подбираться. Ко времени старшего возраста моего,стало недовольств больше. Рим "бед­неть" начал.
   Красс и Помпей меньше добра присылали,чем ранее.Захотели они жить получше самого Рима. в другом городе, ими же и отцом моим соору­женного.Весть та донеслась до самого Рима и римляне,сговорившись,реши­ли устранить меня,чтоб место занял другой Цезарь или царь римский. А был он по возрасту,как и я, и в тех же учениках состоял когда-то. Пути наши в одно время разошлись, да вот к концу жизни моей вновь сошлись. Был молод еще я во время гибели своей.Только тридцать два и свершилось года.Мог бы многое еще порассказать, да время,думаю,мало осталось.
  -- Говори дальше,-сам Бог отвечает,сверху все ж надавливая немного,чтоб душа та вновь к нам не кинулась,-пока верно говорил.Только в одном сов­рал. Повторись в чем,иначе сильнее прижму.
  -- Да,только в том и соврал,что в браке,как таковом не состоял,а жена моя мною же убита или отравлена была сразу же после венчания моего им­ператорского. Стал Рим тогда немного перерождаться.В том Цицерон да и
другие постарались.Хотели узы семейные лучше закрепить.Вот я и ускользнул от них,желая иметь под рукою больше праздного всякого,чем только жену одну.Второй такой девой стала царица другая.Клеопатрой звалась.
Во время мое ей только восемнадцать и было.То я ее наградил титулом тем большим и озолотил ее за искусство любви большое.Позже она удалилась из земель моих.Так я повелел.Хотел опору в ней иметь позади себя.
Но враги меня опередили и смерть ранее уготовили.Такова вот жизнь моя простая и малозаметная. Не знаю,чего это Бог так содержит меня здесь и на землю не возвращает.
  -- А содержу так за великую ложь твою и умение захватить ею сердца мно­гих, - Бог той душе страдной отвечает,-еще сохраняю тут до времени одного,для меня самого приглядного.Сам вскоре узнаешь,зачем то все творю и по­
чему душу в свет не выпускаю.
  -- Так и не сказал он нам жил когда,-у Бога мы свое спрашиваем.
   - Погодите немного, - Бог нам говорит,- пойду схожу вторую часть его при­веду .Тогда ,и узнаете.
  -- Как?- удивляемся мы.- Неужто,душа его разделена надвое?
  -- Да. То так сделано с умыслом .Чтоб силы поменьше было той лживой и не могла она до вас добраться.
   Уходит Бог, душу ту отводя, а иную,почти, мгновенно приводя.Эта часть ее поменьше светит, но цепями также увенчана.
  -- Опасна она,- Бог поясияет,-потому,и эту часть сохраняю так.
  -- Чем же? - мы спрашиваем из любопытства.
  -- А вот чем,-Бог душу ту пускает и в один миг она к кому-то из нас бросается, слезу выбивая изнутри и в чреве особо сдавливая.Спустя время маленькое начинает душа та воспроизводить речи свои бесчисленные, особым
слогом то преподнося.
   Бог вновь душу ту изымает,и человек освобождается.
  -- Фу-у,-с облегчением он говорит,а на лбу пот ручьем уже стекает.
  -- Вот,-говорит Бог,- чем она опасна.Не успеет войти,как сразу из человека какого-то чревовещателя сотворяет.Хочется ей и надальше ложь ту нести и в своем деле преуспевать.Ну,да,ладно.Давайте,спрашивайте о чем
хотите.Пока я держу ее подле себя,будет она обо всем рассказывать.
  -- Когда жил ты? - спрашиваем мы у души той и на всякий случай подальше отодвигаемся.
  -- Жил я во времена нифемидов и финидов,-отвечает та душа,-это время моего зарождения и кончины.
  -- К какому числу то относится? По времени как обстоит?
  -- Не знаю точно.При мне календарь был отменен, а новый с году первого и приходился.Лет двенадцать я после того и проправил.
  -- Что же со временем старым стало?
  -- А кто считал то время?- душа та безбоязненно отвечает,-никому до него дела не было.Если и стоят где даты какие,то они не ко времени,а просто к числу относятся.Это так еще издавна помечать род какой начали. По числу людскому все то ставилось.Правда,дальше числа все те были заменены.Вместо них стали другие возноситься. Кто как усмотрит,то такую циферь и пос­тавит. Я же дальше того пошел.Стал кресты или линии скрещенные ставить. Это для того,чтоб мой труд в веках остался.До меня того не делали.Этому отец мой меня обучил. Стал я же месяц, день какой по-своему обозначать. Названия от моих слов произошли. За то люди меня любили.Нравилась им выдумка какая моя.Порою,даже себя лично ею величали и назывались посмер­тно, а то и при жизни.
  -- Как звался еще при жизни ты сам?-опять спрашиваем мы у души.
  -- Звался по-разному.Люди придумывали свои имена.И Сименионом побывал, и Плутархом, и Асмидием.Звался императором Гаем. Юлий то от меня самого
пошло.Цезарь - сам царь обозначает. Еще Викторианом звали меня и божеством величали Паном.Любил я зелье земное и всякую хмель возводил на ней.
  -- Много ли походов совершил сам?
  -- Ни в одном не участвовал.Вее заслуги те другим принадлежат.
  -- Было ли что особое в момент правления твоего?-уже сам Бог спрашивает душу ту,приотворяя нам занавес времени того.
  
  -- Да,было.Солнце за полночь заходило и темно было везде,словно в те­мень.
  -- Это ты про Луну говоришь?
  -- Да, про нее.
  -- Было ли что еще?
  
  -- Буря сильная была.Гром разрушил многое.Земля когда-то тряслась ,и нас море немного потеснило вглубь.Волна была больше судов наших.Это как
раз случилось перед кончиной моей.
  -- Кто убил тебя?
  -- Имя не знаю. Но подосланы были Мемфисом.То его рук дело.Мне об том поведали, да уже поздно.
  -- Признаешь ли ты,что густоту тьмы возвел в рукодеяниях своих на пись­ме оставленных и сжег в сердцах людских последнюю каплю веры в жизнь
другую.
  -- Да,признаю,-душа горестливо отвечает,-но то делал я не ради только себя.Люди того также хотели и тем самым я им по вкусу пришелся.
  -- Что ты еще сотворил такого,о чем тут или ранее не сказал?
  -- Послал убивц к отцу своему,да так не знаю,что с ними стало.Создал свой труд об 0ноне и воздал долги своему учителю, павшему под венцом
славы.Освятил себя великой славою и портрет свой в истории запечатлел.Казнь домашнюю свершил.Сгибнула от моей руки жена вторая.Звали ее Нимфора. Позже воздал ей славу нимфы -девы такой, всякую сладость убаюкивающую в теле людском.Закрепил славу бога царя морского и Посейдоном величал. Царство Аида обозначил, но вначале было оно другим именовано.Также, Посейдоном звалось.Это я уже разделил на одно и другое,царя Крита чудищем
обозначил.Акрополь свершился под моею опекою.
  -- Да,"великие" и тебе пришлись дела,-говорит по тому всему Бог и тут же нас упреждает,-не все правдой можно то назвать,о чем сказано.Любит сия душа себе труд других присваивать.Но,возможно,труд ее в этом царстве
подземном что изменит.Давно,уж,здесь содержится и всяк меня упрашивает на землю вернуть.Да не могу того я сделать.Боюсь за многих,что слову и делу его почин воздадут,а затем и вовсе все в ад спровадятся.А трудом
   я великим сего императора наградил.Велел ему всякий камень на гору под­нимать, а когда достигнет верха,то другой волочить кверху.Издавна труд тот Сизифовым зовется.Правда,не каждому дано понять то,но в конце бесед всех я изложу кое-что дополнительно.Сразу могу сказать только вот что. К труду душу ту двойственно расходящуюся я самолично приспособил. Многие другие к тому также относятся.Ибо как одной душе то не под силу.Но по всему будет разговор другой, а сейчас,по той же дороге пойдем и узреем лжеца другого,которого великим полководцем зовут и Александром обозначают.
   По делу тому даже труд воинский составили и всякий раз из того пример себе берут.Тольно вот что я скажу по тому.Дело было и слыло вовсе не так.
   Обманом да словом ложным брались города все, да земли другие при­соединялись. Хотелось императору тому до богатств фараоновых во многом числе пробраться и именно ему надлежит слава великого разрушителя тех пирамид.Хотя об этом ничего нигде и не сказано.Не хотел тот импера­тор славу такую иметь.Лавров воинских ему захотелось,а еще пуще богат­ств всяких,чтоб вовек Риму не воевать,а только в услади жизненной состоять.
   А по Гай Юлию могу сказать еще немногое.Недолго пришлось ему проправить, хотя по истории много отводится.Царем Героном звали его еще при жизни. Октавианом стал его последователь, который после смерти на трон взошел.Октавы -то от него пошло. Любил он речь свою на песенный лад воз­лагать.Не говорил, а прямо-таки пел.Но ему не долго судьба отвела пра­вить .От лавров тех золотых,что Аристотелю прилагались, он погиб.Ударила молния в знак силы той великой императорской; да так,что голова Октавиана надвое распахнулась.Венец же цел остался, да больше никто его и не одевал. Позже его изменили,а еще позже и вовсе подменили.Тоесть,создали из состава другого. Что же относится к Гай Юлию,то все о нем,практически, сказано.Потому,переходим к душе иного рода и послушаем,что она воспоет о себе.
   Пока Бог ходит за той душою,мы в главу другую переносимся,где и состоит­ся весь разговор.
   ГЛАВА 7.
   "Александр Македонский в роли великого."
   Вскоре Бог подзывает нас к себе ближе и говорит так:
  -- Стойте позади меня.Я сам вопросы задавать буду и всякие слова души той ложные поясню.
  -- А почему не можем сделать мы того сами?-спрашиваем у Бога.
  -- Нельзя вам и рта открывать.Вмиг душа та в вас самих обернется.Захотите и вы славы той лживой исповедать и к власти таким же путем прибиться.Стойте позади и молча слушайте.Сам знаю,что вас интересует и зачем
мне душа эта,так же,как и вам,нужна будет.Как зовут тебя и почему под знаком моим в скрещении линий содержишься?
  -- Зовусь Мемфисом,-душа та отвечает,-а под знаком тем состою оттого, что при мне Иисус возродился.За мою бытность на ноги встал он и по земле .много оскверненной, пошел.
  -- Хорошо,-похвалил Бог,-пока правду говоришь.Отвечай так и далее.Возможно за то грехи твои отпущу чуть более,нежели до того делал это.Расскажи о жизни своей расчудесной и покажь,как к власти доступился,что
императорской произрастала.
  -- Много говорить не буду,-скупо пообещала та душа,-родился я Мемфисом.
   Мемфисом в истории и остался.Имя Александр мне сами люди сложили.
   При мне еще то все творилось и слава великая упрочалась.Был я беден и скуден на добро всякое.Слыл римлянином настоящим.И мать,и отец так про­зывались.И жили мы в Риме самом.С детства воспитывался я грубо.Отец мой сильно за девами волочился и,почти,всегда к дому в хмелю большом при­ходил.Вел жизнь праздную особо он,потому рано скончался и без наследст­ва нас какого оставил.Мать дальше в слуги подалась,а меня учеником сос­лала к императору Аристотелю.Так он при детстве моем звался и так его я обозначил для себя самого.Знал я по учебе той и Цицерона,и императора последующего Юлия, и многих других из имен известных.Все они со мною в разном возрасте обучались и еще в школе гладиаторской состояли ,а Спартак при мне оруженосцем состоял вначале .Дальше он к другу старому моему прибился и против меня самого пошел.Хотел он,как и я,к власти той при­бегнуть, но мало из того,что получилось.И,как известно,погубил я планы и мечты его,хотя не мне лично те лавры принадлежат.К власти самой про­бился я не случайно.Задумали мы с Генократом в Риме власть изменить. Хотели побольше земель других присоединить и богатством фараонов овла­деть. Знал я много о них всякого.От того мечтой заразился и стал на путь опустошения земного.Но вначале о сути прихода моего.
   Кроме Генократа ко мне в заговор утаенный входило еще несколько.Имена их такие: одного Арифмедом звали, другого Сократом, третьего Аристотелем, четвертого Аполонием, а пятого Гармием. Были и другие,но имена их меньше созвучны были,а пото­му в памяти мало улеглись. Из многих помню Симметра и Персида. Они власть в землях других воздавали.Также вошла в жизнь мою Клеопатра, Марк Антоний из числа друзей моих ранних и от меня же бежавших,Главк и Марк Квиридий,что позже стал управлять Мемфисом городом.Также знаю я Менаполюса - царя федуклийского, Дорния Аполонского - грека афинского и оракула дельфийского,Федукла Сиракузского.что позже Архимедом стал, Мизария Византийского /мизареты обосновавшего по римскому стилю/, Дельфию и Плутониду знал из цариц,Птолемею и Фану - великую царицу индийскую. Грек Феофан мне родственником приходился.Повзрослев немного,я женился на дочери его слабо видящей. Кармильдия звали ту деву.Знал я Турема Синозского - великого врачевателя исскусстного.Раны мои он залечивал.Сохра­нил в памяти имя еще одно.Феноклия Портирейского.Был он врагом мне ,в землях путь преграждал.Из египетских имен помню слабо.Редко встречал кого на своем пути,потому и мало кто запомнился.Но начну с начала.
   Как только заговор наш состоялся и мысль свою в дело воздвигли,к власти Октавиан пришел.Но его судьба вам известна и буду рассказывать о себе. Октавиана того люди захотели,да, наверное, небо отвергло.Так на смену ему я пробился.Друзья поддержали меня на выборах,а уже тогда руку вверх тя­нули и патрициями величались. Помог делу моему еще Клавдий, Главком имену­ющийся. Состоял и он в нашем заговоре, да только в сторону немного в тот момент отошел.Но все же,мне помог и вскоре императором тем я стал.Много
   я не думал.Говорил,что знаю,как Рим извечно сыт будет.Сам за дело взялся и войско свое начал готовить.Созвал гладиаторов и велел им обучать
войско свое.Сам я в деле том особо участия не принимал и во всем полагался на других.Спустя полгода решил я двинуть в поход.Клавдия вместо себя оставил, как старшего,а Марка Квиридия с собой забрал. Решил я идти
не пешком,а морем,Суда починили к моменту тому, и на них мы в путь отправились.Вскоре нужного достигли и к берегам Египта пристали.Там спешились
и пошли вдоль берегов реки длинной .Людей мало встречали.Повсюду голод,холод процветал. Шли и болезни разные от этого.Потому,в дальнейшем,стал
я целителя того,что указал,с собой брать.Много в тот поход мы не набрали. Мало, что уцелело от времени прежнего,а потому повернули назад.Но от мысли пройтись до конца я не отказался.Делу тому опосля еще рим-
   ляне помогли.Когда возвратился я из похода того,славою не увенчанного,постыдили меня тогда и хотели уж было переизбрать.Да Клавдий Главк вме­шался и всех успокоил.Решили пока оставить,но взамен потребовали жертву принести богам и им самим,как знак преданности глубокой.Пожертвовал я сыном своим возрожденным и тогда же поклялся свершить суд свой надо всеми,как они надо мной.
   Долго не собираясь,особо не думая,я вновь в поход ушел.На этот раз путь пеша проложил.Забрал с собой многих из чис­ла самих римлян,сославшись на малочисленность свою и богатства разные, что в землях других состояли.На это и "купились" многие,хотя им лично мало что пофортунило.Так отомстил я многим за смерть сына своего и так­же дальше и продолжил.Возвратившись из похода, привезли мы добра много. Тут же оно разделено было,но,конечно,верх больше получил.Прознали о том и мои подчиненные со стороны западной.Решили также не сидеть сложа руки, а к землям другим приставать .Тогда, и разделили мы территорию,чтоб самим с собою не воевать.Они на своей стороне порядок "поддерживали".Я же в своей, время от времени лаврами увенчивался.Начал походы я творить чаше. Глубже в земли древние удалялся и до того Египта доставал аж с другой стороны.Так я вот по всем пирамидам прошелся и долю драгого составил. Однажды даже стычка произошла между своими.Я со своей стороны шел, а мои подчиненные с другой.Издали плохо было видать,и мы друг друга не распоз­нали .В бой с ходу вступили,а уже после всего разобрались.Но ходу истори­ческого делу тому не дали и описали по-другому.
   Войну к галлам причисли­ли,которых отродясь никто и не знал.Дальше также поступали,желая скрыть свои истинные намерения.Рим богател и расширялся.Со всех сторон к нему помощь шла. Римляне довольны мною были.Вскоре стали величать они меня по-другому в честь побед моих малых и великих,которых вовсе и не было, так как отпор чинить мало кому приходилось.Но воздавая славу самому се­бе и делу воинственному,решил я к хитрости небольшой прибегнуть.Сотво­рили разные труды и схемы нарисовали,чтоб посильнее умелость ту выразить, а в них имена создали и врагов наших обозначили.Со своей стороны многих я указал,а вот с другой просто мною же или моими подчиненными придумано было.
   Так хотели мы все славу за собой великую закрепить и вовек Рим наш в благах великих купать.Сам же для своего блага я историю свою сочинил. Славу Македонского присвоил,хотя в землях тех,другом моим ведомых,вовсе не показывался.Так вот история меня и запомнила,Во многом я сам поста­рался, да и люди другие в том преуспели,Клавдию я римский трон завещал, хотя сам правил и собою гордился,Жен после первой не имел и после себя никого не оставил.Жизнь моя в походах прошла и в окружении дев других. Много я не прожил.Все же усталость сказалась и на году сорок восьмом я почил.Сердце того не выдержало и в один миг остановилось .Друзья мне честь великую возложили и славу большую сотворили.Вот и вся правда о се­бе ,-созналась,вконец,та душа,
  -- Почти,все правильно сообщено было,-сказал после этого нам сам Бог,- надо должное душе той отдать и часть грехов простить.Особенно касающих­ся общего падения людского.Но все ж,не обо всем до конца молвлено.Что
еще сотворил ты за свою бытность воинскую? Чего не указал нам допоясняюще?
  -- Очевидно, не сообщил я о деле одном,в быту моем воинском содержащемся.
Слыл я несколько порочным в деле любви земной и иногда принуждал кого к своей стати людской стать поближе .Грех мною сей был опущен, да, думаю, Бог простил за него меня.Не сказал я и о том,что сын божий,на Землю опу­щенный, из-за меня в кровь людскую окунулся.Воспитал я многих жестоко и велел унаследовать это в поколениях .Римлян вперед всех поставил и велел каждому волю его чинить и безропотно подчиняться.Таков вот мой еще грех и от него хочу избавиться,Неверно я поступил при жизни и хотел бы доби­ться славы другой,
  -- Какой же?-Бог его спрашивает,ибо мы на то права не имеем.
  -- Славы обычной простой.Как человека труженика и никакого другого.
  -- А почему так?
  -- Понял я при жизни еще,что не в ту мечту ударился и во всем ошибки совершил.
  -- Отчего же историю ту не исправил?
  -- Побоялся за самого себя,да и других подвести не хотел.Знал,что имя мое,если и осквернят,то свои славой воздадут,
  -- Они так и поступили,-ответил душе той Бог,-тебя вниз веков опустили,а себя вверх к власти той воздвигли.Клавдий императором стал, а многие другие иные венцы царские одели.Не рассказал ты еще нам о "восстании Спартака", да еще о размолвке с Марком Антонием.
   - Спартак примкнул к другому берегу. Против меня выступил, желая властью овладеть.Но те,на кого он опирался,против него и пошли,Не стали они к власти его возводить,так как поняли,что это бессмысленно.Славу уже мне
упрочили, и Спартака в Риме уже никто не воспринял бы.Марк Антоний же на его стороне оказался .Чудом спасся и бежал к Клеопатре, где и проживал дальше.Не стал я трогать его,хотя и мог бы.Но другая судьба его достала, и еще при жизни моей Марка не стало.
   - Ответь еще на одно,-говорит Бог,-почему при жизни тебя мало кто императором величал?
  -- Так получилось,что я больше в походах был,чем в Риме том состоял.
Потому,славу мне воздавали редко.И по большей части,другие правили из числа патрициев тех и ораторов великих.
  -- Хорошо,отпускаю часть грехов твоих земных,но на волю пока не выпускаю.Будешь пока здесь состоять.Понадобишься - вызову и день другой для тебя составлю.Пока иди работай и при встрече с кем в сторону уходи.
Пусть,твой грех невыветрившийся при тебе остается.Вреня пройдет и уже легче тебе и мне станет.
   Отпустил Бог душу ту,и она быстро куда-то вглубь укатила.Сам же к нам обернулся и сказал так:
   - Многих вы выслушали и о многих чего прознали.Но истории тех жизней должны реально подтвердиться.А для того нужно людей,ранее означенных мною,найти и на вид всех поставить.То будет первое исполнение сего заве­та моего божьего.Другое вслед за этим идти должно.Сами люди исторические; по ходу жизни своей и работ дело то ведущие,должны во всем порядок
навести и общую картину жизни той составить.Скажу так по делу тому всему.
   След свой истинный мало кто из тех великих оставил.По большему,все то просто придумано и линией исторической во времени закреплено.Тот "гордеев" узел разрубить надобно и по сему в деле том порядок возобладать должен.Даты роли не имеют .Все то просто к числу относится .Лишь в
некоторых, дошедших документах что-либо правильно более-менее состоит.Со своей божьей стороны могу сказать или указать вот что.
   К тысячелетиям то не относится.Вся история свершалась в века небольшие по числу их сложения.
Многое не дошло до времени настоящего,а потому,правду тяжело за хвост ее поймать и изо лжи общей вытянуть наружу.Не думайте,что души те,пороком обрастущие,одну неправду говорят.Во многом правда та наверх просту-­
пает.Только уже иные не хотят того,и славу доводят до дня настоящего.
Расцвет людской кровью добывался,а богатства какие трудом разным сотворялись.Много пота вышло и кожи потрескалось от времен тех.До сих пор некоторые раны не заживают, да так и переходят из века в век,из тела в
тело другое.То есть печаль людская вековая.Она доказывает время то злых опустошений человеческих.Но то понять еще надобно и в уме должно то состояться, как понятое.Ибо от того жизнь уже настоящая зависит и от того же суд общий божеский по Земле вестись будет.
Не пугаю я тем никого,но заветно предупреждаю,Ум и правда - то есть сила великая,в лета грядущие от всего сохраняющая.Может,кому и не "по­везет", тоесть тело его угорит где и в боли сойдет на нет. Но на все есть
свои причины и по тому делу к словам,мною сказанных,придираться не надо.
На все есть воля божья,но на все есть и воля самой природы.Бог указывает на что, а любой человек уже сотворяет. Издавна ясно,что как понято -
то так и в жизни добыто.Все от того ума и зависит.Извините за правду такую, но таково дело с вашей жизнью обстоит и так с самого начала ведет­ся.
   Теперь,хочу немного довести сию историю,как говорят,до конца и оповестить кратко,что дальше было.
   Поеле смерти Александра или Мемфиса к трону
Менисток пришел. Был он человеком набожным и многое изменил после той гонитвы за славой и жизнью легкой.Избрали его люди за неимением других.
Многие зажиточные римляне начали в земли другие перебираться.Рим этот стал для них слишком холоден.Захотели они к другому берегу приплыть.
К тому же,великие беды пришли.Александр то все вместе с богатством и завез.Пошесть разная пошла,болезни напали и холода ближе подступили.
Море волною всходить начало,а земля труситься часто стала.За краткое время Рим тот бедным стал,и многие из него в края другие подались.Но кое-что все же уцелело и в оных стенах осталось.На основе того и создалось первое христианское государство, которое Византийским обозначилось.
Город Иерусалимом стал, после Константинополем и дальше Стамбулом. Но то уже при другом императоре свершилось.А лига порочных цезарей и великих полководцев здесь прекратилась .Долго она еще в стороне западной состояла,
но разлад и там произошел.Разделились многие земли и образовали еще меньшие царства.
   Подобно прошлому императорскому новый Рим стеною взошел.
Но не сразу он стал так называться и к христианству вплотную подошел.
Тот Рим,что на сицилийских холмах,вовек славу жестокости преподносил и в те же года славу такую закрепостил.Христиане повелись не случайно там.
Захотелось тому Риму славу прежнюю повидать в лице других исполнителей. Как того добивались они - догадаться несложно.Веру новую к себе приспособили и Новый Рим зачали, о чем в самой истории, выдуманно-надуманной,
сказано.Так они и обозначились "новые римляне".Но обо всем том говорить не буду.Ясно и так,какие дела за тем хранятся и как волю божью все исполняют и чтят.
   Хочу так сказать по делу всему мирскому и людскому.Многие
хотят видеть себя в славе Рима того цезарского.Хотят в распутстве,грязи вековой повязнуть,хотят,чтобы кто-то на них трудился и даже Бога к тому
приспособить желают.Как Бог,говорю раз и навсегда всякому желающему знать правду как о себе,так и обо мне.
   Не признавал никогда волю распутничества всякого,мзду не имел в века развития людского и всегда старал-­
ся на помощь прийти,чтоб "червь" земной в человека в века обратился.
Такова моя воля была всегда и таковой остается до времен нынешних.Не подумайте, что как Бог,я стою супротив дела вашего детородного иль другого
какого, мною просто празднеством именующегося.Знаю,что отдых всякому нужен, но отдых тот в труде заблаговременном вершиться должен. Своими,а не чужими руками, как это вчера и сейчас происходит.Не должен никто никому
прислуживать.Есть только работа такая,которая в чинность должна быть возведена и по-своему оправдана, как обычная необходимость.Потому,слушайтесь советов моих и к уму тому всеобщему прильните, а не в трусости своей
душевной и чревоугодной повязните и славу старому не возведите.
   Обещал я,что расскажу или поясню о душах тех,что томятся в неволе адской Все то мною умышленно придумано и возведено в ранг людского простого по­нятия.
   Творю же все я несколько по-иному. Хотя взаправду души те,в формулах и выражениях исчислимы, в аду земном пребывают,А делают одно дело все они. Силу к верху подают и вновь за другой устремляются. Оттого так и зовется их работа,как Сизифов труд, ибо не "видят" те души тому окончания и тру­дятся повсеместно вне отдыха и славы венчания.То есть труд их повседнев­ный, на Земле всходом именующийся,слава которому в злаке, плоде преподносится.
   В завет словам моим, ранее и сейчас сказанным,не подумайте и не обольстите себя надеждою,что участь ту обойдете,коли к хитрости или к чему другому прильнете. Многое вам неизвестно о той жизни потусторонней и только с моих слов и знать можете.Еще ни одна душа не рассказала о ней, а если и состоялось - то по моему ведому и во благо "чрева" науки раз­ной.
   Повесть, мною вам всем поведанная, не совсем правдой состоит в смысле вышеозначенном.Но по уму вашему к другому прибегнуть сейчас тяжело. Если с другой стороны преподать,то вовсе непонятно будет и другой "околеси­цей" покажется.Но в смысле историческом и относительно слагаемости дел тех во времени,все так сокрещается.На бытность Менистока того приход Христа возлагается и при нем же город Рим Иерусалимом становится. Но об этом говорил уже много раз и еще ведать не буду.Полагаюсь на ум ваш,во многих телах состоящий,и на чистоту совести человеческой.Только она способна отворить глаза многим приспособленцам и сотворить дело нуж­ное в плане переиздания всех смысловых оттенков истории людской.
   Не могу сказать,что все ложь,что в изданиях,рукописях и т.д. прилагается. Многое просто неправильно истолковано.С точки зрения политики любви подходят многие. А реально другое дело состояло,но во имя той же любви якобы большой все и сотворялось.Плохое закрывалось, а "хорошее" в свет выходило.
   Итак, правда одна еще раз состоялась и можно будет переходить к описанию иного рода.Попробую я совместить силу индукции ума вашего исторического с силой ума другого порядка.Хочу каждому раздать условно по невидимой карточке-тесте на пробу ума и вовлечь любого в дело земного претворения всеобщего.Пугаться этого не надо.Так или иначе - все состоится. Есть смысл приложить ум свой к делу этому и несколько упорядочить ход истории дальнейшей.А по сему делу,как говорят, все и считайте,что карточки те уже вам розданы.
   И знайте еще одно.Как говорят,незнание законов от всякой ответственности не освобождает.Потому,согласно этому, как Бог,обо всем говорю так.Читайте и ускользайте от лжи, правоведно ведущейся с тех самых римских времен.Знаете,какова суть римского права?
   Сейчас скажу. Всякий умысел прав, если он направлен на целесообразность возведения блага.
   Эти слова не цитируемы,но они принадлежат одному из тех "великих императоров времени".Я же говорю вам сейчас так. Парадоксально то,что недопонято,ибо оно подчинено глупости, а значит,и всякому отсутствию ума.Это формула жизни и всякого совершенства.Знайте это и довольствуйтесь самым малым из этой величины - своей собственной жизнью.Она есть критерий вашего духовного морального блага и состоянием теловеличины.
  
   И напоследок сего общего для всех рассказа, скажу еще одну незаменимую для жизни фразу.
   Всякая мысль, отсутствуя или присутствуя в самой челове­ческой голове, имеет свою силу возведения, и уже она зависит от силы того самого ума,что составляет в большинстве голову человеческого образца.
   Это та формула жизни, которую ищут многие, но так и не находят,отдавая дань времени своему умонесостоянию. Каждому возлагается природой что-то свое. Некоторым возлагается большее. Но все оно искомо в уме и доподлинно завершено той же природой. Этого не стоит забывать и не надо искать что-то среди иного, если оно давно уже себя обозначило. Значит, другого не бу­дет. Значит, искать просто бессмысленно. Значит, ум требует исполнения и уже возвеличиваем в самом себе.
   На этом рассказ сей небольшой будет окончен и разговор с душами на время оставлен.Надальше речь пойдет о величинах других и доподлинно довершит дело состоятельности одного ума.
   Что же сотворится во время доиекания другого ума, пока воочию неизвестно. Во всяком деле могут быть свои про­счеты. Подвластен этому и ум самого Творца. Но если он сотворил ум одного, то наверняка, просчета все же не совершил.
   Именно ум является тем порядком,что становит людей в ранг выше и оповествует все нижестоящее.
   Дать дорогу уму - значило бы совершить умный поступок. Не сотворить того - значило бы опустить себя ниже и увенчать себя славой "цезаревича".
   Это и есть определение всякого естества в век уходящий состоящее и в век другой переходящее. Это и будет определением величины добра и зла. И оно же составит эти две противоборствующие стороны.
   Итак, время пошло. Дело за всеми и дело за самим Богом в его определении и опережении. На этом я, как Бог, с вами прощаюсь и довожу до вашего сведе­ния некоторые символические прорехи.
   Утерянное ранее снизойдет вновь. Сотворенное вновь станет опорой старому. Возведенное в силу взойдет на основе "сатанистического" людского покрова. Дело общее - сотворение человека и обоснование прихода его, как силы вероисповедальной.
   До свидания, многим, и желаю хорошо над тем поразмыслить.Эти слова являют­ся своеобразно догматом и прагматом настоящего времени "безликости". Не прозябайте в унынии и сотворите чудо общего одухотворения. Это крите­рий вашего поведения и, в частности, общего ума. До всяческих свершений. Во имя всего , с этими словами обращался сам Бог. 
На главную страницу счетчик посещений счетчик посещений счетчик посещений ARTRUSSIAN.COM - Топ 100 ARTRUSSIAN.COM - Топ 100 Интернет-статистика Яндекс.Метрика